Понедельник , 26 Сентябрь 2022
Домой / Язык – душа народа / Термины кровного родства. ДИТЯ

Термины кровного родства. ДИТЯ

Академик Олег Николаевич Трубачев  «История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя».  Глава I. ТЕРМИНЫ КРОВНОГО РОДСТВА.

ДИТЯ

Слав, dete: ст.-слав. дѢта, дѢтина, дѢтиште, дѢтишть, др.-русск. дѢта, дѢтина — ‘слуга’, русск. дитя, облдитё, диал. детина (Заонежье), собир. ‘детвора, дети’, укр. дитина, белор. дзiця, дзiцяцi, польск. dziecie, dziecko, кашуб. зecа, прибалт.-словинск. зautko, зeca, н.-луж. zise, полабскdeta, d’otka, чешск. dite, диал. det — ‘дитя’, zdetit se, nezdetit se ‘(не) иметь детей’, словацк. diet’a, словенск. dete, decak ‘der Bursche’, decaj ‘das Kind’, decek ‘der Knabe’ decko ‘der Knabe’ decla ‘das Mädchen’, др.-сербск. дѢте> дѢтъ сербскдujeme, ђeme, дjеца — ‘дети’, болг. дете (мн. чис. деца).

Слав. dete содержит е < оi < и.-е. *əi, ср. санскр. даяти — dhayati — ‘он сосёт грудь’, ст.-слав. доѭ  -‘я дою, кормлю грудью’, и.-е. *dhēi-. Вместе с тем указывалось на двусмысленность слав. ě в děte, которое может восходить не только к оi (ср. санскр. dhayati), но и к ē (ср. наличие латышск. dels —‘сын’ лат. felare), что вынуждало — при естественном стремлении видеть в перечисленных фонетических разновидностях общий корень— предполагать исходную форму *dhe(i)-. Таким образом, dete восходит к *dhoitent-. В последней форме названный выше индоевропейский корень многократно распространен суффиксами, модифицировавшими его форму и значение. Прежде всего следует отметить суффикс −t, непосредственно примыкающий к корню *dhē(i)-, ср. формы с суффиксом −t- от того же корня в различных индоевропейских языках: латышск, dels, лат. filius с близким значением ‘сын’ Возможно, древний суффикс −t- указывает на наличие пассивной формы, ср. от того же корня санскр. dhīta — сосать — нем. ‘gesogen’ .

 В крито-микенском диалекте греческого языка отмечено слово do-e-ro, которое читают как δόελος, архаическая форма классического δουλος, — ‘раб’  Этимология δουλος остается тёмной, в чём была до сих пор повинна невыясненность фонетического и семантического развития слова. В частности, его сопоставляли через λουλος со слав. loviti, предполагая значение ‘военнопленный’  Прежде всего значение ‘раб’ не представляется нам исконным в этом древнем слове. Что касается фонетического развития, то необходимые коррективы вносит крито-микенское δόελος, которое представляется возможным объяснить из *dhoi-elo- ‘ребёнок’, ‘сосунок’, производного от и.-е. *dhē(i)-, поскольку крито-микенский диалект, как указывают, утратил древнюю придыхательность согласных. Аналогичное использование суффикса −l- ср. в лат. filias и латышск. dels. Форма δουλος в классическом греческом, быть может, является диалектным заимствованием, ср. её этимологическую неясность при попытках истолковать её как исконное слово. Заимствование названия раба представляет обычное явление. Что же касается основного момента семантического развития (ср. предполагаемое нами изменение ‘ребёнок’ > ‘раб’, невольник’), то примеров этого достаточно в истории различных индоевропейских языков.

Дальнейшее распространение основы *dhoit- причастным суффиксом −ent-, очевидно, относится ко времени, когда значение формы *dhoi-t- ’вскормленный’ перестало ясно ощущаться, чем объясняется нанизывание нескольких суффиксов. Но и после присоединения нового суффикса значение, по-видимому, осталось прежним: ‘вскормленное’. Суффикс −ent- известен главным образом как формант причастия действительного залога, но предполагать строгое разграничение страдательных и действительных залоговых значений в древности для индоевропейского причастия нет надобности, ср. древние свидетельства хеттского языка, в котором причастия на −ant- (−anz-) выражают оба значения.

Определенное этимологическим путем значение слав. *dete — ‘вскормленное грудью’ сомнений не вызывает. Помимо многочисленных производных от индоевропейского корня *dhēi- со значениями ‘дитя, сын’, ср. основанные на том же признаке названия от и.-е. *sorbh-, *srobh- ‘сосать, хлебать’: греч. ρώβίδας ‘младший возраст ребенка у спартанцев’; польск. pasierb ‘пасынок’, ‘подобие сына, неподлинный сын’, сюда же греч. ροφειν ‘хлебать’, литовск. surbiu, surbti то же. Ср. далее такие прозрачные названия, как русск. сосунок, польск. osesek <слав. sъsati — ‘сосать’.

Корневой вокализм всех славянских форм продолжает о.-слав. *dete. Исключение представляет восточнославянский, где вместо Ѣ — и: русск. дитя, укр. дитина. Р. Брандт считал это отражением ei или ī при древнем oi в прочих славянских языках, в то время как Ф. Ф. Фортунатов видел здесь общевосточнославянское изменение ě (Ѣ) в и в известных условиях.

Слав. *dete стоит особняком среди целого ряда внешне аналогичных образований с суффиксом *-nt-, которые этимологически обнаруживают первичные значения принадлежности с последующим развитием уменьшительных значений. Впоследствии, после забвения внутренней формы, слав. dete полностью унифицировалось в отношении структуры и употребления с другими славянскими существительными на *-et-. Все они образуют небольшую, но характерную лексическую группу, известную как названия молодых существ на −et-. Их однородность, однако, не исключает случаев иного происхождения вроде *dete, почему даже в рамках таких структурно обособленных групп необходим «индивидуальный» подход (подробно о группе образований с −et- см. ниже). Слав. *dete имело древнее окситонное ударение, ср. русск. дитя.

Другой древней славянской формой является *detb, непосредственно восходящее к и.-е. *dhoi-t-.Исходным значением этого образования с суффиксом −ь была, как видно, собирательность (‘совокупность детей’), ср. значение др.-сербскдѢть и сербск. диал. дujет. Чешск. диал. det -’‘дитя’, м. р., является, наверное, результатом перехода от собирательного значения к сингулятивному. Именно от формы detь образована славянская форма множественного числа *deti ‘дети’, которая затем приобрела большое значение в ряде славянских языков не как соотнесенная с собирательным *detьf от которого она произведена, а как соотнесенная с сингулятивом *detet поскольку противопоставление единственного числа множественному является более очевидным и важным: русск. дети, укр. дiти, польск. dzieci, ст.-слав. дѢти, сохранившееся также в отдельных говорах болгарского.

Точно так же вторично соотнесенным с *dete является местное южнославянское образование с функцией множественного числа: ст.-слав. дѢтьца, болг. деца, сербск. дjeца, словенск. deca ‘дети’, собственно — уменьшительная форма от detь.

Собирательные производные на −va: русск. детва, укр. дiтва, польск. Jziatwa. Русск. детвора Ломан объясняет влиянием собирательных числительных русск. четверо, пятеро(субстантивированный средний род к ст.-слав. четворъ, четверъ), так как это наиболее употребительные числа при перечислении детей, из прочих производных: болг. дечурлига.

Следует отметить интересные примеры сужения значения слав. dete в южнославянских языках, где авторы отмечают значение ‘мальчик, сын’: сербск: диjете— Ja имам jедно диjете (= jедног ђemuħа) и — да опростите — двиjе ђевоjке, макед. дете -‘сын’, а также — мъшко -дете.

Далее… Термины кровного родства. ОРБУС — маленький

Термины кровного родства. ОТРОК
Термины свойственного родства. МАЧЕХА

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*