Удивительный русский мир художника Ивана Билибина

16 августа 1876 года родился русский художник, знаменитый иллюстратор русских сказок и былин, театральный оформитель Иван Яковлевич Билибин (1876 – 1942), участник объединения «Мир искусства».
Род Билибиных имеет славные старинные корни. Имя купца Билибина упоминалось в «Строельной книге» за 1590 год. Купцы Билибины в начале XIX века переселились из Калуги в Санкт-Петербург. В его окрестностях, в селе Тарховка в 1876 году появился на свет Иван Билибин. Его отец, Яков Иванович, занимал пост главного врача в военно-морском госпитале в русской Либаве (ныне Лиепая, Латвия).

В 1888 году Билибин поступил в Первую Санкт-Петербургскую классическую гимназию, которую окончил с серебряной медалью в 1896 году.

По окончании гимназии Иван Билибин учился на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета (1895–1898 гг.) На юридическом факультете в те времена подобралась уникальная компания студентов. Вот лишь несколько имён — Сергей Дягилев, Александр Бенуа, Мстислав Добужинский, Николай Рерих, Иван Билибин — художники, творцы определившие новое направление в русской культуре, которое мы называем Серебряным веком. Можно представить себе отчаяние преподавателя римского права профессора Василия Ефимова, его выпускники — сплошь художники. В 1898 г. — Рерих, в 1900 г. — Билибин.Специализацией Билибина было римское право, однако куда больше его интересовали законы и искусство Древней Руси.

Одновременно с учёбой в университете, Билибин несколько лет (1898—1900) занимался под руководством Ильи Репина в рисовальной школе Общества поощрения художеств княгини Марии Тенишевой. В 1900—1904 годах, Билибин продолжил учёбу у Ильи Репина в Высшем художественном училище Академии художеств.
Два месяца учился живописи в Мюнхене у словенского художника Антона Ажбе, очень популярного среди российских начинающих живописцев. У Антона Ажбе брали уроки живописи Игорь Грабарь, Мстислав Добужинский, Василий Кандинский, Кузьма Петров-Водкин.

В 1898 году Иван Билибин так описывал своё впечатление от картины Виктора Васнецова «Богатыри» :

«Ошеломлённый ходил я после этой выставки. Я увидел у Васнецова то, к чему смутно рвалась и о чём тосковала моя душа».

В 1899 году Билибин некоторое время жил в деревне Егны Тверской губернии. Именно эта тверская деревня стала местом рождения сказочного вдохновения Билибина.

Первую из своих классических работ Билибин создал в 1899 г. – оформил книгу «Сказка об Иване-царевиче, Жар-птице и о Сером волке». Она переиздается до сих пор, и это вечный процесс. Это настоящий Билибин, узнаваемый мгновенно и столь же мгновенно покоряющий. После «Ивана-царевича» его, как мастера русской темы, наперебой приглашали издатели и театры.

По заданию этнографического отдела Русского музея в 1902-1904 гг. Билибин совершил ряд экспедиций по Архангельской, Вологодской, Тверской, Олонецкой губернии, чуть позже побывал в Карелии и Кижах. От художника в таких случаях ожидают этюдов, набросков, новых идей.

Билибин же в экспедиции, как настоящий учёный, создал не только ­архив фотографий и рисунков деревянной архитектуры, но и привёз в Санкт-Петербург набойки, кружева, прялки, посуду, ларцы, вышивки и даже огромные пряничные доски. Вот его впечатления:

«Только недавно открыли, точно Америку, старую художественную Русь, вандальски искалеченную, покрытую пылью и плесенью. Но и под пылью она была прекрасна, так прекрасна, что вполне понятен порыв открывших её — вернуть! Вернуть!»

Иван Яковлевич высоко ценил русскую живопись XVII века.   Этот период он называл «очаровательным, сказочным временем в отношении народного художественного творчества».

В этнографических поездках художник не расставался с бумагой и карандашом. Рисовал и фотографировал деревянные строения, одежду, изучал орнаменты и писал теоретические статьи.  В Санкт-Петербург вернулся с богатым «уловом»: сундуками, посудой, рушниками, платками и сарафанами.

Работы Билибина, при всей своей сказочности, очень достоверные — древнерусские купола, крылечки, лежанки, сундуки, деревянная резьба – все, как и было в древности, все на своем месте. Древнерусские кафтаны, сарафаны, рушники – всё не придумано художником, а увидено в русской глубинке.

В этих путешествиях Билибину явно открылось что-то особенное, что позволило ему стать не просто художником-иллюстратором, но и постигнуть сокровенный смысл сказки, мифа и былины.

В конце 1890-х молодой художник создавал свои первые сказочные сюжеты. Постепенно сложился характерный стиль иллюстратора — обрамление фигур тёмными линиями, использование ритмичных орнаментов, затейливое оформление букв. У Билибина свой узнаваемый стиль, его картины заключены в живописные рамы с орнаментом. Он не смешивает краски, а кладёт их ровными пятнами, сохраняющими цветовые границы предметов.

Художник тщательно прорабатывал каждую деталь, стремясь к правдоподобию. Если Билибин изображал избу, значит это была именно та изба с резным фасадом, кровельным декором и кружевным узором на крыльце, в которой взаправду жили крестьяне.

Билибин первым среди русских иллюстраторов начала XX века создал не просто картинки к сказкам, а целый мир со своими правилами цвета и линии.

Иллюстрация Билибина «Василиса» создана в 1900 году — это не детский рисунок, а серьёзная работа, которую хочется разглядывать, как старинную книгу. Посмотрите на эту девушку. Она идёт вперёд, не оглядываясь, спина прямая, лицо строгое. В одной руке она держит длинную палку с черепом, другая рука — чуть в стороне. Это Василиса Прекрасная, она только что она ушла от Бабы-яги.

Перед нами — финал испытаний Василисы в избушке на курьих ногах. Мачеха отправила Василису к Бабе Яге за огнём, надеясь, что та не вернётся. Однако Василиса справилась со всеми трудностями, а помогала ей волшебная куколка, которую перед смертью дала ей родная мать.

Когда Яга узнала, что Василису защищает материнское благословение, она не стала её трогать. И вытолкнула за ворота, дав в руки череп с горящими глазами — тот самый огонь, за которым посылали девушку мачеха. Вот этот момент Билибин и остановил.

Василиса в тёмно-синем сарафане и белой рубахе с длинными рукавами — светлое пятно на тёмном фоне. Вокруг — чёрный частокол с черепами, угрюмый лес, болотная земля. Череп на длинной палке почти касается лица Василисы. Его глазницы горят жёлтым огнём — это самое яркое пятно на картине.

В сказке череп потом поможет Василисе избавиться от мачехи и её дочерей, но Билибин этого не рисует. Он показывает только момент ухода Василисы из избушки на курьих ножках.
На иллюстрации отсутствует и сама Баба-яга, есть только её избушка, забор с черепами и мрачный лес. Василиса не смотрит на череп. Она смотрит вперёд, туда, где выход из леса. А зритель смотрит на череп со светящимися глазницами — Билибин поместил его на передний план.

За первой удачей последовали «Василиса Прекрасная», «Марья Моревна», «Царевна-лягушка», «Сестрица Аленушка и братец Иванушка», «Белая уточка», «Перышко Финиста».  Сумрачный лес для художника символизировал тёмную, иррациональную силу. Этот образ стал лейтмотивом его работ.

Затем художник создал серию иллюстраций к древнерусским былинам. А чуть позже – четыре сказки Пушкина, начиная со «Сказке о царе Салтане», «Руслан и Людмила», «Сказка о Золотом петушке». Билибин работал над театральными постановками сказок Пушкина.

Билибинская графика пользовалась невероятным успехом — цикл «Сказки о золотом петушке» приобрела Третьяковская галерея.

Осень, зиму и весну художник обычно проводит в столице, а на лето уезжал в Крым. Билибин и другие пайщики – среди которых Владимир Короленко, Александр Куприн и Владимир Вернадский – купили в Крыму приличный участок земли и построили дачи. Художник Мстислав Добужинский писал о Билибине:

«Он был забавный остроумный собеседник и обладал талантом, особенно под влиянием вина, писать шуточные высокопарные оды под Ломоносова. Сам Билибин носил русскую бородку a la moujik и раз на пари прошелся по Невскому в лаптях и высокой войлочной шапке-гречинке».

Несмотря на жаркое лето в Крыму, Иван Яковлевич продолжал работать на даче в мастерской по 12 часов в сутки. Жена Билибина Рене Рудольфовна О’Коннель писала:

«У Ивана Яковлевича была большая библиотека русских и иностранных книг по искусству. Иван Яковлевич знал хорошо французский и немецкий языки, по-английски читал. Окончив классическую гимназию и юридический факультет Петербургского университета, он знал греческий и латинский языки. Он разбирался в старинных книгах и был неплохой антиквар. Определял стили и эпохи предметов искусства, мебели, бронзы или фарфора. Интересовался как профессионал русскими иконами и фресками».

Ещё одним жанром Билибина, хотя и менее любимым, стала карикатура. Он неоднократно говорил, что художник должен находиться вне политики. Всегда далекий от политики, Иван Яковлевич страшно возмущался событиями «кровавого воскресенья» 9 января и поддержал Революцию 1905 года в России.
В 1906 г. сатирический журнал «Жупел» опубликовал карикатуру Билибина «Царственный осёл», где он изобразил осла в окружении императорских царских регалий и грифонов с герба Дома Романовых. Вышло всего три номера журнала, после чего редакцию закрыли. Билибин был арестован и целые сутки просидел в «Крестах» за свою карикатуру в журнале «Жупел».

Февральскую буржуазную революцию 1917 года Билибин встретил сочувственно. Он даже выполнил по заказу Временного правительства двуглавого орла без скипетра, державы и короны. Двуглавый орёл стал символом Российской республики с марта до октября 1917 года. А много позже, в 1992 году, один из вариантов двуглавого орла Билибина стал логотипом Банка России.

После Октябрьской революции 1917 года Билибин уехал в Крым, где продолжал работать над эскизами сказок, карикатур, плакатов для пропаганды Белого движения в России. Билибин стал штатным художником ОСВАГ — ОСВедомительного АГентства вооружённых сил Деникина и Врангеля.

Известен злой и обидный для советской власти плакат Билибина «О том, как немцы большевика на Россию выпускали» 1919 г. И сам же написал к нему текст:

На святую нашу Русь
Прилетел заморский гусь.
Полу-змей, полу-ворона,
А на маковке корона.
Что за чудище сидит,
Воет, свищет и шипит?
И, тараща свои бельма,
«Я орёл, – кричит, – Вильгельма!
Всех хочу я покорить
Всех согнуть и раздавить!
Там у русского народа,
Говорят теперь свобода.
Ну так выкинем мы штуку,
Заберем в свои их руки!
Вылезай-ка большевик!
Подымай в России крик!
Не вели войскам сражаться,
Зови с немцами брататься!
Бородой своей тряси,
Околесицу неси!»

Однако, современным поклонникам белогвардейцев рано записывать художника в «свои».

«Я — националист!»

В 1920 году художник уехал в Египет. В Каире он прожил 5 лет. Поначалу денег не было совсем, и браться приходилось за любую работу — в первые месяцы Билибин работал над рекламой сигарет. Позже посыпались заказы. Обстановка располагала к творчеству.

«Кругом базары, лавчонки, торговцы, нищие, бедуины, верблюды, разукрашенные ослики, ковры, сладости, фрукты — словом, садись и рисуй восточную сказку», — так отзывался иллюстратор о жизни в Каире.

Из Египта Иван Яковлевич уехал в Париж. Там он работал над декорациями к оперным постановкам. Билибин придумал оформление к балету Стравинского «Жар-птица». Балет был создан по заказу Дягилева для его Русских сезонов. Волшебная птица, фольклорные мотивы — неудивительно, что к работе над декорациями Дягилев привлёк своего старого приятеля и единомышленника по журналу «Мир искусства».

Билибинские работы пользовались успехом у художественной богемы Парижа. Французские друзья даже просили иллюстратора взять в качестве псевдонима аристократическую фамилию, но Билибин только отшучивался.

«Я — русский националист. Я стал более ярым националистом, чем когда-либо, насмотревшись на всех этих «носителей культуры» — англичан, французов, итальянцев и пр.» — пишет он в 1921 г. из Каира, первого эмигрантского пристанища

Принципы художника Билибина просты и понятны. Он не стеснялся демонстрировать их при каждом удобном случае.

« Так как я большой националист и очень люблю Россию, то я люблю также и всех тех, кто любит Россию‚ русскую культуру. Национальное есть мощь народа, если оно основано на любви к лучшим духовным проявлениям нации, а не на приверженности её случайной внешней политической обстановке», — пишет он чешскому издателю из Парижа 5 лет спустя.

То, что его слова не пустой звук, Билибин доказал. В 1935 году Билибин получил гражданство СССР и в следующем году переехал в Ленинград, преподавал во Всероссийской Академии художеств, продолжал работать как иллюстратор и художник театра.

В 1935—1936 годах он участвовал в оформлении советского посольства в Париже, создал монументальное панно «Микула Селянинович»

Во время Великой Отечественной войны в сентябре 1941 г. нарком просвещения РСФСР Владимир Потёмкин предложил Билибину покинуть Ленинград, вокруг которого почти сомкнулось кольцо блокады. У Билибина была возможность покинуть осаждённый город, но художник ответил:

«Из осажденной крепости не бегут — её защищают»

И защищал — одной из последних работ Билибина стал рисунок «Русские витязи гонят рыцарей». 

65-летний художник остался жить и работать в подвале Ленинградской академии художеств, так как его квартиру разрушило во время фашистской бомбёжки.

До последнего дня Иван Яковлевич работал над иллюстрациями к русским народным былинам. Больной, голодный, умирающий, он свято верил, что его Родина выстоит в войне.

«Работа продолжается… Книга должна выйти, когда наступит победоносный мир. Книга о нашем эпическом и героическом прошлом…»

Да, он создавал богатырей используя сюжеты древнерусских былин. Кто ещё мог помочь и выстоять блокадной зимой? Только русские богатыри!

К Новому, 1942 году, Билибин написал стихи:

Проходят дни, проходят годы,
Иссякнет сей кровавый пир.
Придёт весна, пройдут невзгоды,
И снова улыбнётся мир!

Иван Яковлевич не сумел пережить первую блокадную зиму. Обессиленного, его перенесли от рабочего места в больничную палату, устроенную в академии художеств.
7 февраля 1942 года Иван Яковлевич скончался от истощения в блокадном Ленинграде.

На Смоленском кладбище есть братская могила профессоров академии художеств, погибших во время блокады Ленинграда. На величественном надгробном камне имя Ивана Билибина значится первым по алфавиту.