Одесский ювелир Рухомовский и тиара царя Сайтаферна

Международный день ювелира — 31 января.

Один из крупнейших музеев Франции и самый популярный художественный Музей Лувр приобрёл 1 апреля 1896 года несколько золотых предметов, в том числе золотую тиару, обнаруженную в Крыму и принадлежавшую скифскому царю Сайтафарну (фр. tiare de Saïtapharnès), жившему в III веке до н. э.

По совету директора Национальных музеев Альберта Кемпфена (d’Albert Kaempfen; 1826-1907), археолога Антуана Эрона де Вильфосса (Antoine Héron de Villefosse), куратора Лувра Саломона Рейнаха (Salomon Reinach), признавших высокое качество золотых изделий, музей Лувра приобрёл эти бесценные артефакты за 200 000 золотых франков, из них 150 000 — за одну только золотую тиару.
Покупка была совершена у двух торговцев Фогеля (Vogel) и Шимански (Szymanski), которые представляли другого торговца Чапселя Хохмана (Chapsel Hochmann).

Тиара (лат. tiara; от др.-греч. τιάρα) царя Сайтаферна представляет собой золотой куполообразный шлем высотой 17,5 см, диаметром 18 см и массой 486 грамм, целиком изготовленный из тонкой золотой полосы, украшенной высокохудожественной чеканкой.

Поверхность золотого шлема разделена на несколько горизонтальных поясов, украшенных чеканкой в виде растительного орнамента, картин охоты скифского царя на крылатого зверя, рельефные фигурки всадников-скифов, а также быков, лошадей и овец. На центральном, самом широком поясе, изображены 4 сцены из гомеровского эпоса, посвящённые Ахиллу, изображены Патрокл, Брисеида и Одиссей. Навершие золотого шлема украшает свернувшаяся клубком змея, поднявшая голову.

Между вторым и третьим поясами на древнегреческом языке нанесена надпись, сделанная тем же шрифтом, что и в «Декрете в честь Протогена», где упомянут царь Сайтаферн (Сайтафарн, Сайтоферн):

«Совет и граждане Ольвии чтят великого и непобедимого царя Сайтафарна».

При продаже музею Лувра сообщалось, что тиара найдена при раскопках могильного кургана царя Сайтаферн и его жены. Золотая тиара выдавалась за работу мастеров причерноморского античного греческого города Ольвии, которую они изготовили в подарок скифскому царю Сайтаферну. На ней имелся единственный изъян в виде вмятины, будто от удара мечом.

Для экспертов Лувра подлинность тиары подтверждала и находка в 1822 году в Ольвии мраморной плиты, датируемый концом III или началом II века до нашей эры с именем царя Сайтафарна. На мраморной плите был начертан «Декрет Протогена», восхвалявший гражданина Ольвии Протогена, за то, что он трижды от имени города выдал 400, 300 и 900 золотых монет в качестве дани, которую требовал скифский царь Сайтафарн.

«Совет и народ постановили 20 числа, архонты и семь предложили: (…) Протоген, унаследовав от отца благосклонность к народу, всю жизнь продолжал говорить и действовать лучшим образом: во-первых, когда царь Саитафарн прибыл в Канкит и требовал даров, [дававшихся ему по случаю] проезда, а общественная казна была пуста, он по просьбе народа дал 400 золотых; (…) и когда отдано было на откуп снаряжение посольства в резиденцию царя по постановлению, (…) то Протоген, увидя, что город подвергнется большим неприятностям, сам, явившись в собрание, дал эти 300 золотых; (…); и когда царь Сайтафарн явился на ту сторону за дарами и архонты, созвав народное собрание, объявили о прибытии царя и о том, что в казне нет никаких сумм, Протоген, выступив, дал 900 золотых…»
Нижний кусок мраморной плиты был отбит.

Согласно истории, скифский царь Сайтафарн подчинил себе некоторые греческие колонии на берегах Понта Эвксинского перед тем, как осадить Ольвию Понтийскую, и согласился покинуть город с миром только после получения драгоценных подарков, включая золотую тиару.

Золотую тиару с помпой выставили в зале античного искусства в Лувре. Однако вскоре у нескольких экспертов появились сомнения в её подлинности. Среди них был немецкий археолог Адольф Фуртвенглер (Adolf Furtwängler), отметивший её первозданное состояние тиары и отсутствие патины, а также стилистические неточности в изображениях.

Археолог Адольф Фуртвенглер выступил с обличением подделки, он указывал, что создатель тиары не сумел точно передать античную пластику и допустил большую ошибку, выгравировав в виде детей богов ветров (Борея, Нота, Зефира и Евра), тогда как они в античном искусстве изображались атлетичными взрослыми. Археолог нашёл, откуда ювелир мог взять изображенные на тиаре сцены, и это оказались памятники самых разных эпох и мест — ожерелье V века до н. э. из Тамани, вазы из Южной Италии, изделия из Керчи, «щит Сципиона» (Лувр) и пр.
В течение нескольких лет Лувр отстаивал подлинность своего сокровища.

В конце концов, новости об этом деле достигли Одессы, где жил ювелир по имени Израиль Рухомовский. Вскоре Рухомовский связался с французскими властями, его телеграмма от 25 марта 1903 г. посланная из Одессы, была опубликована в газете Le Figaro:

«Гравер Израиль Рахумовский, живущий на Успенской ул., в доме 36 , категорически заявил, что он сделал тиару, заказанную ему в 1896 г одним жителем г. Керчи и попавшую впоследствии в Лувр. Рахумовский готов ехать в Париж, если на поездку ему будет выдано 1200 фр».

«Одесские Новости» 28 марта 1903 года напечатали репортаж о местной знаменитости:

«Талмуд говорит, что для каждого человека в своё время наступит его час. Для меня мой час наступил теперь. … Я не отрицаю своего участия, но вместе с тем не могу подтвердить, что эта тиара та самая, которую делал я. На этих днях я выезжаю в Париж, по собственному моему желанию, и когда увижу тиару, тогда все кому следует расскажу…» — сказал своим литовским акцентом г. Рухомовский.

Французское консульство в Одессе оплатило Рухомовскому расходы на дорогу, и в апреле 1903 года ювелир прибыл в Париж на встречу с Шарлем Клермон-Ганно (Charles Clermont-Ganneau), которому было поручено урегулировать этот вопрос.

Рухомовский представился создателем тиары Сайтафарна.

 По словам Рухомовского, торговец Шапсель Хохманн заказал у него золотую тиару в подарок своему другу известному профессору-археологу из Харькова. Ювелир получил от заказчика Хохманна гонорар в 1800 рублей за 8 месяцев работы. Также он указал, что в работе над тиарой участвовал гравёр Гаврилин.  Шапсель Хохманн предоставил Рухомовскому информацию о недавних раскопках в Крыму и на Тамани, чтобы помочь ему в работе, а также образец древнегреческой надписи на мраморной плите «Декрета Протогена», найденной в Ольвии.
Только узнав о скандале в Лувре, Рухомовский выяснил, что случилось с его произведением искусства.

Эксперты музея Лувр отказались верить Рухомовский, несмотря на фотографии тиары, сделанные в его мастерской в Одессе и его подготовительные эскизы, которые ювелир привёз с собой. Подлинность авторства Рухомовского доказывал и эмигрировавший из Одессы парижский ювелир Лифшиц, который  опубликовал «Le Matin» своё письмо:

«Милостивый государь, я прочёл вашу статью о тиаре Сайтаферна и решаюсь писать вам в целях восстановления истины. Я могу вас уверить, что тиара была сработана моим другом Рахумовским. Я жил в Одессе в 1895 году и до мая 1896 года. Я часто навешал моего друга и видел много раз, как он работал в своей мастерской над этой пресловутой тиарой. … С. Лифшиц».

По словам Лившица, ювелир Рухомовский изготавливал не подделку, а чей-то частный заказ. Слова Лифцица подтвердила жившая когда-то в Одессе госпожа Нагеборг-Малкина, чье письмо было напечатано в той же газетной заметке. Лувр не поверил свидетельству Лившица.

Французские газеты подняли большую научную полемику, например, Le Figaro напечатало выдержки из статьи Веселовского: «Эта тиара могла быть просто сфабрикована в Очакове, где имеются специалисты по этой части».
Выяснилось также, что русские учёные Орешников, Штерн и Кизерицкий ранее неоднократно заявляли о своей уверенности, что это подделка, однако музей Лувр игнорировал их мнение.

Под давлением общественности из-за излишнего внимания к тиаре, скандал не сходивший с первых полос газет, заставила Музей Лувра избавиться от компрометирующего предмета и отправить его на хранение.

В своих воспоминаниях ювелир Рухомовский так описывал данное событие:

«Ещё не видя самой тиары, я этим господам описал её самым подробнейшим образом, указав все изъяны, специально мной сделанные; представил фотографические снимки, которые заказал в Одессе после того, как её изготовил; представил даже гипсовые модели горельефов, указав при этом, в каких именно книгах они помещены. Я, наконец, по их требованию выписал из Одессы свои инструменты и у них на глазах этими инструментами точнейшим образом воспроизвёл один из рисунков на тиаре. И всего этого этим господам мало! Неужели я должен сделать новую тиару, чтобы они поверили? Я сомневаюсь, впрочем, что эти господа и тогда убедятся — по той простой причине, что они просто не хотят быть убежденными».

К ответственности ювелир не был привлечён, так как он не продавал золотую тиару музею Лувра.

Критика в адрес Рухомовского была неуместна, ювелир просто выполнил заказ, за ​​который получил чуть более 7000 франков, напротив, его работа вызывала всеобщее восхищение. 26 мая 1904 год  ювелир был награждён золотой медалью III степени «Салона декоративных искусств». Уменьшенная копия тиары Сайтаферна экспонировалась на выставке Салона французских художников в Париже в 1904 году.

Рухомовский эмигрировал во Францию в 1909 году вместе со своей семьей поселился в Париже, где прожил до своей смерти в 1936 году, добившись значительных успехов как ювелир.

В 1997 году Израильский музей в Иерусалиме взял в аренду золотую тиару Сайтаферна из Лувра для специальной выставки, посвященной творчеству ювелира Израиля Рухомовского. Тиара Сайтаферна замкнула круг — сначала произведение искусства, затем нелепая подделка, в Израиле она снова стала произведением высокого искусства.