Понедельник , 22 Октябрь 2018
Домой / Античное Средиземноморье / Нашествие скифов на Грецию в 267 году.

Нашествие скифов на Грецию в 267 году.

Ременников А.М. Борьба племён Северного Причерноморья с Римом в III веке, М.: Академия Наук СССР, 1957

Борьба между римлянами и племенами Северного Причерноморья в 267-270 годах.
Нашествие скифов на Грецию в 267 году.

Блестящие успехи, достигнутые скифами в морских походах на малоазийские провинции, вдохновили их на ещё более грандиозное нашествие, целью которого было опустошение греческих областей. Греция была пока ещё не затронута волной скифо-сарматских вторжений, что объясняется, прежде всего, её географическим положением, защищенностью её горными хребтами с трудно проходимыми перевалами, просторами морей. К этому присоединялись и трудности чисто военного порядка: горные проходы и узлы дорог на суше, проливы в системе морских сообщений были под контролем рядя сильных крепостей. Но, перейдя к методу морской войны, скифы научились преодолевать морские пространства, создали крупный флот и уже в 263 году сумели прорваться в Эгейское море.

Походы 264 и 266 годов дезорганизовали оборону Малой Азии и в том числе районов, лежащих на пути в Эгейское море; римский флот лишь начинал возрождаться. Все эти факторы, а прежде всего — участие главных сил римской армии в борьбе с Постумом, создавали благоприятные условия для дальнейшего развития военно-морских походов скифов. Греческий поход племён Причерноморья нашёл своё отражение в письменных источниках ряда античных авторов. Непосредственно от Дексиппа дошёл довольно значительный фрагмент, представляющий собой речь, которую произнёс Дексипп перед отрядом афинян, вступивших в борьбу с войском скифов. Фрагмент этот содержит важные сведения о положении в Афинах и других греческих городах во время вторжения, сообщает и некоторые данные о ходе военных действий. Однако он переполнен риторическими прикрасами и немалой долей хвастовства, что заставляет относиться к нему со значительной осторожностью.

Из более поздних авторов наиболее подробные данные сообщает биограф Галлиена и Синкелл. Их рассказы в общем совпадают, так как и Поллион и Синкелл используют здесь произведения Дексиппа. Гораздо меньшее значение для описания этого похода имеют Зосим и Зонара. Зосим очень краток и допускает к тому же некоторые хронологические неточности; Зонара даёт также очень беглое изложение событий и по небрежности относит осаду Афин ко времени Клавдия.

Для датировки Греческого похода племён Причерноморья очень важны сведения нумизматики. Нападение на Грецию произошло вскоре после экспедиции скифов в Гераклею. Инициаторами Греческого похода были племена Меотиды, которые выступают у Синкелла под именем герулов (SHA и Зосим называет их «скифами»). Синкелл даёт некоторую возможность составить представление и о численности «скифского войска». По его словам, герулы двинулись в поход на 500 судах. Исходя из этой цифры, многие авторы считают, что их войско состояло из 15 тыс. человек (500 х 30), так как в каждую «камару» вмещалось 25—30 человек. Однако 15 тысяч человек может служить лишь в качестве самой минимальной цифры, ибо в состав флота входили, несомненно, и более крупные суда, а не одни лишь камары. В распоряжении герулов были корабли Боспорского царства, а кроме того, рейды в Трапезунт и другие порты малоазийского побережья сопровождались, как правило, захватом многочисленных торговых судов. Возросло и собственное искусство судостроения, поэтому цифра «15 тысяч» должна быть удвоена, тем более, что в этом походе, кроме герулов, приняли участие и племена Западного Причерноморья — именно готы. Таким образом, численность ополчения племён Причерноморья (Понта Эвксинского) должна была быть ещё более значительной.

Военные действия начались с того, что скифо-сарматский флот, проплыв вдоль северных берегов Понта, вступил в устье Дуная; прилегавшие к нему территории подверглись разгрому. Трудно сказать, какие конкретные цели преследовали здесь скифы, быть может, одной из этих целей было отвлечение внимания римлян и их сил от проливов на севере. Однако римляне поняли грозившую им опасность. Узнав о событиях на Истре (р. Дунай), император Галлиен, правивший в 253 -268 годах, принял меры к укреплению Византия и других городов, для чего в район проливов были направлены полководцы Клеодам и Афиней. Тут же был сосредоточен и возрождавшийся римский флот во главе с Венерианом. Смысл всех этих мероприятий сводился к тому, чтобы не дать противнику прорваться через проливы и закрыть ему наглухо путь в Эгейское море. Принятые меры не оказались излишними, так как герулы не имели военного успеха на Дунае, но, оставив операции на Истре (Дунае), они теперь вместе с придунайскими племенами, которых Поллион называет готами, появились в районе Боспора, где и разыгрались ожесточенные бои.

Флот герулов и готов понёс поражение от римского флота Венериана, и они отступили к Гиерону, лежавшему в самом устье Боспора. Очевидно, и римляне понесли в боях тяжелые потери, в морской битве пал начальник римского флота Венериан. На следующий день после их отступления к Гиерону флот скифов и герулов вновь двинулись вперёд и, пользуясь попутным ветром, успешно прошёл Боспор, Пропонтиду и приблизились к Кизику. Этот крупнейший город Вифинии попал в их руки.

В своём дальнейшем движении «скифский флот» уже не встречал особого сопротивления и вышел в Эгейское море. На своем пути скифы подвергли опустошению прибрежные районы провинции Азия. Однако не провинция Азия была их целью. Следуя вначале вдоль малоазийских берегов, они затем повернули на юго-запад. Синкелл сообщает об опустошении ими островов Лемноса и Скироса, которые и явились промежуточными этапами их пути в Грецию.

«Скифский припонтийский флот» (Черноморский флот) появился у греческих берегов и пристал к побережью Аттики. Крупнейшие греческие города — Афины, Коринф, Спарта — были захвачены и подвергнуты нещадному разгрому, вся Аттика и Ахайя оказались в руках скифов. «Большая часть городов была взята неприятелем хитростью, когда они находились без защитников» (Dеxiрр., fr. 21). Дексипп сообщает, что большая часть греческих городов сдалась им без всякого сопротивления. Города Греции в то время совершенно не имели регулярных войск для своей защиты более или менее значительные силы находились лишь и отдаленных районах Македонии и Фракии. Однако часть богатых горожан, бежавших из Афин в окрестные горно-лесистые местности, решила повести борьбу. На сходке эти горожане выбрали своим вождем историка Дексиппа. В своей речи Дексипп всячески ободрял горожан, указав им на их преимущества в предстоящих военных действиях. Эти действия свелись к устройству засад и нападениям на отдельные группы противника. Дексиппу, возможно, удалось добиться в этой партизанской борьбе некоторых успехов. Отряд его возрос до двух тысяч человек, но судя по той же речи Дексиппа, ещё большее число жителей Афин было заодно с пришельцами.

Ободряя афинян, Дексипп сказал: «В надежде получить свободу нападут на неприятеля и те, которые действуют вместе с ним и по необходимости и но принуждению, как только они увидят наше нападение».

Следовательно, часть афинян примкнула к скифам, стала их союзниками. Конечно, не исключено, что среди них были и люди, сделавшие это из страха за свою жизнь. В Афинах, происходило то же, что и в других римских провинциях, подвергавшихся нападению, — именно переход на сторону врагов беднейших слоев населения. Об этих фактах известно из рассказов, восходящих к Дексиппу, но в данном случае речь идёт об Афинах, и тут Дексипп менее всего мог быть беспристрастным. Восхваляя патриотизм афинян, подчеркивая сохранение ими прежней воинской доблести, он пе мог и не хотел видеть факта резкого расслоения среди афинского гражданства. Надежды Дексиппа на то, что пример афинян вдохновит все греческое население на борьбу с врагом, не оправдались; пришельцы оставались хозяевами Греции. Такое положение длилось недолго. У берегов Греции появился Римский флот, во главе которого теперь стояли Клеодам и Афиней (Κλεο’α^ος ’Aíhjwtoç) у грекоязычного Зонары написано: «Клеодам, афинянин». На близость римского флота ясно указывает Дексипп в своей речи к воинам-афинянам.

Флот причерноморских племён подвергся нападению со стороны римского флота и был по большей части уничтожен им. Для скифов это явилось тяжким ударом. Между тем бои завязались на территории Аттики и Ахайи. Поллион и Синкелл в качестве главного действующего лица последующих событий выставляют Дексиппа; Синкелл говорит о том, что афиняне во главе с Дексиппом перебили многих «варваров», Поллион утверждает, что последние «варвары были побеждены афинским предводителем Дексиппом». Несомненно, что здесь есть чрезвычайное преувеличение, ибо Дексипп со своим малочисленным отрядом афинян из 2 тысяч человек, конечно, никак не мог сыграть решающей роли. Можно предположить,что после своей победы римский флот произвёл высадку сухопутных войск, которые, соединившись с отрядом Дексиппа, нанесли неприятелю значительные поражения.

Определение более точного времени этих важнейших событий и, вместе с тем, времени войны в целом представляет немалые трудности. Единственной отправной точкой для этого может служить одна из сохранившихся александрийских монет. Эта александрийская монета, относящаяся к 267 году, свидетельствует о каких-то морских победах римлян. Но поскольку морской поход в Грецию был единственным морским походом во времена Галлиена, при котором дело дошло до крупных боев на море, то речь идёт несомненно именно об этом походе и 267 год является его неоспоримой датой. Так как александрийский год начинается 29 августа, нетрудно прийти к заключению, что данная победа была во второй половине 267 года. Правда, Раппапорт склонен считать, что монета эта выбита в честь первой морской победы римлян, т.е. победы, одержанной в проливах. Взгляд Раппапорта кажется малоубедительным. Победа в проливах была лишь частичным успехом римлян, даже не сумевшим помешать дальнейшему движению скифского флота; последующий разгром Азии, Греции и греческих островов скифами также вряд ли мог способствовать радостным настроениям и появлению победных эмблем на монетах. Тем более вероятно, что после таких крупных неудач решительный успех римского флота в 267 году повлек за собой быструю чеканку монеты с эмблемой морской победы.

Поражение скифов на море, а затем и на территории Греции вынудило их начать отступление в северном направлении. Возможность вернуться на родину морем была окончательно утрачена ими. Скифскому войску оставался лишь сухопутный путь: на север и далее на северо-восток. Следуя по этому пути, они прошли Беотию, Эпир и через Македонию направились во Фракию. Источники умалчивают о военных событиях этого периода, однако движение скифов через Эпир позволяет сделать предположение, что римляне сумели пресечь им кратчайший путь отступления. План римлян состоял в том, чтобы отрезать скифам все пути отхода на родину, окружить их и уничтожить.

На театр военных действий направился сам Галлиен, поручив Авреолу оборону Италии против Постума. Скифы отступали, производя одновременное опустошенно пересекаемых ими балканских областей, что и повело несомненно к известному распылению их сил. Этим и воспользовался Галлиен. Он напал на врагов и нанёс им серьезное поражение, стоившее скифам 3000 человек убитыми. Георгий Синкелл так завершает рассказ о разгроме варваров:

«Император Галлиен уничтожил 3 тысячи [варваров] близ Несса (τον Nessov) [фракийская река]. Тогда вождь эрулов Навлобат сдался императору Галлиену и был пожалован достоинством консула.»

Что же это за «τον Nessov» и где он был расположен? Не без основания считают, что речь здесь может идти только о Несте (Nestes) — реке, лежащей на границе Македонии и Фракии. По свидетельству Поллиона, путь отступавших пролегал через Македонию; с другой стороны, Зосим указывает, что Галлиен сразился с ними уже на территории Фракии. Положение Неста — пограничной реки — позволяет согласовать данные Поллиона со сведениями Зосима, и поэтому река Неста  (греч.»τον Nessov» ) является наиболее вероятным местом битвы. Положение «скифов» становилось все более тяжёлым; один из вождей горулов перешёл на сторону императора Галлиена и, впервые в римской истории, «варвар» получил от императора консульские инсигнии — внешние знаки могущества, власти и сана.

При известии о поражении отряды скифов быстро собрались и, прикрываясь обозом, продолжали отступление. Точный маршрут их движения неизвестен, и лишь Поллион говорит о том, что «скифы… пытались бежать через гору Гессак». Название это несколько загадочно, так как оно не встречается ни у других историков, ни у античных географов. Но судя по тому, что отступавшие уже достигли пределов Фракии, то были, скорее всего, Родопские горы. Отступление происходило, видимо, в обстановке жестоких боев, так как, по словам Зосима, Галлиен вёл войну со скифами с напряжением всех сил.

Галлиен, поглощенный борьбой со скифами, получил известие о мятеже Авреола, отправленного в Италию воевать против Постума. Это событие произошло в первые месяцы 268 года, поскольку в самом начале 268 года в Милане ещё чеканились монеты Галлиена, а 24 марта 268 года римский сенат уже признал императором Рима полководца Клавдия. Восстание Авреола было чрезвычайно опасным, так как оно отрывало от империи Италию. Положение усугублялось тем, что Авреол вступил в соглашение с Постумом, поэтому Галлиен вынужден был оставить продолжение войны со скифами Марциану и Клавдию, а сам устремился на север для борьбы с Авреолом. В происшедшем сражении Авреол был разбит и ранен, его войска укрылись в Милане, где и были осаждены армией Галлиена.

Уход на север значительной части римских войск и лучших полководцев сильно облегчил положение скифов, упорно пробивавшихся на родину. К сожалению, пропуск текста в изложении Поллиона не даёт возможности проследить заключительный этап этой войны. Бои шли с переменным успехом, и хотя скифы понесли тяжелый урон, часть их всё же прорвалась через Дунай на родину. Поскольку Марциан продолжал борьбу с причерноморскими племенами уже в тот период, когда сам Галлиен вёл войну на севере против Авреола, то заключительный этап этой римско-скифской войны приходится на начальные месяцы следующего, 268 года.

Поход причерноморских племён 267—268 годов имел огромное значение в ходе римско-скифских войн III века и по числу участников и длительности маршрута он резко отличался от всех предшествующих походов: вместо сравнительно немногочисленных отрядов, проводивших первые морские походы, на римские земли напало многотысячное войско, шедшее на 500 кораблях.

Необычайна была глубина его проникновения — общая длина проделанного скифами пути достигает 4000 километров! Этот глубинный характер похода, многочисленность напавших и сила их натиска дали им возможность разгромить области римской империи, доселе вовсе не затронутой вторжениями — Грецию, или менее затронутые нашествием — Эпир, Македония. Греческие области, и без того переживавшие глубокий экономический упадок, получили такой удар, который окончательно подорвал их благосостояние.

Но если в этой войне скифы ещё раз продемонстрировали рост своих боевых сил, ещё более усилили нажим на империю, то римская империя с несомненностью показала, что и её резервы ещё далеко не исчерпаны. На арену военных действий вновь выступил римский флот, который и нанес тяжелые удары флоту противника, римляне достигли крупных успехов не только на море, на суше. Правда, римлянам не удалось окончательно истребить скифов, но уже тот факт, что скифам пришлось отступить в обстановке тяжелой борьбы, говорил о многом.

Источник

Римская империя в конце 60-х годов III века н.э.
Война племён Северного Причерноморья с Римом в 266 году

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*