Огненная Мария — июльская гроза

В православии 30 июля день памяти и почтения великомученицы Марины Антиохийской и преподобного Лазаря Галисийского. Отсюда сложилось название «Марина Лазоревая», и Огненная Мария. В связи с тем, что и святая великомученица Марина, и Богородица Дева Мария понимаются как сестры Ильи Пророка, произошло сложение их образов в единый образ «Огненной Марии». 

В этот день в небе часто можно наблюдать зарницы — отблески далёких июльских гроз. Эпитет «Огненная» объясняется включением дня её памяти в перечень «огненных» праздников, когда нарушение запрета на сельскохозяйственные работы могло привести к появлению пожаров.

По народным верованиям сербов, святая Мария карает огнём. В преданиях рассказывается об огне и молниях, которые в тёплые праздничные дни сжигали жито, сено и дома тех, кто согрешил, работая в её день 30 июля.

Согласно Минологию Василия Второго, великомученица Марина родилась в конце III века в Антиохии в семье языческого жреца. Рано оставшись без матери, была отдана кормилице, которая и воспитала её в христианской вере. Разгневанный отец Эдессий выгнал дочь из дому, и Марине пришлось стать пастушкой. Римский префект Олимврий, очарованный красотой пятнадцатилетней девушки, попытался уговорить её отречься от Христовой веры и стать его женой. Получив отказ, он подверг её страшным мучениям, но святая великомученица Марина выдержала испытание и огнём, и водой. Её стойкость и вера в Спасителя так удивили и напугали префекта, что тот приказал отрубить ей голову.

Часть мощей великомученицы Марины сейчас хранится в обители Ватопед на Афоне. Этой святой посвящён и монастырь на горе Ланга на албанском берегу Охридского озера. Сюда каждый год в июле отправляются многочисленные паломники со всех Балкан. Причём среди них увидишь не только христиан, но и людей мусульманского вероисповедания – они называют святую «сербской поджигателницей». Надо сказать, что османы никогда не разоряли эту обитель. А один из турецких вельмож даже был некоторое время её попечителем.

На Руси была известна легенда о морской царевне Марине дочери морского царя. Наскучило морской царевне жить в подводном царстве отца, покинула она родную стихию ради жизни среди людей. С тех пор каждый год, когда наступает день рождения царевны Марины, вспоминает морской царь о дочке беглянке, и во гневе пускает в небо огненные стрелы, которые видны как лазоревые отблески на небе.

В России Святую Марину тоже иногда называют Огненной, но в нашей традиции она ассоциируется с большим дождём и помогает в борьбе с пожарами и засухой. Имя Огненной Марины связывают с летними лазоревыми зарницами – «сухими молниями». Считалось, что «сухие» молнии иссушают зрение, и смотреть на них нельзя, а то можно ослепнуть.

Святую Марину считают сестрой Ильи Пророка, Святого Пантелея и Марии Магдалины.

Существует легенда, что Илья Пророк как-то позабыл собственное имя и обратился за помощью к своим сёстрам. Марина отказалась произносить имя брата вслух, за что разгневанный Илья назвал её Огненной и приказал вечно устрашать людей. Мария Магдалина, испугавшись подобной участи, молчать не стала, поэтому теперь её называют Блага, то есть Добрая или Хорошая.

Существует и другая версия легенды, согласно которой, Марина действительно не напомнила брату Илье, но не имя, а день именин – 2 августа, чтобы на радостях Илья Пророк не пожёг молниями всю землю. А Мария Магдалина, видимо, просто поздравила его с днём именин.

У болгар и сербов Огненная Мария считалась сестрой Ильи Пророка, чей праздник 2 августа. По народным поверьям считается:

 «когда на святого Илью и после праздника не идёт столь необходимый дождь, народ говорит, что Огненная Мария ещё не напомнила об именинах своему брату Илье».

Вся неделя перед днём Ильи Пророка и громовика опасна для купанья, так как считается, что русалки могут поймать купальщика, «водяной в это время ищет себе жертв, и только самый отчаянный решится купаться в ильинскую неделю!»

В сложении образа Огненной Марии определённую роль сыграла библейская христианская традиция, малоизученный иконографический тип Богоматери Огневидной, а также славянские образы: «красна девица», «весна красна».

Одежда на Пресвятой Деве красного цвета, и это послужило поводом к наименованию сей иконы Огневидной. Богоматерь символизирует Новозаветную Церковь, а также кровь Агнца Искупителя Иисуса Христа, пролитую за человечество.

Иконография Богоматери Огневидной также связана с праздником Сретения, известным в Юго-Западной Руси под названиями «Огненная Мария», «Громница».

На иконах святая великомученица Марина иногда изображается на фоне пылающих домов. В июле, как поётся в одной из народных сербских песен, «горят и земля, и небо». Страшная жара этого года – прямое тому подтверждение.

30 июля — день Огненной Марины и 4 августа — день Благой Марии Магдалины, в эти дни крестьяне не выходят на полевые работы и не занимаются рукоделием. Если Святая Марина наказывает за непослушание пожарами, то Мария Магдалина за верность и молитву награждает. Так что 4 августа многие сербы, зажигая свечи в церкви, одновременно загадывают самое заветное желание и просят Благу Марию его исполнить.

Святую Огненную Марину опасаются не только потому, что она казнит отступников огнём. Считается, что все хорошие дела, начатые в этот день обречены на провал, а вот  плохие дела наоборот удаются. В народе часто можешь услышать: если какое-то зло или несчастье придётся на Огненную Марию, то остановить его нет никакой возможности. Больше всего опасаются ненастья. Не дай Боже, нагонит ветер чёрные облака и разыграется гроза — молния обязательно ударит в стог сена или сноп пшеницы. А огонь тогда не потушишь! Вообще же, гром 30 июля – плохая примета, предрекающая неурожайный год, когда приходят болезни и бедность.

В истории сербского народа многие страшные события, связанные с османским владычеством, войнами прошлого столетия или природными катастрофами, пришлись как раз на конец июля- начало августа. Не случайно одна из известных книг Будо Симоновича, посвящённая трагедии 1941 года, так и называется «Огненная Мария Ливаньская»:

«Сошлись в то злое лето сила с неправдой, зажмурился Бог, пришёл дьявол со сватами и начался кровавый свадебный пир смерти…»

Огненная Мария (30 июля) и Блага Мария Магдалина (4 августа) считаются покровительницами всех женщин. К ним часто обращаются матери, молясь об излечении своих детей от тяжёлых болезней.

Июльская гроза.

Так приближается удар
За сладким, из-за ширмы лени,
Во всеоружьи мутных чар
Довольства и оцепененья.

Стоит на мёртвой точке час
Не оттого ль, что он намечен,
Что желчь моя не разлилась,
Что у меня на месте печень?

Не отсыхает ли язык
У лип, не липнут листья к нёбу ль
В часы, как в лагере грозы
Полнеба топчется поодаль?

И слышно: гам ученья там,
Глухой, лиловый, отдаленный.
И жарко белым облакам
Грудиться, строясь в батальоны.

Весь лагерь мрака на вид
Полнеба топчется поодаль?
В чаду стоят плетни. В чаду —
Телеги, кадки и сараи.

Как плат белы, забыли грызть
Подсолнухи, забыли сплюнуть,
Их всех поработила высь,
На них дохнувшая, как юность.
_________

Гроза в воротах! на дворе!
Преображаясь и дурея,
Во тьме, в раскатах, в серебре,
Она бежит по галерее.

По лестнице. И на крыльцо.
Ступень, ступень, ступень.- Повязку!
У всех пяти зеркал лицо
Грозы, с себя сорвавшей маску.

1915.  Борис Леонидович Пастернак.

Гроза.

Ревёт гроза, дымятся тучи
Над тёмной бездною морской,
И хлещут пеною кипучей
Толпяся, волны меж собой.
Вкруг скал огнистой лентой вьётся
Печальной молнии змея,
Стихий тревожный рой мятётся —
И здесь стою недвижим я.

Стою — ужель тому ужасно
Стремленье всех надземных сил,
Кто в жизни чувствовал напрасно
И жизнию обманут был?
Вокруг кого, сей яд сердечный,
Вились сужденья клеветы,
Как вкруг скалы остроконечной,
Губитель-пламень, вьешься ты?

О нет!— летай, огонь воздушный,
Свистите, ветры, над главой;
Я здесь, холодный, равнодушный,
И трепет не знаком со мной.

1830. Михаил Юрьевич Лермонтов.

Гроза.

Посмотри: нависли тучи;
Слышишь грохот громовой?
То гигант идёт могучий
В битву с дряхлою землёй!
Где найдёшь ты оборону,
С чем, земля, ты выйдешь в бой?
Он сорвёт с тебя корону,
Он преломит скипетр твой!

Род славянов, род могучий,
Ты ли грозный сей гигант,
На врага, как гром из тучи,
Землю подпер, как Атлант?
Гул побед и битвы клики,
Песнь любимая твоя,
В пеленах народ великий
Прибаюкали тебя.

Ты возрос и, юный мощью,
Ты окреп и возмужал,
И владычество полнощью
Твёрдой дланию сдержал:
Распадается на части
Крепко скованный булат;
Вопреки уму и власти —
Восстаёт на брата брат.

Но не длится заблужденье,
Вечен правды перевес:
За измену мщенье, мщенье
Человеков и небес.

1831 год. Лукьян Андреевич Якубович.

Гроза.

Див кличет по древию, велит послушати
Волзе, Поморью, Посулью, Сурожу…

Запал багровый день. Над тусклою водой
Зарницы синие трепещут беглой дрожью.
Шуршит глухая степь сухим быльем и рожью,
Вся млеет травами, вся дышит душной мглой

И тутнет, гулкая. Див кличет пред бедой
Ардавде, Корсуню, Поморью, Посурожью,—
Земле незнаемой разносит весть Стрибожью:
Птиц стоном убуди и вста звериный вой.

С туч ветр плеснул дождем и мечется с испугом
По бледным заводям, по ярам, по яругам…
Тьма прыщет молнии в зыбучее стекло…

То, Землю древнюю тревожа долгим зовом,
Обида вещая раскинула крыло
Над гневным Сурожем и пенистым Азовом.

Максимилиан Александрович Волошин, 1907, Коктебель