«Московский листок» издателя Пастухова и истории об атамане Чуркине

Русский предприниматель, издатель и писатель Николай Иванович Пастухов (1831–1911), основатель газеты «Московский листок» родился в мещанской семье в Смоленской губернии. Систематического образования не получил, рано оставил учёбу и работал разъездным контролёром и поверенным по винным откупам.
В начале 1860-х годов переехал в Москву и открыл пивную лавку на Арбатской площади. Среди завсегдатаев заведения были студенты, разговоры которых стали основой для самообразования Пастухова, он начал читать книги, которые обсуждали студенты, и писать заметки для московских газет.

Идею создания собственной газеты Пастухову подсказал будущий адвокат Фёдор Плевако, который впоследствии стал одним из постоянных авторов «Московского листка». Редактор «Московских ведомостей» Михаил Катков также участвовал в реализации проекта создания «Московского листка».

В мае 1881 года Пастухов обратился к министру внутренних дел Николаю Игнатьеву с просьбой разрешить выпуск ежедневной газеты. Получив согласие и «стартовый капитал» от знакомого купца, он открыл редакционную контору на Софийской набережной.
В 1882 году Пастухов на личные средства построил типографию.

Газета Пастухова «Московский листок» печаталась с 1881 г. и к 1898 г. и была ориентирована на малоимущие слои населения, печаталась на дешёвой бумаге, которая подходила для самокруток. «Московский листок» издавался большими тиражами — в 1894 г. — 30 тысяч экземпляров, в 1897 г. — 40 000 экз., 1898 г. —40 000 экз..При этом «Московский листок» не был самым дешевым изданием столицы. Напротив, по дороговизне подписки, которая составляла 9 рублей, он был третьим после «Московских ведомостей» и «Русских ведомостей».
К концу жизни Николай Пастухов вошёл в число московских миллионеров.

Николай Пастухов считается основателем жанра репортажа в российской журналистике.

В «Московском листке» публиковались ежедневно стихотворные и прозаические памфлеты и фельетоны, очерки, корреспонденции, а также романы-фельетоны. Популярностью читателей пользовались рубрики о происшествиях — «По улицам и переулкам», «Советы и ответы» и «По городам и селам» — давалась оперативная информация о событиях Москвы и пригородов. Материал с мест Пастухову предоставляли многочисленные корреспонденты, часто неграмотные люди. Пастухов активно искал репортёров среди трактирщиков, извозчиков, рабочих, торговцев и других представителей низших слоёв общества. Как значилось в рекламе на 1898 г.,

«газета имеет своих корреспондентов в Париже, Лондоне, Берлине, Вене, Будапеште и других выдающихся городах Европы. К участию в газете привлечены наиболее популярные и известные сотрудники столичных повременных изданий. Газета рассчитывает на постепенное расширение круга своих постоянных сотрудников».

Редактор «Московского листка» Николай Пастухов попросил московского «короля репортёров« Гиляровского собирать сведения о разбойнике Чуркине. Легендарный разбойник Василий Чуркин оказался родом из подмосковных Гуслиц, а точнее из деревни Барская, был известным разбойник второй половины XIX века.

Дядя Гиляй был бесстрашным человеком, знакомым со всем преступным миром Москвы, и в том числе даже с братом Чуркина — Степкой Махалкиным. От него, кстати, он и услышал мнение про Чуркина: «Васька-то? Пустельга! Портяночник!»
И мнение это подтвердилось во время разговоров с гусляками:

«Какой он атаман, просто рвань, бывший фабричный от Балашова, спившийся с круга! Действительно, была у него шайчонка, грабил по дорогам, купоны фальшивые от серий печатал, — да кто у нас их не печатает, — а главное, ходил по фабрикам. Придут втроем, вчетвером; вызовет Васька хозяина: «Давай, говорит, четвертную, а то спалю». Ну, и давали, чтобы отвязаться. В поездах под Канабеевым из вагонов товар сбрасывали. Вот и всё. А то — «атаман»! Просто сволочь…» – говорил приятель Чуркина, трактирщик из Ильинского Погоста Давыд Богданов.

Владимир Гиляровский познакомился и даже два раза поборол на ярмарке Костю, как оказалось, главного помощника Чуркина.

Шайка Чуркина действовала на огромной территории от Москвы до Владимира и особенно вдоль Владимирки и Носовихи. До сих пор около Павловского Посада есть Чуркина поляна, где якобы был разбойничий лагерь и даже по легенде, атаман закопан клад. Поляна находится в лесу между Евсеевским и Фатеевским перекрестками Носовихинского шоссе. И сейчас там гуляют дачники, а зимой по ней проходит лыжня.

Однажды Чуркина арестовали возле станции «Фаустово», посадили в тюрьму Богородска, но он довольно быстро умудрился бежать, воспользовавшись неким бардаком при смене начальства в тюрьме и потом долго прятался в Гуслицах. В лесу, рядом с деревней Цаплино, есть урочище «Чуркин колодец», где тоже, возможно, собиралась шайка Чуркина. Потом он все-таки вынужден был бежать и умер от болезни в Сарапуле Вятской губернии. Хотя есть версии и о том, что он два раза был сослан в Сибирь, прибегал обратно, был сослан в третий раз, и в Сибири его убили.

Но, когда Гиляровский привёз в редакцию Пастухову все эти сведения о разбойничьей жизни Василия Чуркина, Пастухов все равно написал про Чуркина, как про знаменитого атамана.

Портретов Чуркина не сохранилось. На обложке романа Пастухова — певец Павел Богатырев.

Первые главы романа Пастухова «Разбойник Чуркин. Народное сказание» публиковались дважды в неделю на страницах «Московского листка», под псевдонимом «Старый знакомый». Роман Николая Пастухова «Разбойник Чуркин» в четырёх книгах печатался в газете «Московский листок» с 1882 по–1885 год и стал очень популярным среди читателей в конце XIX века.

При создании главного героя романа автор использовал подлинное следственное дело реального грабителя Василия Чуркина. Пастухов объединил традиционный для русского фольклора и лубочной литературы сюжет о «благородном» разбойнике с репортёрскими точными описаниями недавних событий — грабежей, кровавых убийств и т. п. Притягательный для низового читателя образ главного героя, с которым не могут справиться власти, подробное описание необычайных событий и простота стиля повествования обеспечили роману и газете небывалую славу и популярность.

По мере развития сюжета романа о легендарном атамане Чуркине, главный персонаж всё больше приобретал черты русского народного героя. Однако во многих газетах появились критические отзывы, авторы которых указывали, что описание преступлений и похождений Чуркина развращает читателей, учит воровать и грабить и гордиться этим. Это стало причиной недовольства московского генерал-губернатора (в 1865—1891 годах) Владимира Долгорукова (1810 — 1891), который потребовал немедленно «удавить или утопить» героя романа Чуркина, пригрозив в случае неисполнения закрыть газету.

Возникло большое количество небольших лубочных повестей других авторов и объёмных произведений о Чуркине, которые содержали всевозможные небылицы о разбойнике. Среди таких произведений — «Страшный злодей и разбойник Федот Чуркин» (СПб., 1907, в 4 томах), «Ужасное возмездие», «Жена разбойника Чуркина» и т. п.

«Нынче читал Шекспира, — прекрасный немецкий перевод Кориолана, читается очень легко, но несомненная чепуха, которая может нравиться только актёрам». На другой день он опять сообщает:
«Я утром прочёл Макбета с большим вниманием, — балаганные пьесы, писанные умным и памятливым актёром, который начитался умных книг, — усовершенствованный разбойник Чуркин». — писал Лев Толстой 28 января 1884 г.

Таким образом, образ Чуркина стал частью фольклора и массовой культуры, отражая интерес к криминальным сюжетам и народным героям. Помимо легенд, сохранилась и песня про Чуркина, хотя, как выяснилось, он совсем и не герой и не атаман.

Среди лесов дремучих
Разбойнички идут,
В своих руках могучих
Товарища несут.

Припев:
Все тучки, тучки принависли,
С моря пал туман.
Скажи, о чем задумался,
Скажи, наш атаман.

Носилки не простые,
Из ружьев сложены,
А поперек стальныя
Мечи положены.

На них лежал сраженный,
Сам Чуркин молодой,
Он весь окровавленный,
С разбитой головой.

Бежавши кровь ручьею
По густым волосам,
Огняную струею
По голым по щекам.

К могиле подносили,
Сказали: «Братцы, стой!»
Все враз они сказали:
«Могилу брату рой!»

В могилу испускали
На шелковых кушаках,
Все враз они сказали:
«Прощай, товарищ наш!»

Прощай, товарищ милый,
Наш гордый атаман,
Пропала наша шайка,
Пропала навсегда.

Первоначально это было стихотворение немецкого поэта Германа Фердинанда Фрейлиграта (нем. Hermann Ferdinand Freiligrath; 1810 — 1876), переведенное на русский язык в 1846 г. под заглавием «Погребение разбойника». В оригинале речь шла об итальянских разбойниках, но в России пели про атамана Чуркина. Оказывается, эта песня была очень популярной в России вплоть до Октябрьской революции 1917 года.