Вторник , 12 Декабрь 2017
Домой / Античное Средиземноморье / Отождествление Огня с богом Солнца

Отождествление Огня с богом Солнца

 Фаминцын Александр Сергеевич. Божества древних славян. IV. Система славянской мифологии.  3. Олицетворения солнца. Западные славяне. Отождествление Огня с богом Солнца.

В южной части Этрурии, на живописной горе, носившей название Soracte, ныне Monte di San-Silvestro, другая гора того же имени называлась Sauracte, отправлялся культ Аполлона Соранского (Apollo Soranus). Связь между словом Soracte или Sauracte с латинским Sol или Saul, готическим Savil, литовским Saule, признана филологами, которые производят все эти слова от санскритского svar —  светить, блестеть.

С именем горы Соракты связана легенда о преследовании пастухами появившихся на горе волков. Волки издревле служили эмблемою бога солнца: Аполлона, Марса, в христианстве – св. Георгия. См. ниже ст.: «Св. Юрии»), за что данная местность наказана была мором, исходящим, по древнему представлению, от бога солнца – Аполлона. В связи с этой легендой жрецы Аполлона Соранского носили название волков соранских (Hirpi Sorani) и славились чудесным искусством в годовой праздник этого бога босыми ногами ходить по зажженным в честь бога кострам. [Preller. Röm. Myth. I, 269-270].

«Высший из богов, – восклицает Аррунс в Энеиде, – Аполлон, страж священной Соракты, ты, которого мы прежде всех призываем, которому возжигаем костры из соснового дерева, ради которого твердо ступаем через огонь, по пылающим угольям». [Virglllus. Aen. XI, 785 и сл.]. На праздник в честь Аполлона Соранского, к горе Соракт, по свидетельству Страбона, стекались массы народа. [Strabo. V, 226].

Зажигание костров в честь Аполлона Соранского, хождение по кострам или скакание через огни костров ещё более сближает культ названного бога с культом божества солнца — славянского Сварожича, в честь которого во время высшего солнцестояния почти повсеместно в Европе, в том числе и в большинстве славянских земель, возжигали и во многих местах до сего времени ещё возжигают костры, при соблюдении известных, унаследованных из глубокой древности обрядов, к которым прежде всего принадлежит обычай скакать через огни костров и проводить через них скот, с целью предохранения и людей, и скота от болезней и вообще вредного влияния злых демонов.

Итак, в Италии на горе Соракт (= Савракт) почитался в древности солнечный бог Аполлон, прозванный, очевидно, по имени горы – Соранским (= Савранским). Вулканическое происхождение этой горы и культ чествуемого на ней, посредством возжжения огней, Аполлона, наводит на предположение, не находится ли и имя горы в соотношении с культом солнца и огня вообще. Высокое почитание священного огня в среде древних италийцев оставило глубокие следы в весьма древнем и многозначительном культе Вулкана и Весты. Солнце и огонь у древних, в том числе и у римлян, нередко отождествлялись, названия их нередко взаимно замещались. Представителем огня, как стихийной силы, воодушевляющей и творящей, но в то же время и разрушающей, был у римлян Вулкан, соответствующий греческому Гефесту.

«Гефест у греков, – по определению Преллера, – почитался как бог огня, светящего и греющего, в качестве распространенной во всей природе стихийной силы, в воде и на суше, посредством вулканической деятельности или зноя производящей необычайные явления творческой силы, которая самым блистательным образом обнаруживается в жизни человека, где огонь делается принципом искусства. Гефест был бог, проявлявшийся во всех этих действиях и деятельностях. Огонь исходит от неба, а потому Гефест признавался сыном Зевса и Геры».

Гефест, как бог небесного огня и божественный кузнец, царствует в кратерах вулканов, признаваемых его мастерскими; в то же самое время он благодетельно действует на культуру виноградной лозы, лучше всего произрастающей на вулканической почве; вследствие того он нередко сопоставляется с Дионисом (в Сицилии – с Деметрой). К древнейшим культам Гефеста принадлежит культ его на острове Лемнос, основанный древнейшими обитателями этого острова, синтиями, которых некоторые древние писатели причисляли к фракийскому племени и признавали за первых кузнецов. На острове Лемнос существовал знаменательный обычай: в известный день в году, при соблюдении установленных обрядов, тушить все огни и не возжигать их вновь в течение девяти дней, пока не приезжал из Делоса священный корабль, на котором привозился новый огонь; этот огонь раздавался во все дома и мастерские: с этого момента, по местному выражению, «начиналась новая жизнь».

В Афинах чествовали Гефеста несколькими годовыми праздниками, как покровителя художников и мастеровых, работавших при помощи огня, так же как покровителя домашнего очага и семейной жизни (подобно Гестии). Мужчины в эти дни зажигали у очагов факелы и в праздничном наряде приносили ему жертвы, как подателю огня и основателю жизни в защищённом жилище. В честь Гефеста, а также Афины и Прометея,  в Афинах устраивалась игра, заключавшаяся в беге с факелами. Задача заключалась в том, чтобы донести факел горящим до назначенной цели. Та же игра была в обычае и на Лемносе: в ней выражалась радость жителей по поводу приобретенного вновь огня. Очень часто слова «Гефест» и «огонь» употребляются писателями как синонимы. [Preller. Gr. Myth. I, 136 и сл.]. Миф о низвержении Гефеста с неба на остров Лемнос несомненно находится в связи с представлением о нисхождении огня с небесной высоты.

У римлян Вулкан почитался, подобно греческому Гефесту, также подобно древнеиндийскому Агни (ignis, огонь), как бог согревающего и светящего огня, как бог алтаря и домашнего очага, а следовательно и семейной жизни и богослужения. Одним из наиболее распространенных эпитетов Вулкана было название Mulciber, обыкновенно объясняемое словами: размягчающий или расплавляющий металлы, чем он характеризуется как божественный кузнец. В честь его, как покровителя всех ремесёл, имеющих непосредственное отношение к огню, отправлялся ежегодный праздник 23 марта. Вулкан почитался и как благодетельный и оплодотворяющий бог, вследствие чего он сочетался с весенней богиней Майей, которая в древних молитвенных изречениях называется Вулкановой: Maia Volcani, точно так, как лемносский и этнийский Гефест сочетался с Афродитой. Главнейший же праздник в честь Вулкана (Volcanalia) отправлялся в августе, самом жарком месяце, что, вероятно, обусловливалось тем, что в Италии, как уже было замечено выше, огонь и солнце нередко отождествлялись. [Preller. Röm. Myth.  147 и сл.].

Подобное же отождествление огня и солнца мы встречаем до сего времени в некоторых народных поверьях и изречениях славянских, в которых огню приписываются и свойства солнца, например, Жыж (бог огня), по народному верованию (в Минской губ.), расхаживает под землею и выпускает из себя огонь. Когда он ходит тихо, то через это согревается земля; когда же он расхаживает быстро, то земля загорается, происходят опустошительные пожары на поверхности земной, истребляющие леса, сенокосы, поля, огороды. «Жыж унадзився», – говорят о засухе или часто повторяющихся пожарах. [Древлянский. Белорусские народные предания 93-94]. Следовательно, в некоторых случаях огню приписывается такое же влияние на почву, как палящему солнцу.

Такой же взгляд на огонь находим и в следующих отрывках из великорусских заговоров: «Батюшка, ты царь огонь, всеми ты царями царь, всеми ты огнями огонь… как ты жжешь и палишь в чистом поле травы и муравы, чашши и трушшобы, у сыраго дуба подземельные коренья» и т.д., или: «Гой еси огонь и полымя! Не палите земных лугов!» (См. ниже ст.: «Огонь»).

Праздник высшего солнцестояния в Ивановскую ночь (Купальская ночь) до сего времени во многих местах, в среде славян, сопровождается возжжением огней (костров, пуков соломы, сучьев, факелов, колес) посредством «живого огня», добытого из дерева с помощью трения; сербо-хорваты с зажженными факелами или лучинами в руках обходят овечьи закуты и коровьи загоны; в некоторых местах Чехии около костров пляшут, держа в руках зажженные, смоченные дегтем метлы, или с шумом и криком бегают и мечутся по горам, неистово размахивая по воздуху горящими метлами, а потом гадают по пламени этих метел. (см. Лад — бог любви, весны и веселья.)

В Малой Руси в Ивановскую ночь девушки гадают, пуская по воде венки с прикрепленной к каждому из них горящей свечой: чья свеча раньше погаснет, той суждено умереть раньше других. В одной весенней малорусской песне сохранилось воспоминание об играх девушек с зажженными свечами в руках, около воды:

Поставлю я хыжку
Там на вырижку,
Выступцем тыхо йду,
А вода по каменю, а вода по билому
Ище й тыхше.

Засвичу я свичку
Пиду через ричку,
Выступцем тыхо йду,
А вода по каменю… [Метлинский. Н. юж.-русс. п. 294]

Название весенней же игры – «горелки» – также свидетельствует об участии огня в народных играх. В некоторых местах, в Мазовше, накануне дня Ивана-Купала тушат все огни в деревне, затем добывают «живой огонь» из дерева посредством трения, и этим огнём вновь зажигают в хатах огни; в других местах обычай этот соблюдается в другие дни, например, у болгар – накануне Рождества Христова; местами в день св. Пантелеймона, чествуемого 27 июля и называемого в Малой Руси «Паликопом», имеющего, следовательно, прямое отношение к палящей силе солнца.

Повсеместно соблюдается обычай перескакивать через Ивановы костры, с целью обеспечения себе здоровья на предстоящий год – обычай, основанный на веровании в очистительную силу огня. Обо всём этом я подробнее буду говорить в другом месте; теперь же я счёл нужным указать на вышеприведенные данные, ясно обнаруживающие совместное почитание солнца и огня, возможное только ввиду тесного сближения обоих явлений в народном сознании.

Тушение и возжигание вновь огней в известный день года, бегание с горящими факелами, обхождение с горящими лучинами закутов и загонов, пускание зажженных свечей по воде, игры со свечами в руках и т.д. – всё это совпадает с обрядами чествования Гефеста, бога огня, на Лемносе (др.греч. Λήμνος — «белый») и в Афинах. Возжжение костров и скакание через них совпадает с обрядом чествования Аполлона Соранского на горе Соракте. Возобновление огня в хатах в дни высшего солнцестояния у Мазуров и низшего – у болгар свидетельствует об одновременном, совместном чествовании солнца и огня; в последнем случае нельзя не видеть даже отождествления солнца и огня, возобновляемого именно в день возрождения солнца.

Такое же значение имеет, очевидно, распространенный между всеми южными славянами обряд возжжения бадняка в ночь на Рождество; в Малой Руси на святках жгут не бадняк, а солому, называемую дедухомстарый Бадняк и Дед, зажигающий солнце; такое же значение имеет вообще зажигание костров в весенний праздник  — Юрьев день, на Пасху и т.п., причём возжиганием родственного солнцу огня чествуется вступающее окончательно в права свои, победившее мрак и стужу зимы, солнце. Близкое родство между солнцем и огнем в народном сознании славян, независимо от всего вышесказанного, доказывается ещё названием и солнца у балтийских славян и огня у русских одним именем: «Сварожич». Это обстоятельство тем более заставляет нас отыскивать родоначальника обоих, имя которого «Сварог», как солнцева отца, засвидетельствовано Ипатьевской летописью.

У карпатских русинов, говорит Срезневский, есть предание, что царь-огонь вместе с царицей-водою свет создали; у татранских словаков есть подобное же предание, повторяемое в сказках, где рассказывается, что огонь породил и солнце, и месяц, и звезды; есть оно и у хорутан, не совсем забывших старое поверье, что на земле все стало жить с тех пор, как огонь загорелся на земле. – Сходный взгляд на огонь встречаем и у латышей. Вспомним молитву, обращенную к Габиаугию, богу овинного огня, которого молили об урожае, которого просили благословить скот и хлеба. Огонь и солнце отождествляются у латышей и в загадках, напр.: «Есть озеро коробка, вокруг него солнце ходит» (= котел в огне); «на конце палки солнце всходит» (= огонь при лучине); «под дубом солнце восходит» или «солнце вокруг моря бегает» (= огонь под котлом, огонь около котла). [Яз. богосл. 23-24. Мат. для этн. Лат. 66, 91, 100.].

Этот царь-огонь, «создавший свет», этот огонь, «породивший солнце, месяц, звезды», а также давший жизнь тому земному огню, от которого «все стало жить», словом, этот первобытный, не созданный огонь, представителем которого был упоминаемый летописью Малалы Феоста (= Фта, Гефест, Вулкан), должен был и у славян, сохранивших о нём воспоминание в своих преданиях, иметь свое имя, и имя это, очевидно, было Сварог, записанное на востоке в Ипатьевской летописи. А на юге, в Италии, в древнейших культах которой находим столько общих черт с культами славян, – сохранившееся в названии «священной», по выражению Вергилия, горы Соракты, Савракты или, что то же самое, ввиду происхождения этого названия от корня svar,Сваракты. На этой горе чествовали Аполлона Соранского = Савранского или Сваранского, прозвание которого почти тождественно с западнославянским Сварожичем. Гора Соракта была вулканического происхождения: преследовавшие на ней волков пастухи, подойдя к пещере, погибли от исходивших из неё удушливых газов, после чего, по словам древней легенды, наступил мор. На горе Соракте, очевидно, соединялось поклонение и огню — возжжение костров и хождение по ним жрецов соранских, и солнцу в лице Аполлона, прозванного по имени горы – Соранским.

Мы знаем, что многие местности получали в древности свои названия в честь богов: в честь и именем Гефеста назван главный город на острове Лемносе (Hephaestos или Hephaestia), так же как и группа островов в Средиземном море, к северу от Сицилии (Hephaestiae insulae); та же группа островов у римлян получила название Vulcaniae insulae. [Masselin. Diet. gen. d. geogr. См. сл.: «Aeolae insulae»]. Известны города: Афины, Гераклия, Геркулан и др., известны Гермесовы, Одиновы, Торовы, Перуновы, Велесовы горы, урочища и т.п. В названии горы Соракты следует также видеть имя древнего божества огня и света, подобного божеству Фта – Гефесту – Вулкану.

Грассман производит имя Вулкана (Volcanus или Vulcanus) от санскритского корня vark = блестеть, varks = блеск, Вулкан = бог огненного блеска. [Grassmann. D. ital. Gottern. 164, 167].

Имя горы Соракте (Соратте, Савракте, Сваракте) происходит от однозначного со словом vark слова svar = блестеть, СВЕРкать.

Окончание имени  Saur+acte может быть приравнено к славянскому окончанию -аг или -ог: Свараг или Сварог. Ретрский солнечный бог у Титмара и Брунона называется Сваражичем, русский бог огня – Сварожичем.

Гора Соракте упомянута Горацием (Horace): «vides ut alta stet nive candidum Soracte?» (Carm. i. 9) «Вы видели, как сияет гора Соракта белым снегом?»

Священная гора сабинов Соракте (Soracte) — храм бога солнца Аполлона Соранского (Soranus)

Корень свар или савр хорошо был известен славянам, особенно южным и западным, что доказывается многочисленными географическими названиями в южной и западной полосе славянских земель, произведенными от этого корня, например, Savro (Saura), Savrelje – в Далмации; Svarcha, Zavrece (Sauritsch), Savrascak – в Хорватии; Sauratez, Sauraz – в Крайне; Saurau, Sauritsch – в Штирии, там же – Sausal (где буква r замещена s); Svarov, Sausice (= Solsice), Sausedowits – в Чехии; Swarzedz – в Познани; Sausenberg – в Прусской Силезии; Swarawa, Swaryczew, Swarzewo, Swarynie и др. – в Польше; Swarawis – на Балтийском побережье; Саварка в Киевской губ., Саврань в Подольской губ., Саврушская слобода при реке Саврухе Самарской губ. и целый ряд названий на сур: Сура, Сураж, Сурово, Сурож, Сурья, Сурвелишки и многие другие в разных местностях России. [Sabljar. Miestop. Riecn. 368, 485. – Головацкий. Геогр. слов. 227. – Hoffmann. Enc. d. Erdk. 2242, 2519. – Masselin. Diet. gen. d. géogr. II, 603, 814. – Krek. Einl. in d. si. Lit. 100, пр. 3. – Семенов. Геогр. стат. слов. См. соответственные названия].

От того же корня свар или савр происходит русское слово саврасый = светло-гнедой, рыже-чалый. Проф. Крек приводит ещё имена собственные: Svarov (чеш.), Swar, Swarzis (польс.)[Krek. Einl. in d. si. Lit. 100, пр. 3]. Этим, однако, ещё не ограничивается список названий, происходящих от svar. Сюда же принадлежит и древнечешское svor или zvor — «небесный круг» и географические названия, например, Svornik или Zvomik в Хорватии, в Сербии, в Боснии, Svoris (Zvoris), Zworziz в Чехии, Sworowo, Sworzyce в Познани. Наконец, svar, как в названии Соракты, переходит в sоr, а отсюда опять ряд названий, например: Soraceva в Далмации, Soreg, Soreg в Венгрии, Sorau (ср. выше Saurau) в Лужице, Sorgau в Прусской Силезии и др. Не происходит ли и имя лужицких сербов или сорбов, которые в старинных памятниках называются: Sorabi, Sorbii, Sworbii (Scr. rer. Lusat. II, 251), от того же корня sor, swor, (svar)?

Такое изобилие названий, происходящих от корня свар или савр, свор или сор (сур), говорит в пользу общеизвестности и распространенности этого корня в славянских наречиях, преимущественно южных и западных. Разумеется, названия, в которых звучит какой-нибудь из этих слогов, не могут ещё служить доказательством существования Сварога как мифологического лица. Совершенно справедливо профессор Ягич для доказательства существования бога Сварога требует, чтобы полное имя его обнаруживалось в географическом названии. «Где это не имеет место, – замечает Ягич, – где слышится только начальный слог свор или свар, там мифологическое значение названия лишено твердой почвы». [Jagič. Myth. Skizz. I, 414]. Попробую удовлетворить справедливое требование профессора Ягича. Конечно, гора Соракта (= Сваракта), как лежащая вне нынешних пределов славянской территории, в данном случае может быть отвергнута, как доказательство действительного существования славянского Сварога, хотя и имя её, и происходивший на ней культ огня и солнца говорили бы во всех отношениях в пользу наименования её в честь бога первобытного огня, подобного Феосте – Сварогу Ипатьевской летописи. Впрочем, можно обойтись и без Соракты.

На Балтийском побережье, в Данцигском округе, есть местечко, называемое Swaroczin, в Кенигсбергском округе – Saurken, в Польше встречаем название Swaroczim, a в Далмации – Soraceva, кроме того, Saus(r)ak в Австрии. [Krek. Einl. In d. si. Lit. 100, пр. 3]. Это уже значительно приближает нас к Сварогу: в наименования Сварочин, Савркен, Сварочим, Сорацева (= Сварацева), Савс(р)ак очевидно звучит имя «Сварок» или «Сварак»; в Венгрии встречаем Soregh (= Сваре(о)г); в Каринтии находим местечко Saureggen, название это может, кажется, быть рассмотрена, как онемеченное славянское Саврогово или Сварогово; в Каринтии же находим местечко Saurachberg — Саврах(г)ова или Сварах(г)ова гора, и, что всего замечательнее, местечко это находится близ Himmelberg — Небесной горы. Сварах(г) здесь прямо сближается с Небом.

Наконец, из словаря Сабляра узнаём, что в старину, во времена римского владычества, Загреб назывался Sоrоgа (= Сварога). Последние названия, эти безмолвные свидетели давно минувшей, почти бесследно утраченной языческой старины, красноречиво подтверждают глоссы нашего летописца к его переводу летописи Малалы, они возвращают богу Сварогу его мифологическое значение, воскрешают к жизни древнего славянского бога неба или небесного, первобытного огня, родоначальника обоих Сварожичей: солнца и земного огня, – Сварога, имя которого, очевидно, по древней традиции, шедшей из южной и западной полосы славянских земель, достигло и автора Ипатьевской летописи и увековечено им в отрывке из этой летописи. Молчание о Свароге в других памятниках русских, где имя его несомненно должно было бы встретиться, наряду с именами других языческих богов русских, если бы Сварог действительно под этим названием почитался на Руси, свидетельствует о том, что имя Сварог не было распространено в России; но названия «Coper», «Савреген», «Сварах(г)ова гора» (близ Небесной горы), и Сорога, также «Савракте» в древней Италии, Soragna в северной Италии, Soragno в Тессинском кантоне, в Швейцарии, Soraga в Тироли, то есть Сварагна, Сварагно, Сварага. Не следует ли сюда отнести село Сорогожское (Тверской губ.) на реке Сорогоже. – В писцовых книгах 1582 г. село это встречается под именем Покровского погоста в Сорогошине. [Семенов. Геогр.-стат. слов.

Все эти географические названия прямо подтверждают существование бога Сварога или Сварагау славян юго-западных. Считаю нелишним напомнить замечание проф. Ягича, что русский глоссатор «несомненно исходит от бога Сварога» и солнце на Руси называли не Сварожичем, а «сыном Свароговым». Поэтому окончательно утрачивается необходимость производить имя «Сварог» от «Сварожич», а следует принять происхождение обоих Сварожичей от бога Сварога.

Теперь совершенно понятными оказываются те различные, на первый взгляд странные формы имени Сварога, которые приведены автором Ипатьевской летописи: Сварог, Саварог и Зварог. Летописец несомненно имел в виду те главнейшие формы, в которых являлся в старину у славян коренной слог этого имени: свар, савр и звар. Все эти формы мы действительно находим в вышеприведенных названиях: свар – в названиях Swaroczin, Swaroczim и др., савр – в названиях Sauracte, Saureggen, Saurachberg и др., наконец, звар (звор) – в названиях Зворник, Zworziz, а главнее всего, в имени ретрского Сварожича, который у Титмара и Брунона пишется «Зваражич» – Zuarasizi, Zuarasiz.

 На горе Соракте, послужившей нам главной точкой опоры при восстановлении мифологического значения Сварога, в известный день в году отправлялся обряд возжигания костров и хождения соранских жрецов по горящим углям, во славу чествуемого бога Соранского. Соответствующий тому праздник, отправляемый и до сих пор в Ивановскую ночь (Ивана Купало) во многих местах, заселенных славянскими народами, точно так же сопровождаемый возжиганием огней и скаканием через пылающие костры, кроме того, гаданиями, а также разгульными, доходящими до вакхического исступления песнями и плясками, и пирами – носит разные названия: на юге Кpес, на востоке Купало, на западе, именно в Польше, Галиции, Силезии, Чехии – Соботка. Сближение двух главнейших солнечных праздников, низшего и высшего солнцестояния, выражается и в том, что, например, в Далмации праздник Иванова дня называется «колядой», а в Псковской губернии вечеринки на святках называются «субботками». Hanuš. Bajesl. Kal. 186. Оп. в.-русс. обл. слов. сл.: Субботка). Об этом празднике я подробнее буду говорить в другом месте, теперь же остановлюсь только на последнем его названии, свидетельствующем опять о тесной связи между мифологией западных славян и древних греков.

Название праздника «Соботка» обнаруживает сродство его с древним фракийско-фригийским культом солнечного бога Сабация (греч.Σάβος или Σαβάζ(δ)ιος), представляющего один из многочисленных видов вакхического Диониса; культ Сабация был в значительной степени распространён в древней Греции и достиг также древней Италии (Preller. Gr. Myth. I, 549).

В Этрурии встречаем названия: tribus (триба = часть народа) Sabatina, lacus (озеро) Sabatinus; в Неаполитанской области – Sabato, в Савойе – Sabaudia, во ФранцииMontsabot, Montsaboth. Имя Сабация, вероятно, чествовавшегося и юго-западными, и западными славянами, оставило по себе следы в довольно значительном числе географических названий, таковы, например, в Штирии: Sabothe, Sabotinzen, Sobotinec; в Крайне: Sabothberg (= Bukov Verch), Sabotschevu; в Словении: Subolska (католич. и сербск.), Subotiste, Subotskigrad; в Хорватии: Sobotica, Sobocani; в Среме: Subotiste; в Албании, на Боснийской границе: Sabats (Sabatz); в Венгрии: Subotica, Subotnica (= Szent Maria Szabalka), Subotiste, Sobota — на реке Риме, и на р. Попраде, Szobotisch; в Чехии: Sobotka, Sobucice; в Моравии: Sobotowitz; в Австрии: Sobateuren; в Галиции: Sobotnik, Sobotow; в Пруссии: Sobotta, Sabatzuhnen; в Прусской Силезии: Sobotka или Zobten (город и 2 селения), наконец гора Zobtenberg или Соботка, которая, по свидетельству Титмара, высоко почиталась местными жителями вследствие совершавшегося на ней языческого богослужения.

В западной России также встречаются названия местностей, произведенные от «Соботки», например, Соботка (Варшавской губ.), Суботники (Виленск. губ.), Субоч (Ковенск. губ.). Субботов (Киевск. губ.).  В Псковской губ., на святках, каждый вечер собираются к кому-либо в дом, где около фонаря, обставленного свечками, то есть около огня – соботки, поют песни, которые, судя по встречающемуся в них припеву: «Дунай, мой Дунай!» свидетельствуют о каких-то смутных преданиях, принесённых из далекого юга. Вечеринки эти называются субботками. [Оп. в.-русс. обл. слов. См. это слово].

Фаминцын А. С. Божества древних славян. IV. Система славянской мифологии.  3. Олицетворения солнца. Западные славяне. — Бог Солнца — Ярый витязь.

Похищение сабинянок
Сабинские племена и славянские народы

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*