Николай Пирогов и архиепископ Лука

Николай Пирогов (1810-1881) — основатель русской школы анестезии, основоположник российской военно-полевой хирургии, при жизни провёл более десяти тысяч операций, спас жизни тысячам офицеров и солдат, был тайным советником при императоре Александре II, обучил множество военных хирургов.

В 1847 году Николай Пирогов стал первым в мире хирургом, кто применил эфирный наркоз при операции.

Во время Крымской войны (1853 — 1856) Николай Иванович Пирогов принял участие в военных действиях на Кавказе, где великий русский хирург провёл около 10 000 хирургических операций, спас жизни сотням тысяч раненых.

В 1855 году Николай Иванович счёл своим гражданским долгом отправиться в Севастополь, осаждённый англо-франко-турецкими войсками. Пирогов добился своего назначения в действующую армию. Оперируя раненых на передовой, Пирогов впервые в истории медицины применил гипсовую повязку, которая позволила ускорить процесс заживления переломов и избавила многих солдат и офицеров от уродливого искривления конечностей. Пирогов дал начало сберегательной тактике лечения ранений конечностей и тем самым спас многих солдат от ампутации.

По инициативе хирурга Пирогова в русской армии была введена новая форма медицинской помощи — появились сёстры милосердия.

Николай Пирогов заложил основы военно-полевой медицины, а его наработки легли в основу деятельности военно-полевых хирургов XIX-XX веков.  Основы военно-полевой медицинской помощи раненым описанные Пироговым использовали советские хирурги и в годы Великой Отечественной войны.

Важнейшей заслугой Пирогова является внедрение в Севастополе совершенно нового метода ухода за ранеными. Именно Пирогов впервые ввёл обязательную первичную сортировку раненых, разделив их на четыре группы оказания медицинской помощи. Метод сортировки раненых лёг в основу лечебно-эвакуационной службы русской армии. 

На первом перевязочном пункте все раненые подлежали тщательному отбору в зависимости от тяжести ранений.   Тяжелоранеными, требующими немедленной операции в полевых условиях, занимались военные-врачи и первые в истории сёстры милосердия. Тяжелораненые, кому не требовалась срочная операция, эвакуировались вглубь страны для лечения в тылу в стационарных военных госпиталях.  Легкоранеными, которых можно было быстро вернуть в строй, занимались фельдшеры.  Смертельно раненным помощь оказывали священники.

Николай Пирогов был консультантом по военной медицине и хирургии, выезжал на фронт во время франко-прусской войны — 1870-1871 годы, и русско-турецкой войны 1877-1878 г. За заслуги в оказании помощи раненым и больным Н.И. Пирогов был награжден орденом Святого Станислава 1-й степени. 

Последние годы жизни Пирогов провёл в особняке в деревне Вишневое, где открыл бесплатную клинику и принимал пациентов. В 1879-1881 гг. Пирогов работал над «Дневником старого врача», завершив рукопись незадолго до своей кончины.

23 ноября (5 декабря) 1881 года Николай Пирогов скончался в селе Вишня под Винницей. И тут произошло нечто уникальное, Святейший синод разрешил не предавать его тело земле, а забальзамировать, ведь он считался праведником и ныне почитается, как святой.
Формулировка Церкви была такая:

«учитывая заслуги Н.И.Пирогова как примерного христианина и всемирно известного учёного, разрешили не предавать тело земле, а оставить его нетленным, „дабы ученики и продолжатели благородных и богоугодных дел Н.И.Пирогова» могли лицезреть его светлый облик».

Что и было сделано через несколько дней. В течение четырёх часов тело Пирогова было забальзамировано близким другом семьи доктором медицины Давидом Выводцевым, специализировавшимся на бальзамировании, в присутствии двух врачей, двух фельдшеров и священника.  При бальзамировании был применён уникальный раствор, разработанный самим Пироговым.

В церкви-усыпальнице Святого Николая Чудотворца села Вишня, в фамильном склепе, и ныне сохраняется забальзамированное тело всемирно известного учёного, легендарного военного хирурга Николая Пирогова.

Многие годы учёные пытались воссоздать рецепт бальзамирования Пирогова, но так и не смогли этого сделать.
Считается, что никому в мире никогда не удавалось сохранить так долго набальзамированное тело в почти идеальном состоянии, учитывая, что все внутренние органы, включая мозг и сердце, остались на своих местах  в теле умершего.

Пирогов был глубоко убеждён в существовании высшей Истины, которая служит основанием нравственного бытия.
Пирогов все годы работы в практической хирургии считал, что профессиональная деятельность учёного и врача — это способ «добротоделания» во имя служения Иисусу Христу.

А здесь уже прямая параллель с владыкой Лукой Крымским.

Достойным учеником и последователем Николая Ивановича Пирогова стал Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, он же архиепископ Лука (1877-1961), и он же — святой Лука Крымский.

Наверное, каждый знает о роли монументального труда хирурга профессора Войно-Ясинецкого   «Очерки гнойной хирургии» в Великой Отечественной войне.

Николай Пирогов оказал значительное влияние на хирурга Войно-Ясенецкого.

1. По примеру Пирогова Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий сочетал хирургическую деятельность с практическими, научными и экспериментальными занятиями топографической анатомией.
Топографическая анатомия изучает строение человеческого тела по региональному принципу — пространственное положение и взаимоотношение органов в различных областях тела. Даёт знания о строении тела человека по областям в трёхмерной пространственной ориентации. Николай Пирогов и был основателем топографической анатомии. Эта научно-медицинской дисциплина оказалась крайне важной для лечения заболеваний и хирургических вмешательств, ей-то и увлекся Валентин Войно-Ясенецкий на старших курсах медицинского факультета Киевского университета.

2. От Николая Пирогова Войно-Ясенецкий перенял определенный подход к хирургическим ошибкам, приводящим к гибели пациента — не скрывать их, а вновь и вновь возвращаться к их анализу, что в итоге, зачастую, становилось основой для разработки новой хирургической операции. Кстати, очень полезный принцип для любого вида деятельности, подобный подход часто приводит к изобретениям. Но надо отметить, что владыка Лука крайне тяжело переживал смерть каждого человека в своей операционной, о чём он сам писал, например, в письмах к сыну.

3. Как и Пирогов, Войно-Ясенецкий развивал анестезиологию. Валентин Феликсович разработал и внедрил в клиническую практику несколько новых способов регионарной анестезии.
Регионарная анестезия — это метод обезболивания, при котором блокируются нервные импульсы в определённой части тела, что позволяет обезболивать конкретную зону без потери сознания пациентом, при этом человек может оставаться в сознании или под лёгкой седацией. В 1915 году вышла  монография Войно-Ясенецкого «Регионарная анестезия», а в 1916 году он защитил докторскую диссертацию по этой теме.

4. Как и Пирогов, Войно-Ясенецкий использовал в медицине нравственный аспект. Многие думают, что «Очерки гнойной хирургии» — это результат практических исследований Войно-Ясенецкогово время Великой Отечественной войны. Но это не так. Первое издание «Очерков гнойной хирургии» было в 1934 году. Приведу предисловие к этому изданию. Пожалуйста, прочитайте его полностью, оно короткое, ради памяти этого выдающегося учёного. Благодаря этим «Очеркам», было спасено огромное количество жизней военных в Великую Отечественную войну.  Итак, предисловие к изданию 1934 года:

«Чрезвычайно тяжёлый путь земского хирурга-самоучки, который мне пришлось пройти, научил меня весьма многому, чем хотелось бы теперь, на склоне моей хирургической деятельности, поделиться с молодыми товарищами, чтобы облегчить их трудные задачи. Первое, что я болезненно почувствовал, начав работу на селе, — это крайняя недостаточность полученной мной в университете подготовки по диагностике и терапии гнойных заболеваний, которые, однако, оказались самой важной, самой повседневной частью хирургии для врача, работающего среди крестьян и рабочих. Надо было собственными силами пополнять этот тяжёлый пробел, и я всю жизнь усердно занимался этим делом.
Книга, которую я написал, подводит итог моим многолетним наблюдениям в области гнойной хирургии, которые я собирал с особенной любовью. Я поставил себе целью прежде всего показать молодым врачам, что топографическая анатомия является важнейшей основой для диагностики гнойных заболеваний и выработки плана оперативного лечения, которое в большинстве случаев бывает атипическим.
Необычная форма книги, испещренной множеством историй болезней, местами приближается к клиническим лекциям, однако я полагаю, что изложение при помощи живых примеров всего лучше достигает цели.
Приложение, в котором описываются способы анестезии, может показаться излишним и не имеющим отношения к содержанию книги, но я счёл его уместным и полезным для начинающих врачей, которых очень затрудняют задачи обезболивания. Вероятно, многим читателям бросится в глаза как недочёт моей книги отсутствие указаний на исследования крови, так как картина последней играет теперь немалую роль в диагностике гнойных заболеваний, а изменения её в течение болезни дают важную опору для прогноза. Этот пробел объясняется тем, что моя работа, на которой основана эта книга, протекала отчасти в те довольно давние годы, когда гематологические исследования ещё не вошли в обиход хирургов, отчасти же в первом периоде революции (1917 г.), когда лабораторные исследования были затруднены, поэтому я не имею собственного гематологического опыта, а писать с чужих слов я не хотел».

Почему «Очерки гнойной хирургии»  оказались такими важными на войне?

Дело в том, что во время Великой Отечественной войны существовала такая проблема, когда при незначительных осколочных ранениях, которые никак не влияли на жизнедеятельность человека, все органы были целы, кровопотери не были большими, но! в организм попадали крошечные кусочки грязной одежды, совсем маленькие кусочки ткани, и совершенно здоровый солдат или офицер, за несколько дней умирал от заражения крови. Масштаб этой трагедии был огромен. Умение работать с гнойными ранами было очень важно на фронте, и вскрывать и обрабатывать гнойные раны должны были уметь не только хирурги, но и обычные врачи и фельдшеры. А книга написана настолько легким и понятным языком, что медсёстры и фельдшеры могли грамотно обработать рану, чтобы не допустить заражения крови.

В «Очерках гнойной хирургии» в главе XXII  — «Аппендицит и перитонит» есть вот такие слова, в которых весь он — святой Лука:

«Приступая к операции, надо иметь в виду не только брюшную полость и тот интерес, который она может представить, а всего больного человека, который, к сожалению, так часто у врачей именуется “случаем”. Человек в смертельной тоске и страхе, сердце у него трепещет не только в прямом, но и в переносном смысле. Поэтому не только выполните весьма важную задачу подкрепить сердце камфорой или лигаленом, но позаботьтесь о том, чтобы избавить его от тяжёлой психической травмы: от вида операционного стола, разложенных инструментов, людей в белых халатах, масках и резиновых перчатках — усыпите его вне операционной. Позаботьтесь о согревании его во время операции, ибо это чрезвычайно важно».

ДУХОВНЫЕ НАСТАВЛЕНИЯ СВЯТИТЕЛЯ ЛУКИ КРЫМСКОГО О ПОСТОЯНСТВЕ В МОЛИТВЕ.

Нередко на словах и в письмах просят меня научить молиться. Первое, что отвечаю на эту просьбу, это необходимость постоянства в молитве. Есть очень много людей, которые вспоминают о молитве к Богу, когда Он посетит их каким-либо несчастьем, либо тяжёлой скорбью, а обычно вовсе не молятся Ему. Такие молитвы вряд ли бывают услышаны Богом.

У древних римлян была мудрая пословица: непрестанно каплющая капля долбит камень.
Только непрестанная, как падение капель, молитва смягчает оледеневшие без молитвы сердца.

Просящим меня научить молитве я даю два важнейших совета: быть постоянными в молитве, не оставлять без неё ни одного дня жизни и быть глубоко внимательными к каждому слову молитвы. Не подражать сектантам, которые в гордости своей презирают молитвы великих святых и сочиняют свои шаблонные, весьма мало духовые молитвы.

Диавол и ангелы его всеми силами стараются отвлечь наше внимание от глубоких и благодатных слов церковных молитв, написанных святыми людьми. Они настойчиво и ловко отвлекают наш ум куда-либо в сторону, особенно тогда, когда слова молитвы относятся к ним самим, когда просим у Бога защиты от них, окаянных. Защитить от этих их козней нас может только глубокое внимание при чтении церковных молитв. Это гораздо труднее при чтении молитв наизусть, чем при чтении их по молитвеннику.

Очень важно выработать привычку ловить себя на каждом отвлечении внимания и снова прочитывать те слова, от которых бесам удалось отвлечь наше внимание. Легче всего достигнуть этого ежедневной молитвой Иисусовой, по четкам повторяемой не менее ста раз:

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного (или грешную)».

В конце каждой молитвы при словах: «помилуй мя, грешного» вы должны вспоминать самый тяжёлый и скверный свой грех, и когда укрепитесь в этой привычке, постепенно научитесь вспоминать и все другие грехи.

Каждая из сотни Иисусовых молитв будет долбить ваше сердце подобно тому, как непрестанно падающая капля воды долбит камень – и умягчится, и согреется холодное сердце ваше великой Иисусовой молитвой.

Таково же будет действие и других великих молитв, особенно молитвы преподобного Ефрема Сирина, читаемой, к сожалению, только Великим постом.

Благодатно воздействуют на вас святые слова этой молитвы при частом повторении её: привыкнете чувствовать отвращение к тем порокам, о которых говорит Ефрем Сирин, прося Бога избавить его от них – к духу праздности, празднословия, к осуждению ближних; привыкнете просить у Бога добродетелей целомудрия, смиренномудрия, терпения и любви и памяти о своих согрешениях. Вот то, что отвечаю я людям, просящим научить их молиться.

Но недостаточно, конечно, одних усердных молитв для того, чтобы стать храмом Духа Божия, чтобы стать близким и даже другом Господа нашего Иисуса Христа.

Надо исполнять и все великие заповеди Христовы, и прежде всего заповеди о любви и милосердии к ближним.
Об этом пришлось бы говорить очень много, повторяя не раз сказанное вам прежде.

Скажу только о том, как преображаются сердца тех блаженных, которые тверды и постоянны в молитвах и добрых делах. Скажу, что каждое доброе дело оставляет больший или меньший след в сердце совершившего его.

Даже низкий поклон нищего, получившего милостыню из рук твоих, несомненно оставит след в твоем сердце. И эти следы, все чаще и чаще остающиеся в сердце творящего добро, будут действовать на него, подобно непрестанно капающей и долбящей камень капле. Они будут смягчать творящее добро сердце и очищать его, очищать и благодатно изменять. И чем больше добрых дел будешь ты совершать, тем все выше и выше будет возноситься твой бессмертный дух от земной грязи и неправды к небесам, в которых царит всесовершенная и абсолютная Божия правда.

Будешь подниматься все выше и выше от земли и дышать все более и более чистым воздухом небес, будешь все больше и больше приближаться к Богу.
А когда кончится земной путь твой, то смерть будет не отрадна, а радостна, ибо будет только переходом к вечному блаженству.
Сего да сподобит всех нас Триединый и Всесвятый Великий Бог наш!
Аминь.
1957 г.

Президент Российской Федерации Владимир Путин подписал Указ «Об учреждении ордена Пирогова и медали Луки Крымского».

Орден Пирогова и медаль Луки Крымского учреждены 19 июня 2020 года в целях дальнейшего совершенствования государственной наградной системы Российской Федерации.

Орден Пирогова и медаль Луки Крымского будут вручать за личные заслуги в подготовке квалификационных медицинских кадров и вклад в организацию оказания скорой медпомощи. Новыми знаками отличия будут награждать медиков и волонтеров, сообщается на сайте Кремля.

Указом президента также утверждены Статут и описание ордена Пирогова, Положение о медали и описание медали Луки Крымского; рисунки ордена Пирогова и медали Луки Крымского.

«Начала, внесённые в науку (анатомию, хирургию) Пироговым, останутся вечным вкладом и не могут быть стёрты со скрижалей её, пока будет существовать европейская наука, пока не замрёт на этом месте последний звук богатой русской речи».  Н.В. Склифосовский.

В 2015 году на XII Съезде хирургов России, проходившем в г. Ростове-на-Дону, было принято решение в память о Николае Пирогове учредить День хирурга в День рождения Николая Ивановича Пирогова — 25 ноября.