Военный преступник Вальтер Функ

Историк Игорь Гусев.

#15. Главный финансист Гитлера Вальтер Функ.

Один из главных организаторов военной экономики нацистской Германии финансист Гитлера Вальтер Функ, бывший министр экономики нацистской Германии, президент Рейхсбанка, один из тех успешных деятелей, благодаря которым гитлеровская партия благополучно дорвалась до верховной власти.

Вальтер Функ (1890-1960) родился в семье преуспевающего предпринимателя из Восточной Пруссии. Его дядя, известный пианист и музыкальный педагог Альфред Райзенауэр был подлинным человеком искусства и любимым учеником великого композитора Ференца Листа. Может быть поэтому, по воспоминаниям тех, кто близко знал Вальтера Функа, и сам он отличался неплохой музыкальностью. По словам А.Шпеера, однажды Гитлер, слушая звуки «Прелюдов» Ференца Листа, заметил ему:

«Вам нравится? Скоро Вы нередко будете слышать эту музыку, ведь она станет нашими победными фанфарами в русской кампании. Вальтер Функ выбрал её для этого».

В молодые годы Вальтер Функ постигал право, изучал литературу и музыку, учился экономике в университетах Лейпцига и Берлина. Занимался журналистикой в серьёзных газетах «Leipziger Neueste Nachrichten» и «Berliner National-Zeitung». Во время Первой мировой войны недолго служил по призыву в германской армии, однако в 1916 году его комиссовали по состоянию здоровья… Тут сыграли свою роль грехи шаловливой юности. Много лет спустя, уже находясь под судом в Нюрнберге, он не без нотки тщеславия делился сокровенным с тюремным медиком:

«Хвори мои начались, когда я в тринадцать лет подхватил сифилис. Было это в пивном заведении в Восточной Пруссии. Там школяры, и я в их числе, за деньги занимались любовью с официантками в подсобках».

Функ вообще оказался весьма откровенен и словоохотлив, делясь с надзирателями эпизодами своих былых любовных похождений. Особенно нравились Функу скабрезные разговоры о дорогих притонах и заведениях с порочными услугами. Любил он со смаком рассказывать о некогда устраиваемых им приватных сборищах с доступными дамами:

«Только наилучшие вина, и самое дорогое шампанское! Исключительно высшие, элитные сорта… Незабываемые полуночные вечеринки! Я, как и всегда, обильно пил, поглощая разнообразные деликатесы… И, разумеется, с нами веселилось много-много отменных девочек, тоже самых наилучших… Нас развлекали голые танцовщицы!»

Демобилизованный из армии в самом разгаре войны, Функ в 1916 году, воспользовавшись старыми связями, занял пост редактора торгового раздела «Берлинской биржевой газеты». В 1919 году он выгодно женился на состоятельной невесте из хорошей семьи и сделал успешную карьеру в своей газете, с 1921 по 1930 годы, возглавлял это влиятельное издание, добился известности как один из ведущих немецких журналистов, освещавших деловую сферу. Грамотные аналитические статьи Функа вызывали немалый интерес у представителей германских финансовых кругов. Его вышедшая в 1923 году брошюра о проблемах денежной реформы была представлена таким важным персонам, как президент Рейхсбанка Ялмар Шахт и министр финансов Ханс Лютер.

С 1927 года Вальтер Функ руководил пресс-службой Берлинского биржевого общества и Берлинской промышленной и торговой палаты, стал ответственным членом правления «Общества германской промышленной и социальной политики». Он опубликовал множество статей в специализированных журналах, выступал на международных экономических конгрессах в роли признанного эксперта по вопросам экономики.

Функ имел самые широкие деловые и неформальные связи среди крупных предпринимателей и финансистов, он был знаком с влиятельными политиками, свободно вхож в правительственные кабинеты важных должностных персон.

Судьбоносная встреча Функа с Адольфом Гитлером состоялась весной 1931 года. Это знакомство с набирающим политический вес лидером национал-социалистической партии не оставило Функа равнодушным. Будущий «вождь германской нации» доверительно разъяснил ему, что после того, как его партия достигнет вершин власти, все популистские разговоры «про социализм» будут немедленно прекращены. В Германии не будет никакой национализации промышленных объединений, а также изъятия земель у собственников для потребностей общества. Не станет нацистская партия отнимать крупные торговые предприятия и отслеживать тех, кто проживает на «нетрудовые доходы». Химера «социализма», отмеченная в партийном названии, так и останется несбыточной мечтой наивных идеалистов. Гитлер, хорошо оценив деловую хватку и обширный опыт Вальтера Функа, без затей предложил сотрудничество, определив ему задачу при новых политических условиях способствовать формированию экономической политики Германии, основанной на традиционных капиталистических правилах.

Всецело захваченный открывшимися перед ним возможностями и головокружительными перспективами, Функ вступил в NSDAP и очень быстро добился высокого ранга в партийном руководстве, чему немало способствовали его полезные связи в немецких бизнес-кругах. Он сразу же стал во главе партийного издания «Политико-экономическая пресс-служба», а уже в июле Гитлер назначил его своим личным советником по вопросам экономики. Реальный вклад Функа в практическое установление нацистской власти в Германии, в укрепление влияния Гитлера и налаживание полезных связей фашистской партии NSDAP с германскими деловыми кругами просто огромен!

В официальной биографии, составленной в «третьем рейхе», о заслугах Вальтера Функа утверждается следующее:

«Не менее важное значение, чем работа по созданию экономической программы партии, имела его деятельность в качестве связного между фюрером и руководителями германской промышленности, торговли, внешней торговли и финансов. В связи с его прошлой деятельностью его личные связи с экономическими руководителями были широки и многообразны. Он мог теперь привлечь их на службу фюреру, убедить их и завоевать их поддержку для партии… Каждый успех, достигнутый в этом вопросе, означал моральное, политическое и экономическое усиление боевых сил партии…»

При посредничестве Функа нацистская партия сумела получить миллионный субсидии на свои нужды. Этот воистину «деловой журналист» напрямую свёл представителей нацистской верхушки с такими заметными лицами из предпринимательской элиты Германии, как Альберт Фёглер, Фридрих Флик, Фриц Тиссен, Эмиль Кирдорф и др. В результате все эти важные господа не только обеспечили NSDAP мощную финансовую поддержку, но и со своей стороны всячески принуждали германского президента Пауля фон Гинденбурга к тому, чтобы он назначил рейхсканцлером именно Гитлера.

Во время Нюрнбергского процесса относительно зловещей роли подсудимого Функа прозвучало следующее определение:

«Вскоре после того, как он вступил в нацистскую партию, начал действовать как один из людей, входивших в узкий круг нацистских заговорщиков. Более того, как экономический теоретик партии в течение критических дней 1932 года он внёс серьёзнейший вклад в дело организации массовой поддержки партии, намечая для неё экономические лозунги».

Вальтер Функ много содействовал тому, что германские «национал-социалисты» практически отвергли социализм, прежняя декларация которого лишала их симпатий представителей бизнеса, и прямо перешли к сохранению традиционных капиталистических норм и отношений. Что же касается болезненных вопросов классовой борьбы, которую, как известно, «нафантазировал зловредный еврей Карл Маркс», то в новом национальном немецком государстве классовая борьба оказалась совершенно немыслима, поскольку и у рабочих и у владельцев средств производства, объединённых единой высокой идеей торжества Великой Германии, теперь всегда имелась возможность полюбовно договориться. В условиях отсутствия «классовой борьбы»совершенно утрачивали свою роль профсоюзы, которые прежде защищали права трудящихся, и потому профсоюзы были распущены, а вместо них образовывался «Германский трудовой фронт». Его возглавил достойный национал-патриот Роберт Лей, который должен был объединить работодателей и тружеников в единое целое для совместного служения Отечеству.

Сполна оценив способности и хватку Вальтера Функа, фюрер назначил его статс-секретарём министерства народного просвещения и пропаганды, шефом которого являлся Йозеф Геббельс. Параллельно Функ выступал в роли пресс-секретаря немецкого правительства. В ноябре 1933 года Функ стал заместителем возглавляемой Геббельсом Имперской палаты культуры, которая держала всех творческих работников под пристальным контролем. Отныне никто не мог заниматься профессиональной творческой деятельностью, если не состоял официально в этом своеобразном «геббельсовском профсоюзе творческих работников», державшем под строгим «колпаком» всех немецких журналистов, актёров, художников, музыкантов и литераторов. Любая творческая личность отныне являлась «подотчётным элементом».

Вопросам пропаганды нацисты вообще уделяли особое внимание, прекрасно осознавая, что, при условии грамотного воздействия на массовое сознание населения, они смогут не только обеспечить беспрекословное послушание одурманенных умелым пропагандистским воздействием масс, но и превратить народные массы в удобное орудие, готовое восторженно умирать и безжалостно убивать во имя гитлеровских идей.

Проще всего подавить противника за счёт своего численного превосходства, более совершенного вооружения и пропаганды, даже неприятельских солдат можно не убивать, но привлекать на свою сторону, под свои знамёна. Вопрос лишь в грамотном пропагандистском воздействии! Эти простые и очевидные истины нацистские пропагандисты умело реализовывали, используя все доступные им средства массовой информации: прессу, книги, радио, театры, кинематограф.
Рекламный плакат фильма «Кольберг»

В качестве наглядного примера того, какое важное значение придавали пропаганде гитлеровцы, можно вспомнить художественный исторический фильм «Кольберг», который должен был способствовать подъёму патриотического духа немцев в условиях постоянных неудач на фронте уже ближе к концу войны. Специально для съёмок массовых батальных сцен присылались крупные армейские подразделения, хотя это происходило при крайне неблагоприятном положении в районах боевых действий, когда для улучшения ситуации вермахту постоянно требовались свежие воинские силы. Однако необходимость успешного пропагандистского воздействия на немецкое население оправдывало любые издержки и затраты. Фильм был выпущен на экраны в январе 1945 года, хотя, разумеется, предотвратить поражение Германии в войне он никак не мог…

Многие считали, что Геббельс не сумел бы наладить продуктивной работы своего министерства пропаганды без активного участия Вальтера Функа, который курировал, прежде всего, выпуск многочисленных печатных изданий, регулярно проводил пресс-конференции, инструктировал своих сотрудников относительно вариантов подачи материалов, готовившихся к публикации. Правда, его недоброжелатели злословили, что Функ слишком много пьёт и физически не может выполнять кропотливую пропагандистскую работу.

Однако не только вопросы пропаганды находились в ведении хитроумного Вальтера Функа. Осенью 1937 года, повздорив с фюрером, покинул свой пост министр экономики и ведущий немецкий финансист Ялмар Шахт. В январе следующего года этот важный пост занял Функ, позднее ставший президентом Рейхсбанка.

Особой чёрной страницей в биографии Функа является его преступное прямое участие в дискриминационной политике по отношению к евреям. Это выражалось, прежде всего, в том, что он последовательно вытеснял евреев из экономической жизни Германии. Нацисты лишали еврейское население не только политических прав, но и беззастенчиво изымали у евреев их частную собственность. Функ совершенно откровенно заявлял:

«Государство и экономика представляют собой единое целое. Ими следует руководить на основании одних и тех же принципов. Лучшим доказательством этого являются недавние меры по разрешению еврейской проблемы в Германии. Нельзя изгнать евреев из политической жизни и в то же время разрешить им жить и работать в экономической области».

В декабре 1938 года Функ подписал специальный декрет, в   котором вводились строгие меры против евреев, в том числе конфискация их собственности. В августе 1940 года, в соответствии с распоряжением Функа, евреям пресекли доступ к их личным банковским счетам. В политике «ариизации» не только личное имущество евреев, но и частные предприятия евреев переходили в собственность Германии, по искусственно заниженной стоимости.

Уже после падения «третьего рейха», в 1945 году в подвалах Рейхсбанка были обнаружены десятки ящиков, переполненных золотыми зубными коронками, обручальными кольцами, монетами, очковыми оправами, различными украшениями, а также ломом драгоценных металлов… Тогда же выяснилось, что начиная с 1942 году Вальтер Функ предоставлял банковские помещения и сейфы для хранения ценностей, поступавших из нацистских концлагерей, гетто и тюрем. Имелись даже ярлыки, свидетельствующие о том, где именно изымалось всё это имущество: Бухенвальд, Майданек, Люблин, Освенцим и т.д.

Из опустевших квартир и домов евреев нацисты вывозили произведения искусства и антиквариат, которые после экспертной оценки продавались затем с аукционов, или в ломбардах, а вырученные суммы перечислялись на особые счета. Туда же переводились и финансовые средства в иностранной валюте. Один из таких засекреченных счетов, созданный по договорённости с Гиммлером, открыт был на имя некоего Макса Хейлигера. Эта вымышленная фамилия образовывалась от слова heilig — «святой». Нацисты вообще любили цинично острить, называя, к примеру, путь, ведущий в концлагерях прямо к газовым камерам «дорогой на Небеса»…

Об этих преступных действиях подробно поведал во время Нюрнбергского процесса бывший начальник административного управления СС Освальд Поль, что так же было подтверждено и другими свидетелями. Первая партия изъятых ценностей прибыла в хранилища Государственного банка Германии в августе 1942 года.

Главный обвинитель от США на процессе Роберт Джексон сказал тогда:

«В качестве министра экономики Функ ускорял темпы вооружения, а в качестве президента имперского банка он помещал на хранение в банк золотые коронки с зубов жертв концентрационных лагерей. Это самый жуткий источник дохода в истории банков».

Являясь с 1938 года министром экономики Германии, Вальтер Функ, безусловно, нёс ответственность за подготовку германской военной системы к будущей агрессивной войне.

Начиная с августа 1939 года, Функ, являясь членом Совета министров обороны Германии, разрабатывал все необходимые военно-экономические меры в условиях начавшейся вскоре Второй мировой войны. Функ извещал Гитлера 25 августа 1939 года о следующем:

«Переданная мне господином фельдмаршалом Герингом весть о том, что мой фюрер вчера вечером в основном одобрил подготовленные мною мероприятия по финансированию войны, по образованию цен, тарификации заработной платы и по проведению подписки на принудительные пожертвования, меня глубоко осчастливила».

После того, как Гитлер начал войну, и в ходе её были оккупированы территории ряда европейских государств, их экономический потенциал был включён в прямое взаимодействие с хозяйственной системой Рейха. В своей статье «Хозяйственная и финансовая мобилизация», Функ с гордостью извещал читателей:

«Назначенный фюрером генеральным уполномоченным по экономике, я считаю своей обязанностью позаботиться о том, чтобы во время военных действий обеспечить также боевую силу народа с экономической точки зрения. Использование экономики для больших политических целей фюрера требует не только твёрдого и единого руководства всеми экономическими и политическими мероприятиями, но тесной согласованности с соответствующими задачами партии, правительства и вооруженных сил… Мне, как генеральному уполномоченному по экономике, подчиняются соответственно высшие представители власти империи».

В связи с пятидесятилетним юбилеем министра финансов Функа, 18 августа 1940 года в газете «Das Reich» была опубликована статья «Вальтер Функ — пионер национал-социалистского мышления», в которой прозвучала важная мысль:

«Вальтер Функ остался верен себе потому, что он был, есть и будет национал-социалистом, борцом, посвящающим все свои труды победе идеалов фюрера».

Функ выдвинул целый программный план предполагаемой «экономической реорганизации Европы». Устранялись таможенные пределы, образовывалось «единое экономическое пространство». Это был особый «Евросоюз» в его трактовке, при которой, учитывались исключительно интересы «третьего рейха».

На практике всё это выражалось в форме практически неприкрытого грабежа оккупированных стран. Так, например, из национального Чехословацкого банка было изъято и вывезено в Германию 23 тонны золота. Фактически был ликвидирован национальный банк Югославии. Немцы принудительно устанавливали курс югославской валюты и, при осуществлении расчётов по клирингу, товары, ввозившиеся в Германию, оценивались по заниженным ценам, а немецкие, ввозимые в Югославию, соответственно, стоили в несколько раз выше реального. Такой же вариант валютно-экономического ограбления проводился гитлеровцами в Греции. Эти мошеннические махинации осуществлялись в банках оккупированных странах сочетались с прямой конфискацией на правах победителей.  Министр экономики Германии и президент Рейхсбанка Вальтер Функ лично контролировал все операций по ограблению ресурсов захваченных территорий. Его старания и немалые достижения в этом вопросе были отмечены в 1942 году крестом «За военные заслуги» II степени.

По мере продолжения войны, в условиях, когда обещанная фюрером победа «арийского духа» и германского оружия отодвигалась на неопределённый срок, неуклонно ухудшалось экономическое положение Рейха . Интересы войны, принимавшей всё большее ожесточение, требовали жёстких мер, и потому, в феврале 1943 года пришлось закрыть промышленные предприятия, которые не имели прямого военного значения. Всё новые неудачи на фронтах и массовые мобилизации в армию неминуемо вели к ухудшению положения в тылу и к снижению уровня жизни германского населения.

В сентябре 1943 года Вальтер Функ занимал важную должность в центральном штабе планирования министерства вооружений и военного производства, однако это не могло его радовать, поскольку по мере успешного продвижения Красной Армии на запад стало очевидно, что дела гитлеровского режима чрезвычайно плохи. Функ всё чаще впадал в депрессию, всё чаще уходил в беспробудное пьянство, стараясь в запоях найти утешение от предчувствия надвигающейся катастрофы. Германский министр вооружений Альберт Шпеер обвинял его в некомпетентности, а также в том, что он фактически не справляется с работой. Не в силах сладить со своими внутренними проблемами, Функ использовал морфий и кокаин, чтобы преодолеть тоску и вернуть былое жизнелюбие. Но годы уже не те… Даже общение с красивыми женщинами принесло ему прежней радости, но разочарование.

Сохранилась история о том, как однажды шведская кинозвезда Цара Леандер, участвовавшая в немецких кинематографических проектах, во время неформального светского общения предложила Функу состязание в объёмах употребления шнапса. Тот охотно согласился, тем более, что стороны договорились о том, что проигравший исполнит любое желание победителя. Окрылённый надеждами министр принялся за дело… Он, конечно, наслышан был, что его соперница – женщина пьющая. Но он не мог предполагать, что эта изысканная красавица способна была пить воистину, как лошадь, и потому позорно проиграл, сумев осилить лишь пол-литра водки. В этом деле прекрасная дама его превзошла…

Уже на следующий день прелестная актриса сидела в кабинете страдающего после вчерашнего веселья Функа и с очаровательной улыбкой протягивала ему на подпись разрешительные документы на вывоз из страны антикварных предметов своей коллекции. Ранее подобного дозволения от германской таможни получить она не смогла. Проигранное пари обязало угрюмого Функа безропотно поставить на бумагах свою разрешительную резолюцию…

Для нацистской Германии всё было кончено весной 1945 года. Представители гитлеровской элиты по мере своей изворотливости старались уйти от возмездия. Кто-то, подобно Гитлеру и Геббельсу, сводил счёты с жизнью, другие пытались запрятаться во всяких укромных норах.

Вальтера Функа разыскали британцы в Рурской области и затем препроводили его на Нюрнбергский военный трибунал. Своё место на скамье подсудимых Функ вполне заслужил, ведь, по словам американского юриста Бернарда Мельтцера:

«Совершенно ясно, что подсудимый Функ участвовал в каждой стадии программы заговорщиков с момента захвата ими власти и до их конечного поражения. Он всегда действовал эффективно, может быть, иногда более скрытно, чем другие, и содействовал осуществлению нацистской программы, которая с самого начала предусматривала использование безжалостного террора и насилия внутри, а в случае необходимости — вне пределов Германии. Мы утверждаем, что он несёт непосредственную и огромную ответственность за совершение преступлений против человечности, преступлений против мира и военных преступлений».

Разумеется, что сам Функ неизменно изворачивался и юлил, показательно рыдал во время демонстрации кинохроники, снятой в нацистских концлагерях, и всеми силами проявлял своё раскаяние. Он утверждал, что «ровным счётом ничего не знал» про все эти ужасы, и единственным из подсудимых твердил, что ему бесконечно стыдно за то, что происходило в Германии в минувшие годы… Насколько искренен был этот персонаж, произнося слова раскаяния в зале Нюрнбергского суда.

В обвинительном заключении на счёт Функа говорится предельно чётко:

«Он способствовал приходу к власти нацистских заговорщиков и укреплению их контроля над Германией, что указано в пункте первом обвинительного заключения; он содействовал приготовлениям к войне, указанным в пункте первом обвинительного заключения; он участвовал в военном и экономическом планировании и подготовке нацистскими заговорщиками агрессивных войн и войн, нарушающих международные договоры, соглашения и заверения, указанные в пунктах первом и втором обвинительного заключения; он санкционировал, руководил и принимал участие в военных преступлениях, указанных в пункте третьем обвинительного заключения, и в преступлениях против человечности, указанных в пункте четвёртом обвинительного заключения, включая в особенности преступления против отдельных лиц и собственности, связанные с экономической эксплуатацией оккупированных территорий».

Суд приговорил его к пожизненному тюремному заключению, и в ноябре 1946 года он прибыл в тюрьму Шпандау. Отсидев чуть более десяти лет, Вальтер Функ был освобождён 16 мая 1957 года «по состоянию здоровья». Умер он от сахарного диабета 31 мая 1960 года в городе Дюссельдорфе.