Воскресенье , 28 Февраль 2021
Домой / Античное Средиземноморье / Сила судьбы и мудрость Земли

Сила судьбы и мудрость Земли

 Греческая мифология. А.А. Тахо-Годи.

Сила судьбы и мудрость Земли

А есть ли какая-нибудь сила, которой подчинен сам Зевс и которая направляет его действия, или он поистине управляет Олимпом по собственному усмотрению?
Этот вопрос решается вполне конкретно в зависимости от разных ступеней героической мифологии, более ранних или более поздних.
Одно несомненно — наряду с Зевсом и всеми другими богами существует ещё одна мощная сила, которую именуют судьбой.

Древнейшее понимание судьбы связано с представлением о неведомом, неожиданном, не имеющем названия демоническом проявлении. Как и положено демонической силе, судьба не имеет не только имени, но даже образа, налетая на человека внезапно и неся ему внезапную гибель. Однако в мифологии героизма этот древнейший демонизм находится в рудиментарном состоянии, что хорошо видно на гомеровских поэмах, где иной раз умирающий герой винит наряду со своими убийцами свою судьбу, которая его «сковала» или «окутала» (Илиада. XVI стр.849; IV 517; XII 116) своей волей, причем судьба может коварно подстерегать героя рядом со смертью  (Иллиада. XVI стр. 853; XXI стр.110), убивая его из засады.

Гораздо более развита в олимпийской мифологии персонификация судьбы, которую обычно именуют Мойрой — участью (греч. moira — МЕРА, часть, доля), что присуща человеку от рождения. Мы уже говорили, что здесь сказался древний обычай родового коллектива наделять каждого определенной долей добычи, трапезы, жертвы, чтобы все члены рода оказались причастными общему, связующему всех делу. Отсюда — первоначальное воплощение участи человека в фетише, физическом предмете, наделенном живой силой.

В рождении героя Мелеагра мойра Атропос играет роль злой феи, когда три Мойры появились у колыбели Мелиагра, воспевая его судьбу, Клото воспевала его благородство, Лахезис — его храбрость, Атропос, бросив взгляд на кусок полена, лежащий в очаге, предсказала, что мальчик будет жить только до тех пор, пока это полено не сгорит. Его мать Алтайя выхватила полено из огня и зарыла его глубоко в землю. Через много лет Мелеагр во время охоты на Калидонского вепря нанёс оскорбление братьям матери, лишив их почётного дара — шкуры калидонского вепря возникла жестокая ссора между калидонцами, Мелеагр убил одного из братьев Алфеи. («Илиада»).
Когда Алфея узнала об этом убийстве брата, она впала в безумную ярость, прокляла сына и, вынув обугленную головню, швырнула её в костёр. Вместе со сгоревшей головней кончилась и жизнь её сына Мелеагра, погибшего в страшных муках. Для Алфеи кровь родных братьев дороже родной крови сына.

В мифе о Мелеагре, участь которого была заключена в головешке и жизнь которого завершается со сгоранием её на костре.
В классической мифологии такое явление, несомненно, является рудиментом, так как здесь участь, Судьба существует независимо от материи, и получает божественный статус наряду с антропоморфным образом, правда, неясным, смутным, до конца неведомым и загадочным.

Это та самая Мойра или Мойры, число которых твёрдо не установлено и колеблется от одной до трёх. Мойры — дочери Ночи, богинь судьбы (Μοῖραι от μοῖρα, moiraмойра, «часть», «доля», «участь»), которую получает каждый человек при рождении.

Имя Мойра связано с meros, «МЕРА, часть, жребий» и moros, «судьба, гибель», латинское meritum, «награда»,  происходит от корня PIE * (s) mer — «выделить, назначить», МЕРА, отмерять, отсюда смерть (μοῖρα θανάτοιο, moîra thanátoio, «судьба смерти»).

Младшая из Мойр — прядущая нить жизни Клото (др.греч. Κλωθώ, «Пряха»; ЛАДА), является олицетворением спокойного течения судьбы, она сидит в белых одеждах, с венком на голове, прядёт на веретене необходимости и поёт о настоящем.

Средняя из трёх сестёр-мойр, богиня судьбы Лахезис (др.-греч. Λάχεσις — «судьба», «определяющая участь», «дающая жребий», от λαγχάνω, lanchano, «получать по жребию, судьба или воля богов»; ЛИХО) измеряет своим жезлом нить жизни, намотанную на веретене Клото, и решает, сколько времени отмерить на всю жизнь каждому человеку или существу. Богиня судьбы Лахезис поёт о прошлом.

Старшая из трёх сестёр-мойр, богиня Атропос (др.греч. Ἄτροπος «без поворота», А-Тропа — «без ТРОПЫ«, Неотвратимая участь, т.е. смерть), её римским эквивалентом была богиня смерти Морта (МАРА). Атропа перерезала нить жизни, которую пряла её сестры Клото и измерила Лахезис.

«Зевс же второю Фемиду блестящую взял себе в жены.
И родила она Ор — Евномию, Дику, Ирену
(Пышные нивы людей земнородных они охраняют),
Также и Мойр, наиболе почтенных всемудрым Кронидом.
Трое всего их: Клофо и Лахесис с Атропос. Смертным
Людям они посылают и доброе всё и плохое.» (Гесиод. Теогония)

Судьбу героя может выпрясть мощная Мойра (Иллиада. XXIV 209; Гомер, «Одиссеи» VII, стр. 197). Но не только люди, сами боги зависят от этих мрачных, сосредоточенно работающих над пряжей жизни сестёр. Боги выполняют веления судьбы, не решая ничего сами, поэтому великий Зевс в критическую минуту достает золотые весы и взвешивает на них жребии троянцев и ахейцев или жребии Ахилла и Гектора, ибо Зевс ограничен в своих собственных решениях (Иллиада.VIII стр.69 — 74; XXII стр. 209 — 214).

Боги могут приблизить гибель героя или его спасение, только зная, что это уже установлено судьбой (гибель Гектора, Иллиада. XV, стр. 612 — 614; возвращение Одиссея, Од. V 41 сл.; спасение Энея, Иллиада. XX, стр. 332 — 338).
Оказывается, что воля судьбы как бы сливается с решениями богов, отождествляется с ними, и тогда Зевс именуется Морием, то есть дарующим предназначенную участь. Теперь сами боги прядут участь человека, о чём не раз упоминается, например, у Гомера (Иллиада. XXIV, стр. 525; Одиссея. I, стр. 17).  Зевс Морий достает уже не золотые весы судьбы, а свои собственные, направляемые им по своей воле (Иллиада. XVI стр.658).

Зевс классического Олимпа и мифологии героизма настолько велик, что три Мойры, как мы знаем, становятся его дочерьми от богини Фемиды, а он сам по праву возглавляет шествие Мойр, именуясь их Водителем, Мойрагетом. В храме Зевса Олимпийского в Афинах, по сообщению известного писателя Павсания, над головой статуи Зевса находилось изображение Мойр, чтобы всем было видно, как «предопределение и судьба повинуются одному только Зевсу» (Павсаний. I стр.40, 4). В поэмах Гомера фиксируется и такой позднеклассический мотив в словесной формуле: «мойра божества» (др.греч. μοῖρα θέων), то есть судьба, исходящая от Зевса, а также «айфаса Зевса» —  Διός αἶσα, «божественное предопределение» то есть судьба, исходящая от бога (айфаса αἶσα — одно из наименований судьбы, дарующей всем равную часть).

Зевс Олимпийский, несомненно, великая сила. Он достигает такого положения, когда сам становится отцом судьбы и ее владыкой. Однако сила эта не обладает устойчивостью даже в самые блаженные для Зевса времена. Ещё до рождения Зевса существовали такие могущественные владыки, такое знание глубин теогонического процесса, такое прозрение будущего, что мощь Зевса направляется в необходимую и ему и его участи сторону кем-то извне или, скорее, из глубин мироздания. А это и есть мудрость матери-Земли.

Земля ещё до рождения Зевса предопределила появление на свет нового поколения богов, ограничив безмерную плодовитость Урана. Земля направила титанов на преступление против их отца и тем самым создала прецедент для обязательной, совершенно необходимой в мифологической истории борьбы детей против собственных отцов. Мать-Земля, произведя на свет чудовищных титанов и Тифона, укрепляла и выковывала мощь Зевса, будущего владыки Олимпа.

Сначала Мать-Земля помогла новорождённому Зевсу спастись от прожорливого Кроноса. Позже она содействовала ему в борьбе с титанами. По ее мудрому прозрению Зевс избежал рождения сына, более мощного, чем он сам, дважды — от Метиды и от Фетиды. Земля давала Зевсу советы сама или через посредничество Прометея.
Наступят времена, когда в мире будут жить и действовать герои. И тогда снова станет Зевс внимать советам Земли, являясь исполнителем её воли. Мать-Земля и судьба как бы сольются вместе, а Зевс не без их участия возьмёт в супруги богиню мести Немесиду и станет орудием мести Земли всему роду героев, против которого Зевс ополчался не раз, но которому, наконец, будет суждено истребить самого себя по воле всё той же матери-Земли. Но это предмет особого повествования.

Далее… Вид от вершины Олимпа и до глубин Тартара

Вид от вершины Олимпа и до глубин Тартара
Соперничество Посейдона с Афиной и другими богами

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*