Среда , 8 Февраль 2023
Домой / Новейшая история / О традициях и социуме новой России.

О традициях и социуме новой России.

В своей программной Валдайской речи 27 октября 2022 года Президент России Владимир Путин высказал такой тезис:

«Прямая угроза для политической, экономической, идеологической монополии Запада в том, что в мире могут возникнуть альтернативные общественные модели».

Или ещё более резко и определенно:

«Убеждён, настоящая демократия в многополярном мире прежде всего предполагает возможность любого народа – хочу это подчеркнуть, – любого общества, любой цивилизации выбирать свой собственный путь, собственную социально-политическую систему.

Если такое право есть у США, у стран Евросоюза, то оно, безусловно, есть и у стран Азии, у исламских государств, монархий Персидского залива, государств других континентов. Есть оно, конечно, и у нашей страны, у России, и никто никогда не сможет диктовать нашему народу, какое общество и на каких принципах мы должны строить».

Сегодня в России речь идет именно о том, чтобы выдвинуть именно такую альтернативную либеральной демократии общественную модель, построить свою собственную социально-политическую систему. Именно такой конструктивный шаг и призван стать следующим этапом нашей стратегии в развертывании острой цивилизационной войны.

Основой такой общественной модели с необходимостью являются традиционные ценности, Указ о сохранении и укреплении которых был подписан Президентом 9 ноября 2022 года (Указ № 809). На этом и должна основываться такая модель.

Вот перечисление традиционных ценностей, которые отныне приобретают, по сути, общегосударственный характер. Это основы суверенной идеологии, которая в каком-то смысле обязательна для всех граждан России.

Давайте рассмотрим этот важнейший код новой операционной системы российского общества несколько подробнее. Цитируем Указ № 809.

«К традиционным ценностям относятся:

1 жизнь,
2 достоинство,
3 права и свободы человека,
4 патриотизм, гражданственность, служение Отечеству и ответственность за его судьбу,
5 высокие нравственные идеалы,
6 крепкая семья,
7 созидательный труд,
8 приоритет духовного над материальным,
9 гуманизм,
10 милосердие,
11 справедливость,
12 коллективизм, взаимопомощь и взаимоуважение,
13 историческая память и преемственность поколений,
14 единство народов России». 

Эти 14 пунктов следует рассматривать как смысловые узлы суверенной идеологии. Государство отныне взяло на себя ответственность за состояние общественного сознания, и общественная модель, альтернативная Западу, будет отталкиваться именно от этих 14 пунктов. В каком-то смысле они становятся священными.

Первые три пункта являются общими для русской традиции и для либеральных идеологий Запада.

Право на жизнь. Первый пункт признают традиционной ценностью самые различные общества – как традиционные, так и современные. Жизнь человека вверена только ему, и другой человек не имеет никакого права по своему усмотрению лишить жизни другого. Более того, в религиозных обществах сам акт самоубийства (не говоря уже о принуждении к нему) также считается преступлением.

Исключением является только государство, которое при определенных обстоятельствах имеет право распоряжаться жизнью своих граждан – карая за доказанные преступления осужденных или посылая воевать для защиты Отечества. Но если жизнь – это традиционная ценность, которую необходимо сохранять и укреплять, то государство должно учитывать ее и в предельных случаях – проявляя, если это возможно, милосердие к преступникам и оберегая жизнь воинов и участников боевых действий.

Достоинство. Второй пункт утверждает природное достоинство человека, которое необходимо признавать и учитывать – как обществу, так и государству. И снова эта ценность является общей для религиозных культур и современных либеральных идеологий. В религии достоинство человека проистекает из его особого места в творении, где он поставлен в позицию представителя Бога перед лицом остальной природы и несет за нее полноту ответственности. В светском контексте эта ответственность перед Богом исчезает, но особое место человека в природе остается неизменным. Лишь в современных теориях глубинной экологии и постгуманизма (а также в постмодернизме и спекулятивном реализме) человек лишается своего достоинства и рассматривается как угроза окружающей среде.

Права и свободы человека. Третий пункт также не отличается от принципов либеральных идеологий, которые также декларируют права человека, хотя на практике их постоянно попирают и топчут. Идеология вопрос не практики, а нормативов. В случае нормативов важнее всего не то, соблюдается ли они или нет, а каковы они сами по себе, каково их содержание.

В отношении первых трех пунктов следует подчеркнуть следующее. Можно было бы посчитать, что все они совпадают с либеральной идеологией и поэтому не являются ей альтернативой. Но это не так.

Поскольку речь идет об идеологии, то смысл имеют все 14 пунктов вместе взятые. И первые три принципа следует рассматривать не отдельно, а исходя из целокупности всех четырнадцати принципов, на основе которой они приобретают свой особый, свойственный именно нашей цивилизации и традиции, смысл. И именно из целостности понимания всех 14 пунктов раскрывается особое русское представление о самом человеке.

Человек становится нормативным, когда ему присущи все 14 свойств, принимаемых им как ценность. А значит права и свободы применяются именно к этой полноценному человеку. Толковать эти права и свободы следует в контексте русской истории – русского права и русской правды. И особенно следует учитывать здесь христианское представление о жизни, достоинстве, праве и свободе, которое гармонично сочетается с представлениями в других традиционных конфессий.

Альтернативный характер русской цивилизации ясно обнаруживает себя с 4-го пункта — патриотизм, гражданственность, служение Отечеству и ответственность за его судьбу. Здесь мы имеем дело с чисто русским отношением к государству как высшей ценности. До 1917 года это было отражено в представлении о священной природе монархии. Россия была Империей, наследовавшей у Византии ее сакральный статус, а русский Царь осмыслялся как Удерживающий, то есть не просто политическая, но и религиозная фигура, препятствующая приходу в мир антихриста. Поэтому патриотизм в России приобретал отчасти религиозный характер – служение Отечеству и ответственность за его судьбу было духовным подвигом.

В более светские эпохи, и особенно во времена СССР, толкование патриотизма менялось, но он неизменно оставался важнейшей силовой линией, скрепляющей народ и общество. Соответственно, посягательство на эту ценность, оскорбление патриотических чувств, непочтительное отношение к государству и государственным символам рассматривается у нас как вызов общественной морали.

Патриотизм, возведенный в ранг ценности, уже противоречит либеральной идеологии, основанной на космополитизме и убежденности в том, что социальный прогресс заключается в глобализации, упразднении национальных государств и создании Мирового Правительства. Вот первый отчетливо выраженный вызов идеологии коллективного Запада, которому мы противостоим. С этого момента все остальные пункты перечня традиционных ценностей будут только укреплять самобытность нашей суверенной идеологии, а расхождение с либерализмом (равно как и сближение с другими нелиберальными типами обществ) только нарастать.

Высокие нравственные идеалы. Пятый пункт устанавливает ценностный приоритет морали в обществе. Нравственные идеалы подчеркнуто названы «высокими», что указывает на их вертикальный характер. В русской традиции высшим идеалом нравственности считалась святость, что обращает нас к религиозному культу святых, старцев, мучеников, являющихся образцами человека и его поведения. Их роль в нравственном воспитании должна быть восстановлена. В других традиционных конфессиях есть свои образцы святости, которые ни в чем не противоречат православной вере. В светском контексте (особенно в советский период) высшим нравственным идеалом считался герой, мужественно жертвующий собой во имя всеобщего блага, человек-душа, отдающий ближнему последнее и не щадящий сил для приближения светлого будущего.

Но и для обычных людей в русском обществе всегда существовали вполне определенные нормы поведения, обращения с окружающими, этические установки, пренебрежение к которым воспринималось как аморальность, вызов и подвергалось общественному осуждению.

Здесь снова обозначено противостояние с либерализмом. Либерализм признает только индивидуальную мораль, а любой общественный идеал рассматривает как покушение на свободу индивидуума. Именно такой индивидуализм восторжествовал в России после конца СССР, что и привело к беспрецедентному падению нравов в обществе. То, что высокие нравственные идеалы отныне закреплены в качестве традиционных ценностей, должно радикально изменить сам моральный климат в обществе.

Крепкая семья. Этот шестой пункт имеет особое значение именно в контексте распространения либеральной идеологии, отрицающей пол, заменяющей его искусственно сконструированным социальным гендером, полностью легитимизирующей гомосексуальные браки и иные формы извращения, а по сути, упраздняющей институт семьи как таковой. Поскольку в Конституции РФ семья признается таковой только в случае союза мужчины и женщины, а гомосексуальная пропаганда законодательно закреплена, то объявление кепкой семьи ценностью уже предполагает, что речь идет о браке мужчины и женщины. При этом очевидно, что морально осуждаются аборты, и даже разводы, так как ни то, ни другое отнюдь не является признаком крепкой семьи. Настоящая крепкая семья включает и детей, и заботу о старшем поколении.

Александр Дугин, философ, политолог, социолог, переводчик и общественный деятель. Кандидат философских наук, доктор политических наук, доктор социологических наук.

Различие вероисповедное
Создание тройственного газового союза

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*