Разверзлись хляби небесные…

На вопрос что такое хлябь вряд ли все ответят одинаково. Но, вероятно, многие свяжут это слово с водной пучиной, болотом, грязью, непогодой и пр. Как полагают лингвисты, слово это пришло в наш язык из старославянского. Известно библейское выражение «разверзлись хляби небесные», которым описывается начало Вселенского потопа. Если глагол разверзлись нам понятен, то что такое небесные хляби буквально? Водохранилище? Небесные резервуары?

Словарь Макса Фасмера поясняет, что в древнерусском языке хлябь – «водопад, поток». Очевидно, что это значение не начальное и связано непосредственно с легендой о Всемирном потопе. Почему для меня это очевидно? Потому что ни водопад, ни поток не может разверзнуться, то есть раскрыться, отвориться. Разверзнуться может «небесная твердь», преграда, сдерживающая водные массы, и тогда – хлынет поток, обрушится водопад. В первом издании Словаря академии российской 1789 – 1794 гг. так и сказано, что хлябь – это «преграда, оплот». Это значение сохранилось в сербохорватском языке, где хље̏б, хље̏п – «шлюз».

В любом случаем, для большинства носителей русского языка слово хлябь сегодня ассоциируется с водой. Однако не так было два-три века назад. Если мы откроем литературу того периода, то найдем примеры, где хлябь не имеет отношения к воде.

Оторвался сверху воротъ отъ своего основанія камень, и по счастію моему ушибъ меня въ лѣвую руку, а потомъ обвалившійся одинъ столпъ, убилъ двухъ лакѣевъ графининыхъ: ибо отворенныя хляби на зыблющія зданія и на людей зіяютъ, и жизнь ихъ пожираютъ немилосердо.
(Ф. А. Эмин. Непостоянная фортуна или похожденіе Мирамонда. Ч.2 (1763)

Здесь значение близко к тому, что дано в Словаре академии российской: хляби – преграды, врата, тверди небесной.

Оныя пучины не что иное суть, какъ отъ приливу и отливу произшедшія морскія рѣки, но только вкругъ обращаются; и напрасно говорятъ, будто онѣ раждаются отъ глубокихъ пропастей и хлябей, которыя иногда воду въ себя поглощаютъ, а иногда опять изрыгаютъ. (А. М. Разумов (перевод трактата В. Крафта с немецкого). Руководство къ Математической и Физической Географіи (1764)

Здесь хляби – что-то вроде подземных пустот, заполненных водой.

…подобные отверстым земным хлябям, изрыгающим из себя великое изобилие огнепалимой материи… ( М. Д. Чулков. Пересмешник, или Славенские сказки (1766-1768)

Здесь хляби – земные недра.

Въ сіе то время изо всѣхъ хлябій стремящаяся вода чрезмѣрною своею быстриною и усильствомъ несла все, что съ нею ни встрѣчалося…
И. И. Лепехин. Продолженіе Дневныхъ записокъ путешествія Ивана Лепехина по разнымъ провинціямъ Россійскаго государства въ 1771 году (1771)

У Лепехина хляби больше похожи на «отверстия, щели, дыры».

Здесь узришь прозою писателей отменных,
Извлекших летопись свою из хлябей тёмных,
В которых крылася она погребена,
Чрез коих ведомы нам древни времена.
(Н. И. Новиков. Опыт исторического словаря о российских писателях (1772)

Из каких тёмных хлябей извлекают рукописи писатели? Из подземелий, подвалов, склепов?

Н.М. Шанский считал, что существительное хлябь имело значение «простор, пустота, глубь; бездна, пропасть».

«Таким образом, буквально перевести выражение разверзлись хляби небесные следует так: «открылись небесные просторы» (или «бездны» и т. д.). Отсюда становится яснее и современное значение оборота, которое является как бы следствием исходной семантики», – писал Шанский.

В словаре С.И. Ожегова читаем:

хлябь (во множественном числе хляби) имеет значение бездна, глубина. Приводятся два примера: Хляби морские; Хляби небесные разверзлись (о сильном дожде).

Другие толковые словари расширяют перечень значений этого слова. По разным данным, хлябями называют непогоду с дождем и слякотью, водную глубину, потоки бурлящей воды, стремнину и даже крутой скалистый обрыв.

Как мы уже сказали, источником этого слова в нашем языке стал фрагмент из Книги Бытия (глава 7, стихи 11–12), где говорится:

Разверзошася вси источницы бездны, и хляби небесные отверзошася. И бысть дождь на землю четыредесять дней и четыредесять ночей.

Библию на протяжении столетий читали в церквях, по ней учились грамоте, но непонятное хляби люди толковали по ассоциации со Всемирным потопом. Отсюда значения «дождь», «потоп», «пучина», «море»…

Ещё больше область значений слова расширили поэты и писатели, строя на нем свои метафоры, упражняясь в звукописи и тайнописи. Так, у Евгения Баратынского хлябь – поверхность моря или просто «море»:

Завыла буря; хлябь морская
Клокочет и ревёт, и чёрные валы
Идут, до неба восставая.

То же у Афанасия Фета:

Малютка, хоть твоя б одна
Ладья спастись успела,
Пока всей хляби глубина,
Чернея, не вскипела..

Но у Вячеслава Иванова хлябь – вообще нечто невразумительное, то ли «снегопад», то ли «даль, перспектива»:

Всё смесилось в тусклой хляби —
Твердь и зыби вьюжные
Кто вас губит, кто вас грабит,
Вертограды южные?

С существительным хлябь нам хочется связать лексическое гнездо глагола хлябать, в первую очередь глагол расхлябаться «расшататься, разойтись, ослабеть» (ср.: гайки расхлябались, т. е. расшатались, сапог расхлябался, т. е. стал свободным, и т. д.) и существительное расхлябанность «недисциплинированность». Последнее образовалось от расхлябанный, страдательного причастия глагола расхлябать «раскачать, расшатать».

Н.М. Шанский уверенно связывал расхлябанность с хлябями, но составители Словаря академии российской поместили глагол хлябаю «неплотно в чем держусь» и хлябь «преграда, оплот» в разные статьи. Возможно, эти слова, действительно, не родственные. Происхождение старославянского хлябь остается неизвестным, а наше хлябать имеет звукоподражательную природу хляб – то же что хлюп-хлюп, хлоп. То есть хлябать – «хлопать» при неплотном соединении, контакте, а затем – «шататься, болтаться».