Андрей Громыко на страже интересов СССР на мировой арене

15 февраля 1957 года Президиум Верховного Совета СССР назначил Андрея Громыко министром иностранных дел Советского Союза. На этом посту он бессменно находился 28 лет — дольше, чем какой-либо другой глава МИД в истории СССР и Российской Федерации.

«Волевой характер».

Андрей Громыко родился 18 июля 1909 года в деревне Старые Громыки Могилёвской губернии (в наши дни это территория Гомельской области Белоруссии) в небогатой семье. Его отец был полукрестьянином-полурабочим, участником Русско-японской войны (1904 — 1905 г.г.) и Первой мировой войны.

Почти все жители села Старые Громыки, где родился будущий дипломат, носили одну общую топонимическую фамилию, поэтому за каждым семейством сохранилось родовое прозвище. Семью Андрея Громыко односельчане называли Бурмаковыми — они были представителями обедневшего шляхетского рода, большая часть потомков которого в конце XIX столетия была переведена в крестьянское сословие.

С 13 лет Андрей помогал отцу сплавлять лес. Ничто не предвещало блистательной дипломатической карьеры для молодого белоруса. После окончания школы-семилетки Громыко продолжил образование в гомельской профтехшколе, потом в техникуме, а затем — в институте, выбрав для себя профессию экономиста. Во время учёбы на втором курсе он стал преподавателем, а после — директором школы под Минском, поэтому диплом о высшем образовании получил экстерном.

В 1931 г. Андрей Громыко женился на однокурснице по техникуму Лидии Гриневич.

 С юности Громыко отличался волевым характером и сильнейшим стремлением к учёбе.

Незадолго до окончания института Громыко предложили поступить в аспирантуру. Он согласился и сначала учился в Минске, а затем был переведён в Москву. В 1936 году он защитил кандидатскую диссертацию, посвящённую сельскому хозяйству США, а вскоре стал старшим научным сотрудником Института экономики АН СССР. Во время работы над диссертацией Громыко выучил английский язык.  Это обстоятельство в будущем сыграло решающую роль в переходе Громыко на дипломатическую работу. 

Молодой учёный совмещал научно-практическую работу с преподаванием политэкономии в Московском институте инженеров коммунального строительства. В 1938 году Громыко стал исполнять обязанности учёного секретаря Института экономики и должен был вскоре стать учёным секретарём Дальневосточного филиала Академии наук, но в его судьбе произошёл неожиданный поворот.

По меркам 1930-х годов Громыко с учёной степенью кандидата наук и знанием английского языка считался очень высокообразованным специалистом и привлекал к себе внимание. В 1939 году в Народном комиссариате иностранных дел (НКИД) ощущался сильный кадровый голод. Благодаря своей образованности, знанию английского и крестьянскому происхождению именно Громыко стал одним из сотрудников, отобранных для работы в НКИД. С этого времени, карьера Громыко развивалась стремительно.

«Молодой, неопытный, но честный» — такую характеристику дал Громыко председательствовавший в комиссии Вячеслав Молотов и определил 30-летнего Андрея Громыко на работу заведующим отделом американских стран наркомата иностранных дел. 

Вскоре Громыко вызвали к Иосифу Сталину, которому на фоне обострения международной ситуации нужна была актуальная информация по внешней политике США.

При встрече Сталин поинтересовался, что Громыко сейчас читает. Тот ответил, что книгу на английском языке об аграрных проблемах США. В ходе общения Сталин сказал, что Громыко — хорошая фамилия для дипломата.

Громыко произвёл на Сталина настолько благоприятное впечатление, что тот сразу принял решение об утверждении его в должности советника при полномочном представительстве (посольстве) СССР в США. По воспоминаниям внука Громыко, генсек посоветовал Андрею Андреевичу, честно признавшемуся в недостаточном для дипломата уровне знаний английского языка, посещать проповеди в протестантских церквях. 

Как отмечают эксперты, Громыко сразу оказался в гуще сложнейших внешнеполитических событий: советской дипломатии приходилось защищать интересы своей страны, лавируя среди вступивших в столкновение между собой западных держав.

В 1943 году Громыко был назначен чрезвычайным и полномочным послом в США и одновременно на Кубе. Важнейшими задачами, стоявшими перед ним, было укрепление Антигитлеровской коалиции и склонение западных держав к открытию Второго фронта.

У Громыко установились доверительные отношения с президентом США Франклином Рузвельтом и представителями его команды. Важную роль советский посол сыграл при подготовке международных конференций в Ялте и Потсдаме, а также в Думбартон-Оксе и Сан-Франциско, где он возглавлял советскую делегацию.

Именно Громыко поставил от имени СССР подпись под Уставом ООН, он же стал первым представителем Советского Союза при этой международной организации.

«Громыко был одним из главных авторов первых послевоенных международных переговоров по проблемам разоружения. Переговоры оказались безрезультатными, но советское государство уже тогда продемонстрировало готовность к компромиссу по атомной проблематике», — рассказал доктор исторических наук, доцент МГУ им. М.В. Ломоносова Алексей Фененко.

Ещё в начале своей дипломатической карьеры Громыко отличался тем, что мог часами вести переговоры, не используя при этом записей и заранее подготовленных речей.

Пост представителя СССР при ООН Громыко совмещал с должностью заместителя министра иностранных дел Советского Союза.

В 1949 году его ждало новое повышение — Громыко стал первым заместителем руководителя советского внешнеполитического ведомства. Однако, по словам историков, в 1952 году он вызвал недовольство Сталина тем, что без согласования с руководством государства завизировал экономическое соглашение с Китаем. За такую «провинность» Громыко сместили с должности и отправили послом в Лондон.

«Ответственность и дисциплинированность»

В 1953 году на пост министра иностранных дел СССР вернулся Вячеслав Молотов, который назначил Андрея Громыко своим первым заместителем.

Именно Громыко в 1954 году был одним из инициаторов присоединения СССР к создававшейся тогда организации Северо-Атлантического альянса (НАТО). Западные страны тогда ответили отказом на заявку советского государства.

А 15 февраля 1957 года уже сам Громыко был назначен главой МИД СССР. «…Как бульдог: скажешь ему — он не разожмёт челюстей, пока не выполнит всё в срок и точно», — именно такую характеристику дал Дмитрий  Шепилов Министр иностранных дел (1956 г. — 1957 г.) своему подчинённому Громыко в разговоре с Никитой Сергеевичем Хрущёвым, занимавшим должность секретаря ЦК КПСС.

«С пребыванием Андрея Громыко на посту министра иностранных дел СССР связан период разрядки в отношениях с Соединёнными Штатами», — отметил Алексей Фененко.

По объективным причинам отношения между Советским Союзом и США неоднократно накалялись, но каждый раз благодаря дипломатии напряжение удавалось снизить.  Москве и Вашингтону удалось избежать прямых военных столкновений во время Берлинского кризиса 1961 года и Карибского кризиса в октябре 1962 года, а также на фоне конфликтов во Вьетнаме, Анголе и на Ближнем Востоке.

С приходом к власти Леонида Брежнева (с 14 октября 1964 года до 10 ноября 1982 года) Андрей Андреевич набрал политический вес, достаточный для самостоятельного принятия решений по многим важным вопросам, определяющим внешнюю политику СССР. Он проделал колоссальную работу по достижению соглашений о разоружении.

Важнейшими аспектами политики разрядки, в которой Громыко принимал непосредственное участие является подписание международных соглашений, направленных на ограничение вооружений.

В 1963 году Громыко выступил инициатором подписания Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой, в 1968 году Громыко содействовал подписанию Договора о нераспространении ядерного оружия, в 1972 году — Договора об ограничении систем ПРО, в 1973 году — Договора о недопущении ядерной войны и двух Договоров об ограничении стратегических вооружений.

Не меньшие усилия прилагались и к отстаиванию геополитических интересов советского государства. К числу достижений дипломата относятся подписание соглашений о незыблемости границ в послевоенной Европе (1970 год), а также урегулирование арабо-израильского и индо-пакистанского конфликтов.

После назначения Громыко министром иностранных дел СССР  Советский Союз занял сильнейшие позиции в мире за всю свою историю. Произошло укрепление социалистического лагеря, в сфере советского влияния оказались многие страны мира, в том числе в далёкой Африке и Латинской Америке. Даже среди тех, кто не любил Советский Союз, многие считали Громыко дипломатом номер один в мире.

Вторая половина 1970-х — начало 1980-х стали расцветом карьеры Андрея Андреевича Громыко. Он не только определял внешнеполитическую повестку, но и принимал активное участие в коллективном руководстве советским государством в составе «четверки» членов Политбюро ЦК КПСС (совместно с руководителем КГБ Андроповым, министр обороны СССР(с 1976 по 1984 г.) Дмитрием Устиновым и главным идеологом СССР Михаилом Сусловым). При этом Громыко ревностно относился к своей внешнеполитической сфере деятельности и никогда не позволял вмешиваться в неё никому из своих соратников — даже руководителю КГБ Юрию Андропову.

Пик напряжённости отношений с западными странами пришёлся на 1983 год. 1 сентября в советском воздушном пространстве был сбит южнокорейский пассажирский Боинг-747. На фоне инцидента Громыко начал ранее запланированные переговоры с госсекретарём США Джорджем Шульцем (1982-1989) в Мадриде. Камнем преткновения, едва не сорвавшим встречу, стала её повестка: американец настаивал на обсуждении сбитого самолёта, в то время как Громыко требовал диалога об общем состоянии советско-американских отношений.

По воспоминаниям переводчика Виктора Суходрева, после нескольких часов переговоров общение между двумя министрами накалилось до предела.

 «Громыко встал и через стол резко бросил Шульцу в лицо: «Если вы не хотите говорить, значит, беседы не будет». И Шульц сразу сдался и сказал: «Нет, я хочу вести беседу». И беседа пошла по той теме, по которой хотел Громыко», — вспоминал переводчик Виктор Суходрев.

Позже Андрей Андреевич вспоминал, что эта беседа была самой острой из тех, которые ему довелось вести за свою дипломатическую карьеру.

На Западе Громыко получил прозвище Мистер Нет — ходили мифы об особой неуступчивости главы советского внешнеполитического ведомства. Однако они не совсем соответствовали действительности.

Политическое руководство СССР было настроено на поиск разумных компромиссов с Западом, но для Громыко, воплощавшего эту политику в жизнь, на первом месте всегда стояли интересы нашей страны.

Однако, когда Громыко говорил «нет», это означало не отказ от компромисса, а то, что он ждёт, когда ему предложат какой-то альтернативный вариант. Такой у него был подход.

Особая стойкость дипломата Громыко при отстаивании интересов СССР могла сильно злить оппонентов Москвы на международной арене, однако  бессмысленно упрекать дипломата в том, что он хорошо служит своей стране.

Ответственность и дисциплинированность в работе были характерными чертами дипломата Громыко.

Важным полем деятельности главы советского внешнеполитического ведомства было международно-правовое закрепление итогов Второй мировой войны, в официальном признании послевоенных границ, укрепление мира, стабильности и безопасности.

Когда не оставалось других вариантов действий, Громыко участвовал и в принятии непростых решений, в том числе о введении советских войск на территорию Чехословакии и в Афганистан.

С 1973 году Громыко официально входил в состав Политбюро ЦК КПСС, а в 1983 году был назначен первым заместителем председателя Совмина СССР. По словам историков, в 1985 году кандидатура Громыко рассматривалась на пост генерального секретаря ЦК, однако он отказался от должности из-за преклонного возраста и состояния здоровья, предложив на пост генсека Михаила Горбачёва.

Потом Громыко жалел о своём поступке и говорил, что ему нужно было стать генеральным секретарём на несколько лет и подготовить достойного преемника.

  «Жизнь человека похожа на полёт стрелы, и у меня она уже на излёте» —  сказал Андрей Андреевич в  беседе с сыном

Через 4 месяца после назначения Михаила Горбачёва Громыко оставил пост министра иностранных дел и в 1985 году Громыко был назначен председателем Президиума Верховного Совета СССР — формальным главой советского государства.

В октябре 1988 года Громыко ушёл в отставку и 2 июля 1989 года он скончался.

Благодаря Андрею Громыко у внешней политики СССР появилось новое лицо — интеллигентного, грамотного человека, созидателя, учёного. Рассказы западной пропаганды о «кровавых комиссарах» стали выглядеть нелепо. Андрей Громыко сыграл важнейшую роль в становлении послевоенного СССР на мировой арене, вместо страны-изгоя миру предстала страна-победительница, страна-освободительница, а самое главное — страна-созидательница.