Вторник , 16 Август 2022
Домой / Мир средневековья / Русские стали единой нацией в XI веке

Русские стали единой нацией в XI веке

Лекции Егора Холмогорова. Курс русской истории.

«Россия является старейшим национальным государством Европы» – отмечал русский национальный мыслитель Иван Лукьянович Солоневич. И в известном смысле это действительно так.
Большая часть европейских наций и национальных государств сформировались в течение X и XI веков. В эпоху, которую по аналогии с эпохой Великого Переселения Народов можно назвать эпохой Великого Происхождения Народов.

Именно в этот период на карте появились Англия, Франция, Германия, Италия, Венгрия, Польша, Чехия, Хорватия, Сербия, Дания, Швеция, Норвегия, на Иберийском полуострове королевство Кастилия и Леон, которое станет Испанией, и графство Португалия. После периода европейских империй, карта Европы в ХХI веке вернулась практически к границам века XI, с добавлением лишь некоторого числа лимитрофных наций, сформировавшихся так сказать по остаточному принципу.

Остромирово Евангелие. 1057 г.

Русь была сформирована именно по этой матрице. Скажем ключевое для русской истории понятие «Всея Руси» — это калька с библейского понятия «Весь Израиль». Если внимательно приглядеться к тому, как наша летопись рисует великих русских князей, нельзя отделаться от мысли, что в этом образе подчеркнуто сходство с библейскими царями.

Святослав – великий воин, но религиозно нечестивый как Саул, поэтому гибнет. Боярский князь Владимир, возлюбленный Богом, харизматичный и женолюбивый, как царь Давид. Великий князь Ярослав – премудрый книжник и строитель храмов, как царь Соломон.

Русское национальное самосознание было одним из самых ранних в Европе. Англичане или французы ещё с трудом осознавали свое единство и склеивали себя из разнородных кусков, а Русь уже была провозглашена в «Словое о Законе и Благодати» митрополита Иллариона новым призванным Богом народом. В купель крещения с князем Владимиром вошла Русь языческая, варварская, разноплеменная, столетие спустя Русь предстояла всему миру высококультурной христианской страной, сознающей свою национальную идентичность и историческое Я. Посмотрим как это произошло в XI веке.

Оборонительные валы князя Владимира

Столетие начиналось с масштабной русско-печенежской войны, которая вспыхнула, видимо, после крещения князя Владимира в 988 году. Креститель Руси, вместо того, чтобы рыскать по дальним странам в поисках добычи, как отец Святослав, предпочёл защищать доставшуюся ему землю, Русь.

На границе со степью поднялись протяженные оборонительные земляные валы. Латинский миссионер епископ Брунон, безуспешно пытавшийся обратить в Христианство печенегов, рассказывает, что два дня Владимир сопровождал его по своей земле до «до границы своего государства, которое он окружил от кочевников очень мощным и очень длинным ограждением».

Изменилась тактика русских воинов – многие из них с ладей пересели на коня, оделись в гибкую кольчугу и остроконечные шлемы, чтобы отражать сабли кочевников. В степь выдвинулись заставы богатырские, подвиги которых превратились в русский национальный эпос – киевский цикл былин.

Чтобы укрепить границу Владимир основал по прикрывающим подходы из многочисленные новые города, в которые перевёл население из земель словен, кривичей, вятичей и чуди. Владимир воспринимал всё подвластное ему государство как единую территорию, в пределах которой он мог перемещать и перемешивать население. На место прежних племенных вождей в важнейшие городские центры отправились его многочисленные сыновья.

Монета князя Владимира

Обращение к византийской традиции побуждало русского князя подражать традициям царьградских василевсов. До нас дошло несколько его золотых монет, на которых он облачен в императорскую диадему и держит в руках скипетр. Так как на Руси не велась добыча золота, то эти монеты явно не были обиходными и предназначались, прежде всего, для церемониальных целей и выражения идеологии. Наречённый в крещении Василием и женатый на сестре василевса Василия, Владимир явно претендовал на то, чтобы и быть василевсом.

Однако семейные неурядицы грозили крахом и куда более старым и устойчивым монархиям, чем молодая русская. Отправленный княжить в Новгород сын Ярослав решил не выплачивать положенную дань и старый князь Владимир начал собирать против него войска, но заболел и в 1015 году умер. Любимый сын и вероятный наследник Борис был в это время послан с войском против печенегов, а в столице оказался нелюбимый пасынок Святополк, сын убитого брата Ярополка.

Можно представить себе, что затаил в душе Святополк в отношении того, кто сверг и убил его отца и обесчестил мать. К тому же Святополк был женат на польской княжне, а её латинский духовник Ренберн, подстрекал его к мятежу против отца, за что княжич был брошен в темницу. Оказавшись в безвластном Киеве, Святополк привлёк на свою сторону подкупом горожан, а посулами часть соратников Владимира. После того он решил расправиться с наследником Борисом и юным Глебом.

Икона Бориса и Глеба

Оба княжича были убиты, сознательно отказавшись поднять руку на старшего брата. Борис и Глеб стали первыми русскими святыми и, конечно, не случайно. Они не только проявили христианскую кротость, но и память о совершенном Святополком братоубийстве навсегда пресекла среди Рюриковичей тягу к тому, чтобы решать династические споры братоубийством – за столетия истории династии устранение конкурентов за княжескую власть убийством можно пересчитать на пальцах. Князья Рюрикова дома могли воевать, интриговать, свергать друг друга, но на расправу и, тем паче, убийство решались крайне редко. Чёрные замыслы подавляла в зародыше мысль о святых Борисе и Глебе.

С одной стороны, эта гуманизация отношений в династии предопределила удельную раздробленность Руси, княжеский род всё разрастался и всем нужны была своя доля власти. А с другой стороны, то, что между Рюриковичами было не так много кровавых историй позволяло им объединяться, не разделило Русь на сепаратные государства навсегда.

Ярослав, готовый воевать даже с отцом, не собирался, конечно, подчиняться и брату-убийце. Ярослав собрал наёмников-варягов и новгородцев, разбил Святополка и взял Киев. Однако Святополк вернулся с тестем — польским королём Болеславом Храбрым 1018 году захватил Киев. Первый, но не последний раз в истории поляки попытаются подчинить себе Русь. Войско Ярослава было разгромлено, он уже намеревался бежать к своему тестю – шведскому королю. Его остановили новгородцы, они собрали деньги со всего города и выставили новое новгородско-варяжское войско против Святополка. Скандинавские связи Ярослава были огромны, он всю жизнь, по сути, прожил головой на Северо-Запад.

Святополк окаянный 1015 г.

Вернувший власть окаянный князь Святополка оказался неблагодарен даже по отношению к тестю и велел перебить польские войска, рассредоточенные по русским городам. Болеслав покинул Киев, взяв в заложницы, а то и наложницы, дочерей Владимира и захватив у Руси несколько городов. Ярославу не составило труда разбить оставшегося в одиночестве Святополка, как рассказывает летопись, он умер в бегстве.

Современные авторы иногда пытаются при помощи крайне натянутых интерпретаций скандинавских саг обелить Святополка и перевесить его преступления на Ярослава. Все это крайне неубедительно и представляет собой пародию на такие же неубедительные попытки англичан оправдать Ричарда III. Конечно злодейства такого масштаба не могут быть просто так забыты, затерты и перевешены на другого обвиняемого. В историческую память навсегда вошёл именно Святополк с клеймом Окаянного братоубийцы, конечно, это справедливо.

Победой над братоубийцей борьба Ярослава за власть не закончилась. Вскоре из далекой Тмутаракани пришёл брат Мстислав, отважный воин, любитель воины и пиров, отважный единоборец, зарезавший за сапожным ножом касожского богатыря Редедю, веселый циник. За Мстиславом стояли остатки хазар, то есть торговые интересы купцов-радхонитов.

Киевляне, однако, не пустили Мстислава в город зато его поддержало племя северян в Чернигове. В этом веке городские общины Новгорода и Киева, а затем и других городов, начинают играть все большую роль в жизни Руси – они поддерживают, свергают, укрепляют князей, так что некоторым историкам даже кажется, что на Руси в этот период существуют не княжества, а вечевые города-государства. Но эта точка зрения конечно сильно преувеличена.

В сражении под Лиственом в 1024 году Мстислав разбил варягов Ярослава, тому снова пришлось бежать в Новгород. Однако итогом стал полюбовный раздел власти по Днепру, продлившийся десять лет до смерти Мстислава в 1036 году.

Летопись рассказывает, что, обходя поле сражения Мстислав удовлетворенно отметил, оглядывая убитых: «Кто тому не рад? Вот лежит северянин, а вот варяг, а дружина своя цела». Для него ещё существовали только отдельные племена и своя дружина. Ярослав мыслил совершенно по другому.

Прежде всего, Ярослав довёл до триумфа дело отца по борьбе с печенегами. В 1036 году под Киевом вековые враги печенеги были окончательно разбиты на поле у стен Киева, там где сейчас расположен Софийский Собор.

Строительство Софийского Собора стало одновременно созданием памятником победе в великой войне со степью, и в то же время, реализацией грандиозного плана Великого князя Ярослава превратить Киев в новый Иерусалим и Константинополь. По стопам пошёл сын, Владимир, княживший в Новгороде, где он тоже возвёл величественный собор Святой Софии. В Киеве появились Золотые Ворота, через которые в него приглашался войти Христос, были созданы монастыри и церкви. Ярослав учредил переводческую школу, которая занималась переводом греческих и переписыванием болгарских рукописей. Если уже князь Владимир любил чтение, то Ярослав приобрел репутацию настоящего книжника.

Высоко ценимый Ярославом пресвитер Илларион, которого он позднее попытается сделать митрополитом Киевским, на Пасху 1038 года произнёс перед князем торжественное слово:

О ЗАКОНѢ, МОИСѢОМЪ ДАНѢѢМЪ, И О БЛАГОДѢТИ И ИСТИНѢ, ИСУСОМЪ ХРИСТОМЪ БЫВШИИ И КАКО ЗАКОНЪ ОТИДЕ, БЛАГОДѢТЬ ЖЕ И ИСТИНА ВСЮ ЗЕМЛЮ ИСПОЛНИ, И ВѢРА ВЪ ВСЯ ЯЗЫКЫ ПРОСТРЕСЯ И ДО НАШЕГО ЯЗЫКА РУСКАГО, И ПОХВАЛА КАГАНУ НАШЕМУ ВЛОДИМЕРУ, ОТ НЕГОЖЕ КРЕЩЕНИ БЫХОМЪ, И МОЛИТВА КЪ БОГУ ОТ ВСЕА ЗЕМЛЯ НАШЕА.

Уже из одного заглавия понятны основные идеи этого древнейшего дошедшего до нас памятника древнерусской словесности «Слова о Законе и благодати». Русский народ и Русская Земля призваны к крещению и благодати князем Владимиром, подобному новому императору Константину. Русский народ и Русская Земля существуют как единое целое и предстоят перед Богом. Русские новый народ Христов, время которого приходит вслед за ветхим народом, под которым, видимо, подразумевались греки.

Русская Земля мыслится Иларионом как древняя и славная среди других народов, причём он не разрывает её языческого и христианского исторического этапов, а старинным титулом привязывает современность к славянской древности, прославляя:

«великого кагана земли нашей Владимира, внука древнего Игоря, сына же славного Святослава, которые, во дни свои властвуя, мужеством и храбростью известны были во многих странах, победы и могущество их воспоминаются и прославляются поныне. Ведь владычествовали они не в безвестной и худой земле, но в Русской, что ведома во всех наслышанных о ней четырёх концах земли».

Русь Иларион мыслит как единодержавную христианскую монархию:

«Сей славный, будучи рождён от славных, благородный — от благородных, князь наш Владимир и возрос, и укрепился, младенчество оставив, и паче возмужал, в крепости и силе совершаясь и в мужестве и мудрости преуспевая. И самодержцем стал своей земли, покорив себе окружные народы, одни — миром, а непокорные — мечом».

Итак, Русь – единодержавная монархия, славная среди других христианских народов своей мощью, благочестием, книжностью и красотой городов – такова была идеология русской элиты в эпоху Ярослава.

Анна Ярославна — королева Франции.

Соответствовала этой идеологии и брачная политика Ярослава, связавшая русский правящий дом с большинством тогдашних правящих домов Европы. Его жена Ингигерд-Ирина, дочь шведского короля Олафа. Его сын Изяслав был женат на сестре польского короля. Сын Святослав – на австрийской принцессе Оде. Дочь Анастасия стала Венгерской королевой. Дочь Анна – Французской королевой, праматерью всех французских королей.

Дочь Елизавета вышла замуж за норвежского принца-изгнанника Харальда Сурового. Долгие годы Харальд зарабатывал себе славу и состояние воюя за византийского императора и сочиняя на Сицилии такие любовные стихи: «Край пришелся б здешний / Не по вкусу трусу. / Но женщина в Гардах / Знать меня не хочет». Гардами, страной городов, викинги называли Русь. В итоге Харальд вернулся на Русь, получил в жены Ярославну, стал норвежским королем и погиб в битве при Стэмфорд Бридж в попытке стать королем английским.

Харальд III Хардрада (ок. 1046-1066 гг.

Правда до всего этого Харальд III Хардрада (ок. 1046-1066 гг.) успел спровоцировать русско-византийскую войну. Захватившие власть в Константинополе бюрократы крайне враждебно относились к русской гвардии, в которой служил Харальд. Норвежца бросили в темницу, а когда он оттуда смог выкупиться и вернуться на Русь, уговорил тестя посчитаться с греками. Война несчастливо кончилась для Руси, но её дипломатическим итогом стал ещё один брак – сын Ярослава – Всеволод, интеллектуал, знавший пять языков, женился на дочери императора Константина Мономаха. Ярослав незадолго до смерти успел крестить их сына, знаменитого Владимира Мономаха.

«В 6562 месяца феврари 20 успение царя нашего». Так сказано о смерти Ярослава в граффити оставленном на стене Софийского собора.

Ярослав оставил Русь пятерым сыновьям. Впервые наследники, осенённые памятью о святых Борисе и Глебе, не устраивали междоусобицы по смерти отца. Двое сыновей Игорь и Вячеслав рано умерли, остались трое старших – князь Киевский Изяслав, князь Черниговский Святослав и князь Переяславля Южного Всеволод.

Триумвиры, однако, начали с несправедливости, которые принесла на Русскую Землю многовековую смуту – они отстранили от наследства сыновей умерших братьев.

«Изгои — трои: попов сын грамоте не умеет, холоп из холопства выкупится, купец одолжает; а се четвертое изгойство о себе приложим: аще князь осиротеет» – написал какой-то князь составляя церковный устав.

Первым князем-изгоем стал Ростислав Владимирович, сын любимого наследника Ярослава, имевший несчастье умереть раньше отца. Он осмелился захватить Тмутаракань у сына Святослава – Глеба, правда вскоре был отравлен византийским шпионом.

Изгой другого типа, Всеслав Полоцкий, потомок старшего сына Рогнеды Изяслава, которому еще Владимир выделил в удел Полоцк, имел репутацию волхва-оборотня и циничного хищника. Он напал на Новгород и разграбил его. Триумвиры разбили его в сражении на Немиге под Минском, а затем обманом схватили и заточили в Киеве.

С тех пор почти на два столетия Руси не было покоя от возмущения всевозможных обездоленных князей изгоев, стремившихся силой и хитростью урвать себе кусок.

Половецкие набеги на Русь

С одной этой бедой Русь успела бы справиться, но пришла вторая, горшая – половцы. Этот сильный тюркский народ из Азии, вооруженный смертоносными булатными иранскими саблями, пришел из Азии, занял место печенегов и обрушился на Русь. В 1068 году в битве на реке Альте Изяслав, Святослав и Всеволод были наголову разбиты половцами.

Против Изяслава киевляне подняли мятеж, требуя оружия и коней, чтобы снова сразиться с врагами. Князь посмел отказать в этой самоубийственной просьбе – либо у него оружия не было, либо он не хотел его терять в заведомо проигранной схватке. В результате Изяславу пришлось бежать, его казна была разграблена, а вече объявило князем освобожденного из тюрьмы Всеслава Полоцкого. Так случился первый в истории Киева «майдан».

Освобождение Всеслава

Вскоре Изяслав подошёл к Киеву с польским войском. Всеслав, бросив мятежников, бежал к себе в Полоцк. Святослав и Всеволод уговорили старшего брата вернуться в Киев миром и без поляков. Но его сын Мстислав жестоко отомстил, казнив защитников мятежа.

С этой расправы между братьями пробежала чёрная кошка. В 1073 году Святослав и Всеволод изгнали Изяслава, князем киевским стал Святослав. Изгнанный властитель Руси Изяслав отправился искать поддержки дальше Польши, с князем которой Владиславом поссорился, — он отправился в Германию к императору Генриху IV, а сына отправил в Рим, к его врагу, знаменитому Папе Григорию VII Гильдебранду, родоначальнику папских притязаний на всеобщую власть и католицизма, разошедшегося с Православием. Папа Григорий VII пригрозил Болеславу, что не поддержав Изяслава, тот не получит короны, и польский король снарядил новую экспедицию на Русь, где умер князь Святослав, став жертвой неудачной операции по удалению опухоли.

Великий князь Святослав со своей семьей («Изборник» Святослава, 1073 г.)

Князь Всеволод примирился со старшим братом и возвратил ему Киев, а сам сел в Чернигове. Однако братья повторили ту же ошибку – они сделали изгоем Олега Святославича, племянника, который после возвращения Изяслава оказался как бы сыном узурпатора.

 «Слово о полку Игореве» прозвало князя Олега Гориславичем, и не случайно, именно он изобрёл принесшую столько несчастий Руси военную технологию – начал нанимать половцев, чтобы отстоять свои интересы. С половецкой ордой он захватил у Всеволода Чернигов, самого Всеволода едва спас его сын Владимир Мономах.

Братья Ярославичи подошли к Чернигову и дали половцам и изгоям сражение на Нежатине Ниве в 1078 году. Сражение окончилось полным разгромом половцев и Олега и гибелью другого изгоя – Бориса. Бежавший в Тьмуторакань Олег был схвачен там хазарами и был отправлен в Византию, однако вернувшись оттуда через несколько лет устроил страшный хазарский погром.

Битва на Нежатиной ниве 1078 г.

Но одновременно в битве на Нежатиной Ниве погиб Изяслав, причём от странного удара в спину. Из Ярославичей остался один Всеволод, который довольно мирно правил до 1093 года. В этот период все больше упрочнялось положение Русской Церкви и особенно русского монашества, центром которого стал основанный преподобными Антонием и Феодосием Киево-Печерский монастырь, превратившийся за вторую половину XI века в ведущий центр духовной жизни и книжности.

В 1093 году Всеволод умер. Его сын Владимир Мономах решил не занимать престол, а отдать его старшему в роду Святополку, сыну Изяслава. Однако мира это решение не принесло. Князья все время конфликтовали, а на Русь нападали половцы.

Именно в это время кочевники развернули во всю мощь прибыльную торговлю русскими рабами через порт Сурож – Судак в Крыму. Половецкие набеги стали особенно беспощадными и разорительными. Летопись рисует такую душераздирающую картину:

«Половцы повоевали много и возвратились к Торческу, и изнемогли люди в городе от голода и сдались врагам. Половцы же, взяв город, запалили его огнём, и людей поделили, и повели в вежи к семьям своим и сродникам своим; измученные, стужей скованные, в голоде, жажде и беде, с бледными лицами, почерневшими телами, в неведомой стране, с языком воспаленным, раздетые бредя и босые, с ногами, исколотыми тернием, со слезами отвечали они друг другу, говоря: «Я был из этого города», а другой: «А я — из того села»; так вопрошали они друг друга со слезами, род свой называя и вздыхая, взоры возводя на небо к Вышнему».

Слева — половецкий хан, реконструкция по черепу. Справа — русские и половецкие воины. Реконструкция М. Горелика.

Несчастья Владимира Мономаха на этом не закончились. Олег Святославич с половецким войском осадил его в Чернигове и заставил отдать ему город. А спустя несколько лет сын Мономаха погиб в сражении с Олегом.

Половцы стали настолько важной частью жизни Руси, что начались династические браки с ними. На половчинке женили сына Мономаха – Юрия будущего Долгорукого. Сам верховный князь Святополк женился на дочери половецкого князя Тугоркана.

Однако под этой матримональной политикой тлела и периодически вырывалась ненависть. К Владимиру Мономаху прибыл хан Итларь. Для его безопасности Мономах отдал в заложники сына. Однако окружение начало уговаривать князя расправиться с половцами:

«Княже! Нет тебе в том греха! Отдал их Бог в руки твои. Зачем они всегда, дав тебе клятву, губят землю Русскую и кровь христианскую проливают непрестанно».

В ходе специальной операции княжеского сына спасли из заложников, после чего половцев перебили. Через пару лет половцы отмстили разгромом и разорением Киево-Печерского монастыря.

В этом противостояние с печенегами и половцами крепла идея Руси. Русская Земля – это то, что нужно непрерывно оборонять от поганых кочевников. Постепенно эта мысль становится стержневой и в русской словесности, и в самосознании князей, бояр и дружины.

1097 — съезд в Любече

В 1097 году состоялся съезд князей в Любече под Киевом, где велись такие речи:

«Зачем губим Русскую землю, сами между собой устраивая распри? А половцы землю нашу несут розно и рады, что между нами до сих пор идут войны. Да отныне объединимся чистосердечно и будем блюсти Русскую землю, и пусть каждый владеет отчиной своей: Святополк — Киевом, Изяславовой отчиной, Владимир — Всеволодовой, Давыд и Олег и Ярослав — Святославовой, и те, кому Всеволод роздал города: Давыду — Владимир, Ростиславичам же: Володарю — Перемышль, Васильку — Теребовль». И на том целовали крест: «Если отныне кто на кого пойдёт, против того будем мы все и крест честной». Сказали все: «Да будет против того крест честной и вся земля Русская».

Как непросто было соблюдать этот договор, показали события уже следующего года, когда Святополк и Давыд Игоревич подло ослепили князя Василька Теребовльского, причём ему не прижгли глаза по византийской манере, а именно вырезали их — длинный душераздирающий рассказ об этом событии сохранился в летописи.

Разгневанный Владимир Мономах добился восстановления прав Василька и наказания главного инициатора преступления Давида Игоревича. Эта история еще раз показала, сколь непрочен княжеский мир.

Но всё-таки мысль о необходимости защиты Русской Земли начала превозмогать княжеские раздоры. Следующее, XII столетие Русь начнёт с настоящего крестового похода на половцев.

Курс русской истории. Лекции Егора Холмогорова. Лекция 6.

 

Археологи нашли печать Владимира Мономаха
Легендарные правители бриттов

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*