Пятница , 30 Июль 2021
Домой / Античный Русский мир. / Родовое самосознание славянской этнической общности

Родовое самосознание славянской этнической общности

Распространение славянских языков в западной Европе

Этногенез и культура древнейших славян.
Лингвистические исследования
Олег Николаевич Трубачев.

Часть II

СЛАВЯНСКАЯ ЭТИМОЛОГИЯ И ПРАСЛАВЯНСКАЯ КУЛЬТУРА

ГЛАВА 3.

Родовое самосознание славянской этнической общности

Не лишне указать на различия между исторической лексикологией и историей, особенно реконструкцией культуры. Для исторической лексикологии характерна ориентация на культурные слова, термины, практически вообще всю лексику. Отсюда в идеале историческая лексикология языка — это прежде всего исчерпывающая инвентаризация и классификация его словарного состава. Ср. труд В. Кипарского с довольно подробными списками Erbwörter — Fremdwörter — Neubildungen [16]. Этого недостаточно для реконструкции древней культуры, потому что, если историческая лексикология — инвентарь, то реконструкция древней культуры — это реконструкция духа культуры. Здесь многое решает уже упоминавшаяся установка на ключевые слова, а отнюдь не полнота инвентаря всех лексических средств выражения культуры, что позволяет пойти на преднамеренную, допустимую неполноту и избирательность в отношении последних. Раскрытие духа культуры приближает нас к проблеме реконструкции древней идеологии, убеждает в том, что аспект самосознания и мировоззрения — главнейший аспект человеческой культуры, в том числе культуры древних славян.

Поэтому мы и впредь будем реагировать критикой или конструктивной контраргументацией на рассуждения, подобные нижеследующим:

«Не существовало единого праславянского народа, а также мы не можем допустить существование чувства славянской этнической общности» [17, с. 414]. «Носители этой новой lingua franca начали теперь усваивать профессиональное название склавин (неславянского происхождения) в качестве самообозначения, в результате чего создалась иллюзия, что этническое сознание существовало давно, в отдалённые праславянские времена« [17, с. 423].

Мы располагаем сейчас фактами, говорящими о том, что не только в средневеково-праславянскую эпоху, но и в предшествующие эпохи существовало и получало разные выражения этническое и — его предшественник — родовое самосознание.

Родовое самосознание *Свой — ‘не свой’ -*Чужой

Капитальная индоевропейско-славянская культурная оппозиция ‘своё’ — ‘не своё’ побуждает нас ближе заняться обоими членами оппозиции и их древними истоками и осмыслением.

Средоточием индоевропейского самосознания было *su̯e-/*su̯o-, а его оппозит воплощал как бы отрицательное самосознание, в иных (лингвистических) терминах — был функционально и семантически маркирован. Это порождает быструю смену, вообще — неустойчивость, пестроту выражения данного члена оппозиции, которому незыблемо противостоит, прослеживаясь до самых древних времён, положительное и.-е. *su̯e-/*su̯o-.

Определенным непониманием этой лингвистической маркированной сущности отличается рассуждение Дюмезиля об оппозитах ведийского sva ‘suus’ с их главным значением ‘чужой’ и более специальными ‘гость’, ‘враг’, ‘дикарь’ (arí, áraṇa, dā́sa, dā́syu и т.д.). Он теряется в догадках о понятии ‘чужой’, готов искать в нём «оппозитивный смысл», но ввиду разошедшейся терминологии, а также по общим соображениям допускает, что ‘чужой’ — поздний продукт ума [18, с. 178-179]. Но это, конечно, ошибочный путь с самого начала; ‘чужой’ — это прежде всего не позитивная семема, он издревле воплощает негативное самосознание — ‘не свой’, а остальное — упомянутую пестроту — взгляд современного лингвиста быстро распознаёт как естественную недолговечность, стираемость, быструю сменяемость экспрессивно отмеченного оппозита ‘чужой, не свой и т.д.’

Недостаточно конструктивными оказываются и суждения Бенвениста на эту тему, когда он приходит к выводу, что «нет «чужого» самого по себе», что ‘чужой’ всегда предстает в более конкретной ипостаси ‘врага’, ‘чужестранца’ или ‘гостя‘ [19, с. 368]. Но с ещё большим правом, особенно после сказанного выше, мы можем констатировать, что ‘враг’, ‘чужестранец’, ‘гость’, список ипостасей ‘чужого’ можно продолжить и дальше: ‘дикарь‘, (см. Дюмезиль, выше) — это всякий раз вторичные конкретные манифестации фундаментального значения ‘чужой’ = ‘не свой’, выражающего отрицательное самосознание человеческого рода.

Мы не случайно заговорили о роде, scire licetсвоём роде, продуктом идеологии которого является функционально-семантическое содержание и.-е. *su̯e-, слав. *svojь. Отмечаемая до сих пор такая черта слав. *svojь, русск. свой как отсутствие противопоставления коллективности и индивидуальности: я — свой, мы — свои, при нем. ich — mein, wir — unser, представляет собой выдающийся и ещё не в полной мере оцененный индоевропейский архаизм славянского языка и культуры, знаменующий собой живую традицию первоначальной этимологии и.-е. *su- и изначальной идеологии рода, о которой см. также ниже. Таким образом, и.-е. *su̯o-s ‘свой’ «лежит вне категории лица», как верно отметил Бенвенист [19, с. 361],  оно может быть правильно понято лишь при признании примата коллективности.

Это подводит нас к этимологии и.-е. *su̯e- как расширения первоначального *sū̆- ‘род, рожать’, обоснованной, например, у Семереньи [20, с. 42 и сл.]. Правда, эта концепция ещё нуждается в дальнейшем развитии, скажем, постулат «существования имени у Семереньи [20, с. 45; ср. ещё 21, с. 187] может показаться голословным ввиду наличия откровенно отглагольных, причастных названий сына и.-е. *sūnu-, *suto- с корнем *sū̆-. Эта глагольная сущность и.-е. *sū̆- позволяет иначе оценить и доместоименную адъективность и.-е. *su̯o-s ‘свой’ ← ‘родной, родовой’ ‘родить’, рассматривая *su̯o-s как стадию Местоименияpronomen = praenomen (ср. то, что говорится у нас далее о первоначальной атрибутивности).

ЛИТЕРАТУРА

15. Europäische Schlüsselwörter, Herausg. vom Sprachwissenschaftlichen Colloquium (Bonn): J. Knobloch et al. München, 1967. Bd. III. Kultur und Zivilisation.
16. Kiparsky V. Russische historische Grammatik. Heidelberg, 1975. Bd. III. Entwicklung des Wortschatzes.
17. Pritsak O. The Slavs and the Avars // Estratto da: Settimane di studio del Centro italiano di studi sull’alto medioevo. XXX. Gli Slavi occidentali e meridionali nell’alto medioevo. Spoleto, 1983.
18. Дюмезиль Ж. Верховные боги индоевропейцев. М., 1986.
19. Бенвенист Э. Общая лингвистика. М., 1974.
20. Szemerenyi О. Studies in the kinship terminology of the Indo-European languages (= Acta Iranica. Textes et memoires. Téhéran; Liège, 1977. V. VII).
21. Трубачев O.H. [Рец. на:] Szemerényi О. Studies in the kinship terminology… // Этимология. 1979. M., 1981.

Далее… ГЛАВА 4. Земледелие славян — индоевропейская традиция.

Земледелие славян - индоевропейская традиция
Индоевропейский праязык как предыстория славянского

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*