Дёшево и сердито

По поводу выражения дёшево и сердито Николай Максимович Шанский писал, что его состав остался неизменным, но нами оказалось забыто старое значение наречия сердито. Дело в том, что раньше слово сердитый среди других имело также значение «дорогой, хороший» (прилагательное сердитый образовано от сьрдь «сердце», ср. сердечный друг и дорогой друг). Это значение особенно часто и ярко проявлялось в обороте сердитая цена. 

«Не сердитой цѣны вещь» — не дорогая цена.

У графини теперь… страстное желание иметь пару сереньких лошадок с колясочкой, хотя не очень сердитой цены. —  Лесков, «На ножах».

Отсюда в качестве каламбура и появилось наше выражение и дешево и сердито (буквально «и дёшево и дорого, хорошо», но дорого не по цене, а по качеству).

Фраза «дешево и сердито» означающий что-либо невысокой стоимости, но достаточно высокого качества, скорее всего, пошла из народа.

К выражению «и дешево, и сердито» академик АН СССР В. В. Виноградов, русский литературовед и доктор филологических наук, обращался в статье «Основные понятия русской фразеологии, как лингвистической дисциплины»:

«К числу фразеологических единств, обособлению и замкнутости которых содействуют экспрессивные оттенки значения, относятся, например, такие разговорно-фамильярные выражения: Ума не приложу! ; Над нами не каплет! ; И дешево, и сердито! (первоначально о водке. Ср. у Салтыкова-Щедрина в ”Помпадурах“: ”Над дверьми нахально красуется вывеска: ”И дешево и сердито“»

Поскольку самые ранние ссылки на выражение”и дешево и сердито“ связаны со спиртными напитками, и Салтыков-Щедрин пишет также о водке, надо думать, что первоначально оно употреблялась относительно питейных заведений где посетителям предлагалась не дорогая но качественная водка. Потом фразы стала употребляться относительно любых недорогих, но качественных товаров.

Чем объясняется такая смысловая многоплановость и противоречивость слова сердце? Шанский полагал, что она свойственна ему потому, что сердце, в отличие от головы, считалось вместилищем всех чувств, которыми может обладать человек, – от любви до гнева и злобы. Ведь переживания, чувства и настроения у человека могут быть самые разные, даже противоположные. Именно этим и объясняется отмеченный смысловой «разрыв сердца». Полагаю, что дело может обстоять не совсем так.

О том, что в своей первооснове сердце родственно словам середина, сердцевина, сердечник, середка, среда, средний и пр., можно прочитать в любом этимологическом словаре, но лингвисты не поясняют мотивированность этой серединности. Шанский писал:

«Сердце получило имя по своему местоположению в теле». У Крылова читаем: «Слово сердце восходит к той же основе, что и середина: изначально — «то, что находится в центре».

По словам Шанского, исходным, прямым значением слова сердце выступает название центрального органа кровообращения, а значения «центр, средоточие» и «душа» у него вторичные и переносные. Ранее мы уже говорили,что архаичные представления на сей счёт были абсолютно противоположными. Слово сердце в своей первооснове родственно словам середина, сердцевина, сердечник, середка, среда, средний. Но сердце первоначально – это не «середина» в современном понимании, не «центр», а просто «внутренность», нечто, находящееся внутри, в глубине тела.

Правильному пониманию мешают современное определение слова середина как некой точки, равноудаленной от краев объекта. Эти значения долго сохранялись в говорах. В словаре Владимира Даля: сердце — «нутро, недро, утроба, средоточие, нутровая средина»  (сердце дерев – «сердцевина или средина толщи его»; сердечко яблока – «гнездо, семена вместе с кожухом»); сердечник – «всякой стержень, влагаемый в ствол, в дыру». Сходные значения имеют и однокоренные слова сердцевина и сердечник.

Теперь с уверенностью можно сказать, что сердце первоначально – это не «середина», не «центр», а просто «внутренность», нечто, находящееся внутри, в глубине тела.

Даже не древние люди, а относительно недавние наши предки, жившие несколько столетий назад, совсем плохо представляли себе анатомию человеческого тела. И они называли сердцем не конкретный орган, а обобщенно внутренности. Вот что записал адъюнкт российской академии наук, доктор Лепехин в середине 18 века:

«… цветки (весеннего составного гороха) собирают волжские жители под именем сердечной травы и пьют от сердца. В чем должна состоять сердечная болезнь, не могу сообщить ясно, потому что многие, не имея никакого понятия о положении сердца, разные желудочные и боковые припадки называют сердечной болезнью». Таким образом, люди называли сердцем всё то, что находится внутри тела. Собственно, сердце в древнем понимании это и есть «внутренность».

У слова сердце было много значений. В древнерусском языке сьрдьце – «внутренность», «сердце», «дух», «душа» и даже «мысль». Отсюда и синонимия понятий сердце и душа в современном языке (ср. сердечный и душевный). Лексические пути древнего *сьрдь когда-то очень давно разделились. С одной стороны, производными от этого корня стали обозначать внутренний мир человека, его дух и душу, а с другой – внутренности тела в целом и определённый орган системы кровообращения. В некоторых славянских языках в обозначении сердца легко узнать слово утроба (например, верхнелужицкое wutroba). В русских говорах иногда сердце значило «желудок».

Зная, что в древнерусском языке существовал закон открытого слога, можно предположить, что звучание и произношение слова сердце отличались от сегодняшнего. И должно было звучать примерно как «середеце», явно указывая на родственность середине. И вероятно именно слово «середина» семантически объединяет все указанные в статье слова. Ведь нахождение «в середине» автоматически определяет положение «внутри».

Понятия сердиться, серчать, сердитый родились из следующих соображений. Первоначально сердиться – «иметь сильные чувства, переживания», не обязательно гнев, злобу, раздражение. Древнее значение этого понятия можно охарактеризовать оборотом до глубины души, то есть «до самого нутра». Ср. принимать близко к сердцу, держать в сердце, скрепя сердце.

В старых текстах значение слова сердце не всегда очевидно, очень легко исказить мысль древнего хронографа, вложив в его слова современные представления.

Аще бы усердно воинство твое было на бой, и со всем сердцем и со всею яростию стали противу супостатных.

Здесь со всем сердцем обычно трактуют как синонимичный повтор выражения «со всей яростию», но ведь можно понять это и несколько по-другому. Со всем сердцем выражает мысль «со всем усердием, со всем старанием», то есть здесь нет «ненависти», но есть «страстное желание, стремление».

А пешие наши отъ великого сердцу турскихъ людеи всехъ, до полутретьяста человекъ, не оставивъ ни одного жива, побили.

Да, в данном случае великое сердце – великий гнев, но гнев праведный, переполняющий христианскую душу против неверных. Это не «раздражение», не «злоба», а «высшее чувство справедливости». Первоначально сердиться – «переполняться какими-либо эмоциями; приходить в возбуждение», а затем произошло сужение значения – «гневаться, злиться».

Заметим, что глагол серчать «сердиться», образованный от сердце в значении «злоба, гнев» с точки зрения этимологии пишется неправильно. Ещё в XIX веке его писали сердчать. (ср. «Толковый словарь...» В. Даля)

Интересно изменение со временем смысла слова сердобольный. Сегодня мы его понимаем в соответствии с содержанием составляющих его частей – сердце и болеть. Для нас сердобольный – «болеющий за что-то сердцем», то есть «человек сострадательный, сочувствующий, отзывчивый». Однако если мы откроем словарь древнерусского языка, то обнаружим неожиданное значение прилагательного сердобольный и других частей речи, состоящих с ним в смысловой близости.

Сердоболь, сердоболя – родственник; сердоболие, сердобольство – родственники собирательно, родня; сердобольный – относящийся к родственникам, родной.

Глагол сердоболети, послуживший источником для образования в старославянском языке приведенных выше лексем, возник как калька с греческого слова, означавшего «быть близким родственником» в значении «вступать во владение имуществом близкого родственника». 

У греков первоначально никакой «сердечной боли в этом слове не было», речь всего лишь шла о близком родстве в вопросах наследования имущества.