Вторник , 16 Апрель 2024
Домой / Мир средневековья / Изюмский шлях — «дорога горя»

Изюмский шлях — «дорога горя»

Изюмский шлях — дорога в диком поле, выбитая сотнями тысяч конских копыт и сапог монголо-татарских захватчиков и протоптанная ногами их пленников ещё в далеком XIII столетии, когда многочисленные орды хана Батыя и его братьев совершали опустошительные набеги на славянские земли.
Татары называли эту дорогу «Изюмская сакма». Изначально сакма (тюрк. sok «бить») — след на земле, оставленный зверем, дикими животными или конницей.

Позднее сакма означала всякую проторённую, наезженную, нахоженную дорогу (шлях). В русской летописной сакмы — пути передвижения татарских войск и главные дороги из Орды на Русь, из степей на Русь.

Ширина Изюмского шляха – от 40 до 60 метров. Протяжённость Изюмского шляха составляла около 220 километров. Дорога начиналась в верховьях Ораш-речки, что на левом берегу Днепра и шла на север, между реками Оскол и Донец, перебиралась через Изюмский брод и недалеко от города Оскола сливалась с Муравским шляхом. Если Муравский шлях шёл по западному берегу Северского Донца, то Изюмский шлях пересекал Северский Донец в районе «Изюмского перевоза», далее шёл по восточному берегу Северского Донца в междуречье Северского Донца и Оскола, что бы вновь встретиться с Муравским шляхом в верховьях Северского Донца.
Сегодня Изюмский шлях проходит по территории современных Белгородской и Харьковской областей.

По преданиям, Муравским шляхом пользовались крымские татары, Кальмиусским шляхом – ногайцы. А по Изюмскому шляху совершали набеги на русские земли и крымские татары и ногайцы. Регулярные же крымские набеги за «полоном», которые, по выражению М.А. Андриевского, вылились в «людоловлю посредством аркана и чембура», «охота на людей».

В былинном творчестве есть сюжет, в котором Илья Муромец отправляется в Царьград и побеждает «поганое Идолище».  Илья Муромец предстает русским казачьим богатырем и намеревается уничтожить всех турок в Царьграде:

«Как издалеча, из чиста поля,
Из раздольица из широкого,
Выезжает тут старый казак,
Стар-старой казак Илья Муромец
На своём он на добром коне.
На левой бедре сабля острая,
Во правой руке тупо копьё.
Он тупым копьём подпирается,
Своей храбростью похваляется:
«Что велит ли Бог в Цареграде быть,
Я старых турков всех повырублю,
Молодых турчат во полон возьму».

Христианский собор Святой Софии в Царьграде (Константинополе), столице Византии

В 1453 г. пал Константинополь и прекратило своё существование Византийское государство — остаток некогда великой и грозной христианской державы. Всё Южное Причерноморье и оба берега Босфора стали важнейшей частью создававшейся Османской империи. Тогда же Крымское ханство получило от Турции обещание помочь в изгнании генуэзцев из Кафы (Феодосии). Стамбул был самым крупным центром работорговли в Османской империи и вообще всего Средиземноморья и Ближнего Востока и что большинство попавших в плен, оказывалось на Босфоре и в турецкой столице. Если Михаил Литвин называл работорговую Кафу «не городом, а скорее ненасытною и мерзкою пучиною, поглощающею нашу кровь», то кровопийца Стамбул, куда и направлялся «живой товар» из Кафы, а также из Азова и многих других мест, вызывал ещё большую ненависть.

Упоминание названия «Изюмский шлях» есть в русских летописях под 1482 год и 1571 год. Между 1475 г. и концом XVII веком из южнорусских и польских земель было угнано в Крым свыше 1 млн. человек.

В Никоновской летописи за 1482 год есть запись о том, что осенью по татарским шляхам на Русь пришло войско Менгли Гирей. Захватив Киев, хан сжёг весь город, и пленил большое количество людей и «киевская земля осталась пустой». Изюмский шлях, по которому гнали пленников в Крым, называли «дорогой горя».

В Псковской летописи есть подтверждение этим событиям:

«жён, мужей и детей, плененных по всем русским волостям, татары отвели в Орду. После Киева они зашли в 11 русских порубежных городов, и уходя, сотворили много зла».

Татары в те годы зверствовали на Руси и противостоять их набегам было трудно. В 1492 году воеводы Сидоров и Колтовский противостояли крымским ордынцам и были наголову разбиты.

В 1501 году орда хана Шейх-Ахмета захватила Новгород-Северский и Рыльск, разорила Стародуб и Брянск. Когда же распалась Золотая Орда, начался долгий период войн между Российской державой и Крымским ханством. Крымские татары непрестанно совершали походы по Изюмскому шляху в русские земли. Все степи на окраине Руси стали территорией настоящего ужаса.

В 1537 г. турецкий султан «листы свои давал для Сагиб-Гирея, царя Перекопского, и для двух санчаков своих, Силистрийского и Кафинского, чтобы они со всеми людьми на помощь пошли». По утверждению С. Бельского, «с ними может быть турок больше сорока тысяч, кроме Сагиб-Гирея царя и людей его и казаков белгородских».

А.А. Новосельский подсчитал, что в первой половине XVII века татары увели в плен из Московского государства как минимум 150—200 тысяч человек, в том числе за десятилетие 1607—1617 гг., по самым скромным оценкам, 100 тысяч человек.

В 1568 г. была образована Кафинская лива (провинция), в которую вошли северо-причерноморские владения османов, а в следующем году, опираясь на Кафу и Азов, Турция совместно с Крымским ханством предприняла неудавшуюся попытку завоевания Нижнего Поволжья, уже принадлежавшего тогда России, османский флот прошёл вверх по Дону до волжско-донской Переволоки.

Неудача «астраханской экспедиции» и поражение татарского войска в 1572 г. под Москвой, которую годом раньше крымцам удалось сжечь дотла, остановили турецко-татарскую экспансию на российском направлении. Планы её развития, однако, существовали и позже, как и идея занять юг Российской империи «по Киев»

Рынок рабов в Карасу-базаре (Белогорск, Крым)

Войско захватчиков двигалось по Изюмскому шляху налегке, взяв с собой лишь запасную лошадь, курт, огниво для костра и веревки для связывания пленников и тащили весь путь обратно на веревке. Свою добычу татары называли ясырь (узник), выжившие узники считались сильными и годными на продажу на невольничьих рынках Кафы (Феодосии), Бахчисарая, Карасу-базара (Белогорска) и Гёзлёва (Евпатории). В те годы на крымских невольничьих рынках побывало более 3 млн узников

По свидетельству француза Жака Маржерета, состоявшего с 1600 года на службе у русского царя, территории в 500 верстах от столицы были почти необитаемыми. На рубежах остались лишь несколько городков, и то периодически в них исчезала жизнь. Земли на этих территориях были плодородными, но их некому было обрабатывать, так как люди старались распахивать поля и сеять поближе к укреплениям крупных городов.

Даже после того, как монголо-татары перестали нападать на Русь, ещё долгих полвека никто не осмеливался начать обработку земель вблизи невольничьих шляхов.

Русские князья пытались защититься от нашествий не прошенных гостей. Крымский поход 1533 г., несмотря на то, что прорыв крымцев через Оку удалось предотвратить, имел тяжёлые последствия для Русского государства. Рязанская земля была опустошена, татары увели огромное количество пленных.
Н.М. Карамзин отмечал, что «многолюдные села рязанские снова опустели, и хан Саип-Гирей хвалился, что Россия лишилась тогда не менее ста тысяч людей». Сам крымский хан получил только в виде «тамги» с продажи пленников 100 тысяч золотых.

События похода крымского хана Сагиб-Гирея в 1541 г. показали, что основная оборонительная линия «по берегу» реки Оки достаточно прочна и надежна. Гарнизоны оборонительных крепостей смогли сдерживать нападения даже объединенных крымско-татарских набегов. Под стенами Зарайска войско крымского хана было остановлено. Воеводы Пронска обороняли город «не с многими людьми», смогли отбить нападение всего татарского войска.

С 1571 года жители Зарайска стали выжигать сотни километров степей, чтобы татарские кони лишились корма, и вторжение остановилось.
Есть свидетельства, что воевода Валуйска призывал бороться с татарами и сам поджигал степи в 1647 году. Всю осень, с сентября под конец октября, пока не начинались затяжные дожди, всадники группами выезжали на розжиг степей с восточной и южной стороны от Валуек. Степи поджигали почти до середины XVIII века.

В 1681 году на территории небольшого поселения Изюм была построена казацкая крепость, ставшая важной защитой от татарских вторжений в русские земли.

Примерно так выглядела Изюмская засечная черта — линия обороны вблизи Воронежа

В конце XVII века в Россия возвели Изюмскую черту – линию обороны, проходившую по землям современных Харьковской и Белгородской областей. Начиналась черта от города Коломаки и завершалась у речки Тихая Сосна. Это были оборонительные сооружения из брёвен и земли, окруженные засечными чертами, рвами и поваленными перед ними деревьями. Помимо Изюмской черты  возвели Палатовский вал и Перекопский вал.

Галерные рабы

Пленники, обращенные в рабство, находились не только в Стамбуле и на Босфоре, но были разбросаны по всей громадной территории Османской империи, прилегавшей к морям Чёрному, Белому (Средиземное), Красному, Зелёному (Каспийскому), обоим Синим (Персидскому заливу и Азовскому морю). Славян можно было встретить в Киликии, Сирии, Египте, Ливии, Тунисе, Алжире, Греции, Хиджазе, Йемене, Месопотамии иных странах, они были в Мекке и Медине, Иерусалиме и Багдаде .

Славяне воспринимались турецкими властями как строптивые «проклятые гяуры» (тур. gâvur, от араб. кафир — неверующий) — у исповедующих ислам презрительное прозвище всех не мусульман, но одновременно и как очень сильные, крепкие и физически выносливые люди.

«На всех военных кораблях турок, — писал в 1660-х гг. Ю. Крижанич, — не видно почти никаких других гребцов, кроме людей русского происхождения».

Турецкий информатор 1670-х гг. утверждал, что в Стамбуле «на каторгах все неволники руские и малоросийских городов жители». По словам П.А. Толстого, относящимся к самому началу XVIII века, «болшая половина во всей армаде было преж сего наполнено гребцами русскими казаками».

Жизнь галерных рабов характеризуется всеми современниками как ужасная, причём не на одном только османском флоте, но и на всех европейских. Прежде всего таких рабов ожидал тяжелейший и изнурительнейший труд. Ни один свободный человек, писал бывший галерный раб, не выдержал бы и часа пытки греблей, а «галерники-невольники продолжают эту работу иногда 10—12 часов без отдыха».

Нечеловеческие условия существования галерников, жесточайшие наказания, страшное переутомление при гребле, отвратительная еда, жара и холод, худая одежда, паразиты — все это привело к тому, что само название османской галеры «каторга» (по-турецки «кадырга», от греческого «катергон»), употреблявшееся у казаков, вошло в восточнославянские языки уже в другом значении, не имеющем никакого отношения к флоту, — в качестве синонима отбывания наказания в особо суровых условиях.

8 апреля 1783 года, Екатерина II издала Манифест о присоединении Крыма к России

Изюмский шлях просуществовал без малого 5 веков. Императрица Екатерина II положила конец «дороге горя», уничтожила работорговлю Крымского ханства, присоединив Крым к России указом от 8 апреля 1783 г. «О принятии Крыма под державу Российскую». К тому времени численность населения крымского полуострова уже перевалила за 3 млн человек.

В июне 1783 года в Карасубазаре (Белогорск в Крыму), на вершине скалы Ак-Кая (Белая скала), князь Потёмкин принял присягу на верность Российской империи от татарской знати и представителей всех слоев крымского населения. Крымское ханство окончательно прекратило своё существование. Было учреждено Крымское земское правительство. Русские войска расположенные в Крыму получили приказ князя Потёмкина обращаться «с жителями дружелюбно, не чиня отнюдь обид, чему подавать пример имеют начальники и полковые командиры».

2 февраля 1784 года указом императрицы учредили Таврическую область во главе с президентом военной коллегии Григорием Потёмкиным. В неё вошли Крым и Тамань. В этом же месяце императрица Екатерина II предоставила высшему крымскому сословию все права и льготы русского дворянства. Были составлены списки из 334 новых крымских дворян, которые сохранили за собой старую земельную собственность.

Григорий Потёмкин обладал огромной энергией и честолюбием. На берегах Чёрного моря он смог реализовать множество проектов. Императрица Екатерина полностью поддержала его в этом деле. Она ещё в 1777 году писала Гримму:

«Я люблю не распаханные страны. Поверьте мне, они суть наилучшие».

Новороссия – действительно была «нераспаханной» территорией — «Дикое Поле», где можно было осуществить самые удивительные проекты. Потёмкин имел полную поддержку императрицы и огромные людские, и материальные ресурсы России.

Фактически князь Потёмкин стал своего рода вице-императором Юга России, который имел полную власть для реализации своих замыслов. Военные и политические победы сочетались с быстрым административным, экономическим, военно-морским и культурным освоением региона.

Тысячи крестьян и рабочих были направлены на сооружение каналов, набережных, укреплений, верфей, причалов, предприятий, сажали леса и сады. Осваивались богатейшие земли южнорусских степей. Потоки переселенцев (русские, немцы, греки, армяне и пр.) устремились в Новороссию.

Население Крымского полуострова к концу XVIII столетия возросло до 100 тысяч человек, в основном за счёт переселенцев из России и Малороссии.

Князь Потёмкин планировал построить великолепную, не уступающую Северной столице, Южную столицу империи – Екатеринослав на Днепре (ныне Днепропетровск). В нём собирались возвести огромный православный собор, больше ватиканского Св. Петра, театр, университет, музеи, биржу, дворцы, сады и парки.

Преобразования в Крыму, Тамни и Новороссии шли так быстро, что в 1787 году Потёмкин подготовил для императрицы Екатерина II путешествие на полуостров через Перекоп, Карасубазар, Бахчисарай, Ласпи и Севастополь.

В Севастополе императрице Екатерине Великой был представлен Черноморский флот в составе трёх новых линейных кораблей, двенадцати фрегатов, двадцати небольших кораблей, трёх бомбардирских кораблей и двух брандеров. Именно после этого путешествия Потемкин получил от императрицы звание «Таврического».

Донские городища на миниатюрах XVI века
Симферопольский клад

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*