Суббота , 18 Май 2024
Домой / Язык – душа народа / Древнерусский и церковно-славянский язык

Древнерусский и церковно-славянский язык

Славянская мифология

Древнерусский язык до появления письменности состоял из трёх групп говоров:

южнорусский говор: бужане, древляне, поляне, северяне, тиверцы, уличи (современная Украина)
севернорусский говор: кривичи (Полоцк, Смоленск, Псков), словене (Новгород)
среднерусский говор: вятичи, дреговичи, куряне, лучане, радимичи, семичи (то, что между)
После эти говоры ещё немного перегруппировались и стали великорусским, малорусским и белорусским диалектами русского языка, а ещё позже — русским, малороссийским (украинским с 1865 г.) и белорусским языками.

Итак, три группы древнерусских говоров, прекрасно понимали друг друга. В 988 году князь Владимир принял христианство и крестил Русь. В то время церковные христианские службы велись на латинском и греческом языках. Братья из города Солуни (Салоники), христианские проповедники Кирилл, в миру Константин Философ, (827—869 г.г.) и Мефодий, в миру Михаил (815—885 г.г.) создали церковно-славянскую азбуку и перевели Библию и Евангелие на славянский язык.

В то время Христианская Церковь была Единой (до 16 июля 1054 года), Кирилл и Мефодий должны были получить благословение своих переводов Библии и Евангелия на славянский язык, и разрешения его преосвященства Папы Римского Адриана II (ум. 872 г.) вести христианское богослужение славянским народам и проповедовать закон Божий на родном языке. Как им это удалось?

Церковно-славянский (старославянский) язык — создан для богослужения в христианской церкви, чтения Библии и Евангелия на основе одного из южнославянских диалектов, он не предназначался для бытового общения.
С момента принятия православия наши предки стали двуязычными (билингвами). В обычной жизни говорили на древнерусском языке, а богослужение слушали на другом — церковно-славянском языке, созданном на основе древнеболгарского языка. Те, кто сейчас ходит в церковь — находится в той же ситуации.

Одна из самых узнаваемых черт церковно-славянского языка, которую он привнёс в древнерусский — не полногласие. Влияние церковно-славянского есть даже в слове «не полногласие», так как по-древнерусски: «не пологолосие«, сравните слова «глас» и «голос». И таких примеров сотни: в церковно-славянском «страна», «глава», «злато», «брег», а в русском — «сторона», «голова», «золото», «берег». В итоге все эти церковно-славянские не полногласные слова мы благополучно себе забрали, иногда оставляя за парой слов разную стилистическую характеристику («брег» для поэзии, «берег» для жизни), а иногда привнося разные значения («страна» и «сторона» — не совсем одно и то же).

Церковно-славянский язык подарил нам причастия. В древнерусском можно было сказать «сделано», «выпито«, но не было слова «сделанный», «выпитый». Не только в причастиях, но и вообще, если в древнерусском слове «ч»: «мочь», «ночь», «дремучий», «горючий», «стоячий», «печора», то церковно-славянском «щ»: «мощь»,  «нощь», «дремлющий», «горящий», «стоящий», «пещера«.

Есть ещё одно фонетическое соответствие в древнерусском «ж», то в церковно-славянском «жд»: «одёжа/одежда», «рожать/рождать». Кстати, в церковно-славянском тоже совсем не было звука «ё»: «житьё/житие».

Большая группа слов пришла в русский язык из церковно-славянского как кальки с греческого: православие (ὀρθοδοξία), благословение (εὐλογία), единодушие, преображение (μεταμόρφωσις), пустословие (κενοφωνία), священник (ἱερεύς), сребролюбие (φιλαργυρία), тщеславие (κενοδοξία).

До сих пор мы используем фразеологизмы на церковно-славянском:

«за други своя», «на круги своя», «во вся тяжкая» — в этих выражениях используется церковно-славянская форма множественного числа винительного падежа
«камо грядеши» — «куда идёшь?», глагол мы по-прежнему используем «грядёт», «грядут»
«ничтоже сумняшеся» — «нисколько не сомневаясь», от церковно-славянского глагола «сумнятеся»
«притча во языцех» — здесь церковно-славянское «языци» используется в значении «народы»
Это наследие церковно-славянского.

А что же было в самом древнерусском?

В древнерусском были носовые гласные. И какое-то время они оставались в виде особых букв на письме, что удобно для этимологии. То есть, если в древнерусском стояла, например, буква «о», то понятно, что родственные слова в нужно искать с «о». А если стоит юс большой — «ѫ», то родню ищем с дополнительной буквой «н» рядышком, например, в слове «рѫка» — «рука».

В древнерусском была вот такая фонема — «ѣ» (ять). Она скорее всего читалась как напряженный закрытый «е», близкий к «и», например, в слове «вѣра».

В древнерусском были фонемы «ъ» (еръ) и «ь» (ерь), обозначавшие слабые, редуцированные гласные. Все слоги в древнерусском были открытыми, поэтому до самой революции после согласных их обязательно ставили«ъ» (еръ) : «домъ», «ротъ«.

Исчезновение «ъ» (еръ) и «ь» (ерь) называется падением редуцированных. В слабой позиции они исчезли, а в сильной — превратились в звуки «о» и «е». Этот процесс связан с тем, что ускорялся темп жизни — а с ним и темп речи. Стало казаться слишком долгим слово «дьверь» и оно превратилось в «дверь», а «кънига» в «книгу». Под ударением «о» и «е» наоборот стали чётче: «сънъ» –  «сонъ», а «дьнь» – «день». О своём падении редуцированные звуки «о» и «е» продолжают напоминать нам, убегая из слова в падежных формах «сна», «сном», «дня», «днём» и так далее.

В древнерусском существовала сильная палатализация. В современном русском мы говорим «на руке» и «на ноге«, а вот в древнерусском «к/г/х» переходили в падежных формах на «ц/з/с»: руцѣ, нозѣ. Сегодня эта тенденция остаётся в украинском и белорусском языках: укр. на руці, на нозі; белор. на руцэ, на назе.

Двойственное число — ещё одна почти исчезнувшая категория древнерусского языка. До сих пор мы говорим «два стола», но «пять столов». Кое-где двойственное число вытеснило множественное: «пиры» вместо «пирове», «сыны» вместо «сынове», хотя эта перешла в «сыновья«). Современные формы в русском языке: очи, колени, плечи, рукава – это бывшие формы двойственного числа, которые вытеснили старые формы множественного числа: очеса, колена, плеча, рукавы. Это произошло со многими парными предметами: берега, бока, рога, глаза, уши. Двойственное число сохранилось в словах воочию («въ очию»), двоюродный («двою родный»).

В современном русском утрачен звательный падеж древнерусского языка, который, впрочем, сохраняется в украинском и, с оговорками, белорусском языках: укр. брате!, сыну!; бел. браце! Сегодня в русском он заменяется новым звательным падежом: «мам! пап!«.

В современном русском значительно упростилась временная система глаголов. В древнерусском языке имелись четыре формы прошедшего времени:

Аорист — точечное действие в прошлом, не соотносящееся с настоящим. Не сохранился.
Имперфект — длительное или повторяющееся действие в прошлом. Не сохранился.
Перфект — состояние в настоящем времени, являющееся результатом прошедшего действия.
Именно от него произошло современное прошедшее время, отпал глагол «быть», использовавшийся для образования перфекта. Его можно увидеть в расхожей фразе «Откуда есть пошла земля русская».
Плюсквамперфект — прошедшее действие, предшествовавшее другому прошедшему действию.
Это время сохранилось в сказках — «Жили-были» и в выражениях вроде «Я было хотел уйти, но…».
Сейчас у нас в русском языке официально только одно прошедшее время, но это неправда. Во-первых, наша видовая система не лучше. Михаил Ломоносов в 18 веке насчитал аж 6 прошедших времён:

прошедшее неопределенное: тряс;
прошедшее однократное: тряхнул;
давнопрошедшее первое: тряхивал;
давнопрошедшее второе: бывало тряс;
давнопрошедшее третье: бывало трясывал;
прошедшее совершенное: вытряс;
А во-вторых, в диалектах у нас встречаются прекрасные дополнительные времена. Например, плюсквамперфект:

«B ceнтябpe cнeг был выcыпaл, a oктябpь был тeплый»
«Пecни пeлa былa, тaнцeвaлa былa, a кoгдa зaмyж вышлa – нeт: дeти пoшли, нeкoгдa былo»

Есть форма перфекта, образуемая деепричастием:

«У меня дедушка приехавши« («результат налицо — дедушка тут)
«У меня корову подоено« (и пока её доить ещё не надо)
«У меня хлеб в магазине вчера куплен» (и он у меня ещё есть)
«Здесь у медведей хожено» (и остались свежие следы)

Бывает, что деепричастия образуются даже там, где они в литературном языке существовать не могут:

Дьякон приехан
У меня уж привыкнуто
У пса убежано.

У кота съедено

О. Н. Трубачев. Праславянское лексическое наследие и древнерусская лексика дописьменного периода.

Как звучал древнерусский язык?

Как разговаривали на Руси в 10 веке?

В Древней Руси не говорили по-старославянски в быту, но читали молитвы.

 

Англо-саксонские руны в поэме Хикса Цезауруса
Ареморика

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*