Понедельник , 19 Август 2019
Домой / Античный Русский мир. / Значение земледелия в античных государствах Северного Причерноморья.

Значение земледелия в античных государствах Северного Причерноморья.

Владимир Дмитриевич Блаватский. «Земледелие в античных государствах Северного Причерноморья». Издательство Академии наук СССР, Москва, 1953 г.

1. Значение земледелия в античных государствах Северного Причерноморья. 

Земледелие и торговля продуктами сельского хозяйства играли весьма значительную роль в экономической жизни античных городов на северном побережье Понта Эвксинского (Чёрного моря). В настоящее время с достоверностью установлено, что возникновение постоянных торговых связей Северного Причерноморья с греческими городами Эгейского бассейна относится еще к VII веку до н. э. Уже в это время на Березани, в Ольвии и на Боспоре возникли первые торговые фактории — эмпории. Что получали в это время греческие купцы в обмен на свои товары, доподлинно неизвестно, ввиду полного отсутствия источников, освещающих древнейший период истории Северного Понта. Однако вряд ли имеются серьезные основания сомневаться в том, что и тогда из Северного Причерноморья вывозились продукты сельского хозяйства — хлеб, скот и кожи, занявшие столь видное место в понтийском экспорте последующих периодов. Отголоском первых случаев проникновения северо-понтийского хлеба на берега Эгейского моря, возможно, являются сказания о дарах гипербореев в храм Аполлона на острове Делосе.

В VI веке до н. э. на местах прежних северо-понтийских эмпориев возник ряд городов типа эллинских полисов. Занятия населения этих полисов, видимо, не ограничивались только ремеслом и торговлей. И в эллинской метрополии часть населения городов занималась земледелием. Плодородие почвы Северного Причерноморья, о котором говорят и античные источники, должно было способствовать развитию земледелия в этих полисах. Вместе с тем северо-понтийские города были центрами транзитной торговли, из них хлеб отправлялся в эллинскую метрополию.
Первое надежное свидетельство о вывозе понтийского хлеба в Грецию, сообщаемое нам Геродотом, относится к 480 г. до н. э. Древнегреческий историк сообщает о кораблях, на которых шёл хлеб на Эгину и в Пелопоннес. У Геродота же мы находим весьма важное свидетельство о скифах-пахарях (Σκύθαι άροτηρες), которые сеют хлеб для продажи, очевидно, грекам. (Herod., VII, 147.)

В 424 г. до н. э., по словам Фукидида, жители острова Лесбос, готовясь к восстанию против Афин, ожидали прибытия с Понта транспорта хлеба и стрелков-лучников. В дальнейшем экспорт хлеба из Северного Причерноморья, видимо, всё более возрастал и в IV века до н. э. достиг грандиозных размеров.

Пантикапей -500 г.до н.э. Серебро. Муравей и засеянное поле

По словам Демосфена, во времена Левкона (389/8 — 349/8 гг. до н. э.) с Боспора ежегодно вывозилось в Афины 400 000 медимнов (около 16 700 т) хлеба. Если принять во внимание, что цена медимна пшеницы в Афинах в IV веке до н. э. обычно была 5—6 драхм, а иногда и поднималась значительно выше этой суммы, то тогда окажется, что стоимость боспорского хлеба, ежегодно отправляемого Левконом, должна была быть не менее 333— 400 талантов.

 

Левкон-I. (390-350-гг-до-н.-э.)

Однако вывоз боспорского хлеба отнюдь не ограничивался одной Аттикой, наглядным доказательством чему может служить найденная в Митиленском акрополе надпись; в ней говорится об установлении Левконом и его сыновьями особого тарифа пошлин на пшеницу для митиленян.

Вывоз такого количества зерна стал возможным с того времени, когда в Боспорское государство вошли значительные земледельческие районы восточной части Крыма и Нижнего Прикубанья, дававшие большое количество экспортного хлеба. К северо-понтийским городам вполне приложимы слова Цицерона, что они barbarorum agris quasi attexta videtur. Соседствуя с независимыми местными племенами, античные полисы Северного Причерноморья поддерживали с ними постоянные сношения. В силу этого хлеб поступал в северо-понтийские города и от ряда причерноморских племён, специально производивших его на продажу уже во времена Геродота и, нужно думать, сильно расширивших это производство в последующие века.

Доступные нам данные письменных источников о хлебопашестве и хлебной торговле Херсонеса и Ольвии в рассматриваемую эпоху значительно более скудны, чем для Боспора. Однако наличие земледельческого хозяйства Херсонеса не может вызвать сомнений. Об этом говорит упоминаемое в гражданской присяге херсонесцев запрещение вывозить хлеб из равнины в иное место, кроме Херсонеса.

Вряд ли можно сомневаться в том, что Ольвия была центром довольно обширной транзитной торговли хлебом, поступавшим туда из хлебородных районов Прибужья и Приднепровья. О накоплении значительных хлебных запасов в Ольвии свидетельствует наличие в этом городе хлебного склада (τό σιτόβολον), существовавшего уже в III веке до н. э. и упоминаемого в декрете в честь Протогена. Каким количеством хлеба мог располагать в эту эпоху один хлеботорговец, свидетельствует показание того же декрета о поставках Протогеном хлеба для Ольвии во времена неурожая и дороговизны; в одном случае у него было 2000 (=84 тонн ), в другом— 2500 медимнов (=105 тонн).


Помимо хлебопашества, в IV веке до н. э. в античных государствах Северного Причерноморья получили значительное развитие и специальные культуры, особенно культура винограда. Как показывает местное производство специальной тары для вина — остродонных амфор, тогда же на Боспоре и в Херсонесе развилось и виноделие.

О хлебной торговле Боспора в III веке до н. э. мы знаем весьма мало. Несомненно, что в это время боспорскому хлебу пришлось столкнуться с сильной конкуренцией египетской пшеницы, в большом количестве поставляемой Птолемеями на средиземноморский рынок. Однако это вовсе не означает прекращения вывоза боспорского хлеба.

Весьма показательно свидетельство одной из аттических надписей 286 г. до н. э. об отправке афинянам боспорским царем Спартаком 15 000 медимнов (=около 630 тонн) хлеба. На первый взгляд, этот транспорт производит впечатление небольшого. Необходимо, однако, отметить, что количество хлеба, присланного Спартоком, было значительно больше того, что послали в Афины в 80-х годах того же столетия Лисимах или царь пеонов Авдолеонт. Именно, Лисимах отправил 10 000 медимнов. Но нужно принять во внимание, что эти 15 000 медимнов были присланы в дар афинянам. Это количество хлеба несколько превосходит по величине даже те 13 333 медимнов, которые, согласно Демосфену, царь Боспора Левкон ежегодно дарил афинянам в качестве освобождения от пошлины. Не приходится говорить о том, что столь щедрый подарок Спартака был возможен только при достаточно тесных экономических связях Боспора с Афинами, которые прежде всего должны были выражаться в хлебной торговле. Ввоз хлеба из Северного Причерноморья в Афины не прекращался и в последующее время. Об этом говорит хотя бы надпись, поставленная вскоре после 176/5 гг. до н. э., в честь одного купца, торговавшего с Понтом.

Очень ценное свидетельство о торговле сельскохозяйственными продуктами между Средиземноморьем и Понтом мы находим у историка Полибия в середине II века до н. э. По словам этого автора, в припонтийские страны ввозилось вино и масло, а оттуда вывозился скот; что же касается хлеба, то он был то предметом экспорта, то импорта в Понт. Исходя из указания Полибия, мы можем заключить, что во II веке до н. э. в неурожайные и, вероятно, в неспокойные в военном отношении годы хлеб ввозился в припонтийские страны. Там потребность в хлебе, наверно, была особенно сильна, ибо ряд городов Северного Причерноморья в этот период достиг значительных размеров; усиление ремесленного производства именно к этому времени свидетельствует о наличии большого количества рабочего и торгового люда в этих городах.

Однако, несмотря на некоторое снижение понтийского хлебного экспорта, производство сельскохозяйственных продуктов в Северном Причерноморье продолжало оставаться ещё весьма значительным. По словам Страбона, понтийский царь Митридат Евпатор в первых десятилетиях I века до н. э. ежегодно получал в числе дани со своих северо-причерноморских владений по 180 000 медимнов хлеба (=около 7500 т). Весьма показательно также наличие святилища Деметры на расположенном недалеко от Ольвии Гипполаевом мысу (между Днепровским и Бугским лиманами). Как показывает свидетельство Геродота, это святилище существовало уже в первой половине V веке до н. э.

Весьма интенсивна в это время была и торговля Северного Причерноморья с Эгейским бассейном. Об этом говорят многочисленные обломки малоазийской керамики, находимые при раскопках северо-понтийских городов. Одна из родосских надписей начала I века до н. э. свидетельствует об участии боспорского купца в торговом товариществе, в которое входили родосцы и малоазийцы.

вал, сооружённый боспорским царём Асандром

В последующую эпоху господства Сарматской династии роль земледелия на Боспоре, по всей видимости, ещё более усиливается. По свидетельству Страбона, сооружение царем Асандром вала, перерезавшего Таврический полуостров, обезопасило от нападений кочевников значительный сельскохозяйственный район.

Не менее примечательно усиление роли сельского хозяйства в жизни городов в рассматриваемый период. Раскопки Мирмикия и Дии-Тиритаки показали, что уже в III—II вв. до н. э. виноделие играло известную роль среди занятий населения этих городов. То же можно сказать и о Пантикапее, во всяком случае нам известно о наличии там виноделия в I веке до н. э. Находки ножей виноградарей в слоях первых веков нашей эры свидетельствуют о том, что в этот период среди населения Пантикапея были не только виноделы, но также и виноградари. В дальнейшем, в III—IV вв. н. э., на его территории находились большие сельскохозяйственные усадьбы с зерновыми ямами.

Таким образом, история развития сельского хозяйства и связанной с ним торговли в античных государствах Северного Причерноморья представляется нам довольно сложной, несмотря на всю отрывочность доступных нам данных. Вместе с тем остаётся несомненным, что названные выше отрасли сельского хозяйства были главнейшими в экономической жизни Северного Понта.
Не менее показательно, чем изложенные сведения о торговле продуктами сельского хозяйства, широкое развитие земледельческих культов в северо-понтийских государствах.

Рис. 1. Протома Деметры из терракоты

Значительное распространение культа Деметры уже в VI веке до н. э. надежно засвидетельствовано находками терракотовых изваяний этой богини в Ольвии и на Боспоре. Об особой распространенности почитания Деметры на Боспоре свидетельствует изготовление там терракотовых изображений этой богини, начиная с VI столетия до нашей эры. В последующее время протомы Деметры, Коры и других женских божеств, представляющих персонифицированную плодоносную силу природы, встречаются в большом числе.

Рис. 2. Плита с изображением Деметры или Коры из кургана «Большая Близница»

Подобные же изображения известны и в пантикапейских архитектурных терракотах, а также в росписи склепа кургана «Большая Близница» (на Таманском полуострове) и на золотых пластинах из того же кургана. Весьма убедительные исследования А. А. Передольской показали тесную связь «непристойных» терракотовых статуэток, также найденных в кургане «Большая Близница», с культом мистерий элевсинской Деметры, что свидетельствует о проникновении его на Боспор ещё в конце V века до н. э.

Рис. 3. Золотая пластина с изображением Деметры из кургана «Большая Близница»

Найденные на Боспоре посвятительные надписи времени Археанактидов, и особенно Спартокидов, свидетельствуют о большой роли культов женских божеств, олицетворявших производящую силу природы и тесно связанных с жизненными интересами той части населения Боспора, которая занималась сельским хозяйством. Возможно, что эти культы, отчасти исконно местные, восходят ещё к киммерийцам и в известной мере сохраняют древние традиции. Нам известны посвящения Артемиде, Деметре, Афродите и Матери богов.


К V веке до н. э. относится посвящение Артемиде бронзового предмета из Пантикапея. Там же была найдена лапидарная посвятительная надпись Артемиде Эфесской времени царя Перисада I (349/8—310/9 гг. до н. э.). Другая посвятительная надпись Артемиде Агротере, также исполненная при Перисаде I, была обнаружена на Таманском полуострове около станицы Ахтанизовской.

Рис. 4. Золотая пластина с изображением Коры из кургана «Большая Близница»

Из Пантикапея происходят посвящения Деметре, относящиеся одно к временам Левкона I (389/8—349/8 гг. до н. э.), другое — к IV веку до н. э., третье — к правлению Спартока, сына Εвмела (304/3 — 284/3 гг. до н. э.).
Ещё более многочисленны надписи в честь Афродиты, встречающиеся как в Пантикапее, так и в азиатской части Боспорского царства. Они датируются IV, III и III—II вв. до н. э. Наконец, следует упомянуть надписи Пантикапея III века до н. э. и времени Перисада, сына Спартока, посвященные Матери богов и Матери Фригийской.

В меньшем числе дошли до нас посвятительные надписи Херсонеса и Ольвии. Однако следует сказать, что главная покровительница Херсонеса, богиня Дева, посвятительные надписи которой нам известны, начиная с IV века до н. э., несомненно была божеством производящей силы природы.

Рис. 5. Ольвийская медная монета с изображением головы Деметры

Культ Деметры в Ольвии, помимо упоминавшихся выше терракотовых изображений, засвидетельствован в нумизматике. На ольвийских монетах голова Деметры встречается на литой меди с середины IV века до н. э., а на чеканном серебре немного позднее. Несколько раньше, в последнем десятилетии первой половины IV столетия до н. э., начала чеканить серебро Тира с изображениями головы Деметры, нередко в венке из хлебных колосьев.

Рис. 6. Ольвийская серебряная монета с изображением головы Деметры; над головой богини хлебный колос

К III—II веках до н. э. относится найденная в Ольвии посвятительная надпись Артемиде.
О культе Диониса свидетельствуют найденные в Пантикапее две посвятительные надписи: одна Дионису Арейю, датируемая IV веке до н. э., другая — Дионису, относящаяся к времени Спартока, сына Перисада. К началу IV в. до н. э. относится случайно обнаруженная в Пантикапее мраморная статуя юного Диониса с пантерой, вероятно, некогда стоявшая в святилище этого божества.

Рис. 9. Костяная пластина с изображением головы Силена (Мирмикий, III-II вв. до н. э.)

С кругом Диониса также связаны изображения голов бородатых силенов и юных сатиров на лицевых сторонах монет Пантикапея, первые выпуски которых относятся к началу IV веку до н. э.

Особенно примечательны головы Силена, нередко неправильно именуемого «Паном», и, вероятно, связанного с местным божеством производящих сил природы.

Начиная с IV века до н. э., изображения Диониса получают распространение и в боспорских терракотах.

Образы божеств дионисийского круга встречаются и среди костяных поделок III—I вв. до н. э.; в Мирмикии, Дии-Тиритаке и Фанагории были найдены костяные рельефные пластины, представляющие голову Силена.

Рис. 7. Рельеф с изображением актера, одетого Силеном (Пантикапей)

К III века до н. э. относится херсонесская надпись, в которой упоминается о нападении неприятеля во время «несения Диониса», очевидно, загородной процессии, связанной с празднеством виноградарей. Должно, однако, отметить, что наличие культа Диониса ещё не может служить бесспорным доказательством существования в то время в данном государстве виноградарства и виноделия.

Перстень скифского царя Скила

Весьма показательной является Ольвия. По свидетельству Геродота (Herod., IV, 79), в Ольвии совершались вакханалии, в которых принимал участие скифский царь Скил. Одна из ольвийских надписей IV века до н. э. говорит о праздновании Дионисий в театре; относящаяся к тому же времени другая надпись представляет собою посвящение Дионису.

Рис. 8. Золотой статер Пантикапейская монета с изображением на лицевой стороне головы бородатого божества, а на обратной — грифа и пшеничного колоса. IV в. до н. э.

 

В херсонесской коропластике встречаются изображения божеств дионисийского круга. Известна также форма из терракоты для оттискивания маски бородатого Диониса1.

Вероятно, земледельческий характер, хотя бы в известной мере, имел и культ Кабиров, известный в различных центрах Северного Причерноморья .

Диабол-Фанагория-403г.до н.э.-Голова кабира в конической шапке+Бык и зерно

Головы Кабиров (на лицевых сторонах) наряду с изображением хлебного зерна (на обратных) нам известны на монетах Фанагория IV века до н. э. Голова Кабира представлена также на одном из клейм мерного сосуда— ойнохои, хранящегося в Керченском музее; там божество изображено безбородым, в островерхом головном уборе.

Между тем, упоминание в декрете в честь Протогена о закупке архонтами по дешевой цене (на 300 золотых) вина для населения города заставляет думать, что в III веке до н. э. в Ольвии не было своего виноделия и вино приходилось приобретать извне. В Ольвии на наличие культа Кабиров указывает посвятительная надпись надпись Самофракийским богам, относящаяся к III—II вв. до н. э.

По-видимому, все названные культы божеств производящих сил природы продолжали сохранять свое значение в античных государствах Северного Причерноморья и в сарматскую эпоху.

Рис. 10. Светильник, из Пантикапея, украшенный маской Силена

Это подтверждается надписями, изображениями на монетах, в скульптуре и другими памятниками искусства.
Нам известны ольвийские посвятительные надписи Деметре и Матери богов, а также херсонесские надписи, упоминающие Афродиту и особенно часто богиню Деву. Эпиграфические памятники Боспора и Танаиса представляют собою посвящения Афродите Артемиде и Матери богов.
Довольно многочисленны изображения божеств производящих сил природы и на монетах того времени. Таковы образы Деметры, Кибелы и Диониса на монетах Тиры, Кибелы в ольвийской чеканке богиини Девы (и её монограммы), часто встречающиеся в нумизматике Херсонеса. Изображения Афродиты Урании (или Апатуры), а также Деметры, Артемиды и Диониса известны на боспорских монетах.

Рис. 11. Статуя Кибелы из Пантикапея

Далее следует упомянуть монументальные мраморные изваяния, обнаруженные в Пантикапее — статую Кибелы и голову Афродиты, росписи склепов Пантикапея с изображением Деметры и мифов о Коре.

Рис. 12. Боспорская ритуальная фигурка с подвесными конечностями

А также терракотовые фигурки и рельефы светильников из круга Афродиты и Диониса, ритуальные глиняные фигурки — фаллические гротески с подвесными конечностям и статуэтки актеров и различные прилепы, представляющие театральные маски, возможно, связанные с культом Диониса.

Приведенные материалы о вывозе хлеба из Северного Причерноморья и распространении там культов земледельческих божеств наглядно свидетельствуют о большой роли сельского хозяйства в жизни населения этих стран.

 

 

 

Сельскохозяйственная территория северо-понтийских государств. Землевладение
Земледелие в античных государствах Северного Причерноморья

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*