«Воровские казаки» — разбойники на Волге и Каспии

Смутное время (Смута) в России — период глубокого политического, экономического и социального кризиса, ознаменовавшийся борьбой за власть, крестьянскими восстаниями, иностранной интервенцией и общественным хаосом. Условно Смутное время охватывает период с конца XVI века — 1598 года (смерть царя Фёдора Ивановича и начало правления Бориса Годунова) конец Смуты 1613 год — избрание на царство Михаила Романова. Однако некоторые историки расширяют эти рамки, включая в них события предшествующие и последующие годы XVII века.

В период Смутного времени ввиду ослабления центральной власти, на Волге и Каспии значительно увеличилось количество грабительских нападений на купеческие корабли. С Дона и других мест регулярно отправлялись отдельные ватаги, промышлявшие грабежами и насилием. Даже спустя десятилетия после окончания Смутного времени, московское правительство не могло похвастаться контролем за южными рубежами государства.

Так, в 1622 году, возвращаясь обратно в Москву после переговоров с турками, русские послы встретили в Пашенском и Голубом городке на Дону волжских «воровских казаков», щеголявших в дорогих одеждах из восточных тканей. При расспросе выяснилось, что их отряд из 160 человек долгое время жил на Волге и ходил в поход на Каспий громить персидских купцов.

Впрочем, долго разбойничать на Волге они не смогли, поскольку их вытеснили оттуда царские войска. В результате, они были вынуждены вернуться обратно на Дон. Ехавший с посольством донской атаман Епифан Радилов забрал их с собой для пополнения своего войска.

Жертвами грабежа «воровских казаков» не всегда становились лишь иностранные купцы. Не брезговали они нападать и на русские корабли. В 1626 году «воровские казаки» напали близ Черноярского урочища на царский караван, шедший по Волге. Потери были столь ощутимыми, что царь Михаил Фёдорович Романов всерьез задумался о безопасности речных путей. Чтобы пресечь в дальнейшем подобное, правительство было вынуждено поставить городок Чёрный Яр с сильным военным гарнизоном.

Поскольку основным источником пополнения разбойных ватаг оставался Дон, царские власти предпринимали самые разнообразные меры, чтобы пресечь переход донских казаков на Волгу. Зимой 1631–1632 годов на Дон был отправлен воевода Лев Волконский со стрельцами для сбора сведений о деятельности казаков.

Воевода Волконский предупреждал власти о том, что атаманы «воровских казаков» Стенька Сычугов и Тимошка Тестеной, прославившиеся тем, что в 1631 году грабили на Волге и Каспии торговые бусы (суда), появились на Дону и уже собрали отряд из 600 человек и снова намерены идти на Волгу.

Чтобы предупредить местные власти, Волконский направил сообщение об этом воеводам в Астрахань на Чёрный Яр и Царицын. Особо тяжёлое положение, по его мнению, было в Царицыне, где город обороняли всего триста конных и пеших стрельцов. Это означало, что остановить «воровских казаков» они не могли.

Как и следовало ожидать, пресечь перемещение казаков Волконскому не удалось. В 1631 году, после многочисленных разбоев на Волге, отряд из 600 казаков ушёл зимовать на Дон. Тогда же на общем собрании они приняли решение идти на службу в Польшу. Однако царские воеводы смогли уговорить их перейти на службу к царю, а уже в следующем году отправили их под Смоленск участвовать в очередной русско-польской войне.

Смоленская война 1632–1634 годов на время заняла казаков, но поскольку она закончилась поражением русской армии и не принесла существенных выгод казачеству, после её окончания нападения «воровских казаков» на торговые караваны снова возобновились.

В 1636 году на Волге у Чёрного Яра казачий отряд из более чем пяти сотен человек под командованием Ивана Яковлевича Поленова разграбил царский караван, а затем двинулся в Каспийское море. Поленов и его шайка захватили и разграбили город персидского шаха Фарабас. После этого с добычей казаки направились на Яик (река Урал), который к тому времени становился базой каспийских пиратов.

Факт того, что отныне разбойники плотно обосновались на Волге и использовали Яик в качестве своей тыловой базы, не мог не насторожить царя Михаила Фёдоровича. В результате было принято решение построить военные укрепления на Яике, что позволило бы контролировать движение по этой реке и предотвращать грабительские походы казаков.

В 1640 году казаки с удивлением увидели в устье Яика астраханских стрельцов во главе с богатым купцом Михаилом Гурьевым его братьями построили деревянный острог и учуг для защиты от нападений туркмен и ногайцев, получившую название Гурьев городок.

В 1645 году Михаил Гурьев решил возвести на месте деревянного острога каменный. Однако едва начал осуществлять свою задумку, как городу стали угрожать «воровские казаки».
В 1647–1648 годах по царскому указу были возведены каменные городские укрепления, под названием Яицкий городок.

ЯИКУШКА ГОРЫНОВИЧ
Яик ты наш, Яикушка, Яик, сын Горынович!
Про тебя ли, про Яикушку, идет слава добрая;
Про тебя-ль, про Горыныча, идет речь хорошая.
Золочено у Яикушки его было донышко;
Серебряны у Яикушки его были краешки;
Жемчужные у Яикушки его круты бережки.
Мутнехонек, наш Яикушка, бежишь ты быстрехонько;
Прорыл-протек наш Яикушка все горушки, все долушки;
Выметывал наш Яикушка посередь себя часты островы,
С вершин взялся наш Яикушка,
Бежишь же ты вплоть до устьица,
До славного ты до моря, до города до Гурьева.
За Гурьевым выпадал ты во батюшку сине море,
Как до славного до города, острова, до острова Камынина.
На острове Камынине, братцы, старики живут,
Старики, братцы, старожилые, они по девяносто лет.
С покоренною Золотой Ордой
Старики, братцы, во ладу живут.
Круты бережки, низки долушки
У нашего пресловутого Яикушки
Костьми белыми казачьими усеяны,
Кровью алою молодецкою упитаны,
Горючьми слезми матерей и жен поливаны.
Где кость лежит, там шихан стоит;
Где кровь лилась, там вязель сплелась;
Где слеза пала, там озеро стало.
(Впервые песня была записана
от стариков в 30-х годах XIX века.)

Появление в устье Яика царской крепости, конечно, насторожило казаков. В 1649 году отряд атамана Ивана Кондырева разграбил на море продовольственные запасы, предназначавшиеся для крепости, и также не дал гарнизону запасти дрова на зиму, что крайне осложнило ему жизнь.

Проблемы для правительства создавали и другие отряды «воровских казаков» с Дона. Летом 1646 года они ходили на Каспийское море, добравшись до берегов Гиляна, где разгромили несколько персидских торговых кораблей. После этого они подошли к Баку, где разграбили бусы (суда) жителя Ферабада Анжи Бакея.

Трофеями казаков стали товары на 600–700 туманов, да за самого купца казаки взяли выкуп в 130 туманов.  Туман — официальная денежная единица Персии с 1825 по 1932 год. Один туман равнялся 10 тысячам динаров.

Получив известия из Персии об учиненном погроме, астраханские власти немедленно объявили общий поиск преступников. Из Астрахани в Теркский городок были посланы служилые люди с приказом найти «разбойных казаков», арестовать и конфисковать награбленные товары. Результата эти распоряжения не принесли.

В феврале 1650 года на Дон была отправлена царская грамота, которая требовала от войскового атамана Наума Васильева поиска «воровского казака» Ивана Кондырева с товарищами, которые отправились на Каспийское море, разгромили и разграбили многие персидские города и села, после чего ушли к калмыкам в улус Лузан-тайши. Атаману было приказано отправить к калмыкам специального посланника, который должен был передать людям Кондырева прощение за их прегрешения, если те оставят разбой.

Весной 1654 года казаки с Яика вышли в море, миновав Гурьев городок. Часть тяглого населения городка присоединилась к казакам. С Дона пришли ещё четыре сотни удальцов. В очередной раз были разграблены персидские берега, и казаки с богатой добычей благополучно вернулись обратно.

В апреле 1659 года в Царицын прибыл боярский сын Герасим Иванович Быков, который сообщил, что во время перехода из Астрахани в Царицын близ Дубового острова на его судно напали «воровские казаки». Это был небольшой отряд из 50 человек. Единственное, что спасло Быкова от грабежа, было его заявление, что он направляется из Астрахани в Царицын с царскими грамотами, по распоряжению воеводы. Однако другим судовладельцам в этом отношении не так повезло.

Возле того же Дубового острова спустя несколько дней «воровские казаки» захватили струг саратовских посадских людей Тараса Петрова и Спиридона Федотова. В ходе схватки был убит крестьянин Максим Лыскович. Остальные были вместе со стругом приведены на воровской стан на Дубовом острове. Здесь струг и всё находившие в нём служители были ограблены. Добычей казаков стало две с половиной тысячи рублей в деньгах и всяческой «мягкой рухляди» на 200 рублей.

Продержав несчастных пленников весь день на Дубовом острове, казаки отпустили их. Однако приказали ехать не в Саратов, откуда они вышли, а в Царицын, чтобы жители городов Верхнего Поволжья не знали об опасности. Интересен тот факт, что из восьми саратовских стрельцов, которые служили на струге, трое присоединились к «воровским казакам».

4 июня 1659 года на Дон была послана царская грамота, с требованием поймать «воровских казаков» и предать их смертной казни, в назидание другим казакам, которые вздумают учинять грабежи, разбои и убийства. Чтобы искоренить разбойничье гнездо на Волге, царицынский воевода Дмитрий Васильевич Давыдов выслал против воров отряд из полутора сотен стрельцов во главе с боярским сыном Петром Васильевичем Угрюмовым и стрелецким сотником Иваном Сильвестровичем Карево.

Однако реальных результатов усилия властей не принесли. 29 сентября 1659 года в Саратов прибыл соляной струг купца московской гостиной сотни Фёдора Горохова. Находившийся на нём приказчик Карп Селиванов сообщил, что он направлялся из Астрахани в Саратов, однако у урочища Шишкин Остров в 170 верстах от Саратова его струг остановил отряд из примерно 80 «воровских казаков».

Селиванова схватили и подвергли пытке огнём, выведывая у него, где находятся ценности. После этого казаки разграбили струг, забрав всё ценное у приказчика и его работных людей. Возможно, их судьба сложилась бы весьма трагично, если бы мимо стоянки разбойников не проходили два вятских струга, которые направлялись из Москвы в Астрахань. Разбойники немедленно вступили с ними в бой и, перебив всех, захватили струги.

После этого с награбленной добычей «воровские казаки» пошли степью к реке Иловле. Экипаж Селиванова казаки отпустили, но некоторые из работных людей предпочли присоединиться к разбойничьей вольнице. Получив известие о новых грабежах, саратовский воевода снова отправил на поиски отряд из двух сотен стрельцов с заданием найти и показать разбойников.

Место воровского городка стрельцы вычислили быстро. Отряд Климова вступил с казаками в бой, разгромив врага. Двух разбойников стрельцы захватили в плен и привезли в Саратов. Остальные разбрелись по тайным местам на реке Иловле. Под пыткой пленники рассказали, что отряд из 80 донцов во главе с атаманом Василием Прокофьевым и есаулом Степаном Фёдоровым отправился на Волгу для грабежей купеческих судов. После разбоя они скрывались на реке Иловле в городке, который поставили на Паншинском острове и назвали его Ригой.

Завершив свою миссию, 15 октября 1659 г. отряд Климова вернулся в Саратов, отчитавшись о проделанной работе. После этого отписка была отправлена в Москву, там приняли решение немедленно ликвидировать городок Ригу, что и было сделано. 11 ноября того же года на Дон была отправлена царская грамота с требованием немедленно разыскать и наказать смертью казаков, виновных в грабежах и убийствах.

В апреле 1660 года донские казаки, выполняя волю царя, осадили другой «воровской городок» на Пустовом юрте. После недолгой осады городок был захвачены и уничтожен. Доклад об этом был отправлен в Москву. 5 мая того же года войску была направлена хвалебная грамота царя Алексея Михайловича, в которой тот благодарил казаков за оперативное и своевременное исполнение государевых поручений.

Однако грабежи на этом не прекратились, 26 мая 1660 года воевода Дмитрий Васильевич Давыдов сообщил из Царицына о том, что в апреле того же года отряд «воровских казаков» численностью более шестидесяти человек разгромил на Волге близ Филимонового острова насад купеческого гостя Михаила Гурьева. Об этом сообщил стрелец Иван Дементьев, который смог уйти от погони и добраться до Царицына.

Воевода Дмитрий Давыдов собрал отряд из 170 стрельцов и отдал приказ немедленно отыскать разбойников. Но вместо «воровских казаков» они встретили новую жертву разбойников — струг нижегородского купца Мартына Матвеева, который был разграблен за четыре дня до появления стрельцов недалеко от Чёрного Яра. Выяснилось, что после учиненных разбоев казаки спешно направлялись к Каспийскому морю, забирая по дороге в селениях корабельные снасти, смолу, скобы и гвозди для продолжения похода.

Известие о том, что, несмотря на все усилия властей, разорение «воровского городка» на Пустовом юрте грабежи не прекращаются, вызвало возмущение царя. 29 мая 1660 года на Дон была отправлена новая грамота с требованием немедленно выслать новые силы для поимки и искоренения разбоя на Волге. Особое возмущение царя Алексея Михайловича вызвал тот факт, что в результате проведенного расследования выяснилось, что донские казаки на Пустовом юрте захватили только двух «воров», а остальных отпустили жить в другие места, но с обязательством вернуться затем на земли Донского войска.

В результате весь отряд «воровских казаков» спокойно продолжил свой разбойный промысел. Таким образом, войсковые атаманы не только не выполнили распоряжение царя, но и позволили уйти от наказания большей части своих земляков, виновных в тяжких преступлениях.

Летом 1660 года «воровские казаки» снова орудовали на Волге и Яике, а затем ушли на море. Руководили ими атаман Парфен Иванов и есаул Тимофей Радилов. Чтобы уговорить их отказаться от разбоев и вернуться обратно в свои станы, царь Алексей Михайлович повелел войсковым атаманам направить доверенных людей на Волгу и Каспий. Однако из этой затеи ничего не получилось.

Свою роль в бесчинствах преступников сыграли и коррумпированные царские чиновники. В 1660 году в Гурьев прибыл новый стрелецкий голова Иов Суровцев. За взятки он отпустил всех своих стрельцов на заработки в Астрахань. В крепости осталось всего с десяток человек. Это не могло не сказаться на судьбе Гурьева. Как только началась весна, вниз по Яику двинулись казачьи отряды.

8 мая 1661 года к крепости подошли отряды атамана Парфенки и Тимофея Радилова на 12 стругах. Сопротивление им практически не оказали, и казаки преспокойно миновали крепость, попутно разграбив ее и забрав все запасы. Три дня пытали они огнём приказчика Михаила Алаторца, выведывая у него, где расположена казна. Иов Суровцев, опасаясь наказания, не стал отписывать в Астрахань о казачьем погроме. Лишь письмо приказчика Ивана Белозерова открыло всю неприглядную правду, а Суровцев был смещен и отдан под суд.

Не менее сложная ситуация сложилась и на Волге. В 1659 году под Царицыном снова появились донские «воровские казаки», совершавшие нападения на торговые караваны. Эти разбойники восстановили воровской городок Рига на реке Иловле, который в 1659 году появился вблизи Волго-Донской Переволоки, между городками Иловля и Паншин. В этом городке скрывался отряд из 80 донцов во главе с атаманом Василием Прокофьевым и есаулом Степаном Федоровым, который грабил купеческие суда на Волге. Впрочем, долго просуществовать он не смог. По распоряжению властей Донское войско само разобралось с этими отщепенцами, разгромив поселение. Те главари «рижан», кто попал в плен, были казнены, в назидание остальным. Однако надолго остановить разбой на Волге это не смогло.

Несмотря на все усилия царских властей по нормализации положения дел в низовьях Волги и Яика, эти районы по-прежнему оставались прибежищем разного рода разбойников. Сюда стекались все те, кто был недоволен царской службой или желал быстро разбогатеть за счет грабежей. Сюда же бежали толпы крепостных крестьян со всей России, лишившиеся даже призрачной свободы после введения Соборного уложения 1649 года.

Ситуацию осложнило ещё и то, что турки перекрыли донским казакам выход в Азовское море. Не находя иных источников доходов, казачья голытьба двинулась на Волгу и Яик «за зипунами». Все это создавало крайне взрывоопасную ситуацию, которая рано или поздно должна была привести к грандиозному взрыву.

По материалам: Рагунштейн А.Г. За три моря за зимунами. Морские походы казаков на Черном, Азовском и Каспийском морях.