Вторник , 21 Май 2019
Домой / Древнерусские обычаи и верования / Рожаницы внутри и около построек

Рожаницы внутри и около построек

Борис Александрович Рыбаков. Книга «Язычество древних славян». ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ИСТОКИ СЛАВЯНСКОЙ МИФОЛОГИИ. Глава девятая. Русские вышивки и мифология. 4. РОЖАНИЦЫ ВНУТРИ И ОКОЛО ПОСТРОЕК.

Рожаницы в их классической позе рожающей женщины встречаются не только в виде отдельного символа, но и в сочетании с постройками двух типов. Одни из построек – простые домики с двускатной кровлей – могут быть приравнены к обычным избам, а другие очень определенно обозначены вышивальщицами как церкви со многими главками-луковицами, увенчанными крестами.

Образ рожаниц на протяжении веков неизбежно деградировал, и от величественных Небесных Хозяек, частично заслоненных впоследствии Родом, но сохранявших ещё свое могущество, он снижался порой до уровня богинь деторождения. Об этом свидетельствует ряд вышивок на кроватных подзорах, полотенцах и на подолах женских рубах. Такова уже упомянутая выше калужская вышивка: в доме, украшенном шестами с головами аистов, находится рожающая женщина. Изображение очень упрощено и отличается от сложного и перегруженного деталями символа богини-рожаницы («женщины-вазона»). Его можно толковать как изображение простой рожающей женщины в избе. Вне избы вышиты конь, птицы и квадратный знак плодородия. Полотенце с подобной вышивкой могло предназначаться для подарка роженице или повивальной бабке.

На подоле рубахи (из Тотемского y.) вышит целый порядок изб, внутри которых вышиты рожающие женщины в виде лягушек. (43 Маслова Г. С. Орнамент…, рис. 75; с.160..)  «Антропоморфные существа в позе лягушки… были связаны с магией плодородия… представляя позу родящих женщин». «Примечательно, что эти мотивы отмечены на женской одежде, простыне и полотенцах, игравших большую роль в свадебной и родильной обрядности». 

По сторонам каждой роженицы под решётчатыми окнами стоят две женщины. Между избами изображено нечто вроде крытых дворов с петухами. Всё это выглядит очень жизненно и естественно. Но если внимательнее вглядеться в вышивку, то над рядом изб и дворов с их обитателями можно увидеть ещё один, на этот раз сверхъестественный ряд: в пространстве между крышами изб, над дворами, мы видим символы рожаниц. На первый взгляд они производят впечатление огромных цветков, но в сложной и сильно видоизмененной композиции можно разглядеть и характерные изломы ног, и раскинутые руки-«цветы», и даже две груди, примыкающие к центральному стержню. Эти два разных ряда изображений – натуралистический и магический – помогают нам осмыслить наиболее поздний этап представлений о рожаницах как о богинях деторождения, с ограниченной функцией покровительниц рожениц.

Существует еще один вид вышивок, в которых самая поздняя модификация теремков сочетается с самым архаичным образом рожаницы. Очень близки друг к другу два свадебных полотенца из бывшей Вологодской губернии. (44 Маслова Г. С. Орнамент…, рис. 16, а на с. 59, табл. XXXVII.)

Возьмем за основу полотенце из с. Ботихи.

Центром композиции является изображение церкви как бы в разрезе («прозрачный домик»), напоминающее фронтисписы средневековых рукописей. Довольно затейливая крыша увенчана тремя луковичными главами с крестами и птицами; на боковых, пониженных частях церкви (приделах) вышиты ещё две главки, тоже с крестами и птицами. Над боковыми главками – нечто вроде женской фигуры с птицей вместо головы и опущенными вниз руками. Во внутреннем пространстве церкви, на фоне какой-то завесы (?) с птицами изображена стилизованная рожаница с выменем на животе. По сторонам рожаницы стоят две женщины в кокошниках, с опущенными вниз руками.

Вне церкви, по сторонам её, как бы на воздухе над женскими фигурами, стоящими на земле, вышиты ещё две точно такие же рожаницы, но с ветками (или парой рогов?) в руках. Над этими боковыми роженицами вышиты церковные кровли с тремя главами как бы с той целью, чтобы показать сакральность и этих фигур. Внизу, на уровне церковного пола, по углам полотенца вышиты две женские фигуры, тоже в кокошниках и с опущенными руками. Около одной из них – сильно упрощенная фигурка девочки. На другом сходном полотенце детские фигурки вышиты около каждой женщины. У всех женщин внизу изображен символ плодородия в виде ростка растения или в виде «ромба с крючками». Во всех ярусах композиции вышито около трёх десятков птиц.

 

Разгадку композиции с рожаницами и церквами следует искать в тех источниках, которые рассказывают нам о слиянии языческого с христианским, о «второй рожаничной трапезе», непосредственно следовавшей за церковным праздником рождества Богородицы 8 сентября, после обмолота урожая. Центральное изображение пятиглавой церкви с распластанной рожаницей на главном месте, очевидно, должно соответствовать или празднику рождества Богородицы, тогда центральная рожаница – Анна, мать Марии, или же второму празднику рожениц 26 декабря, на второй день Рождества Христова; тогда рожаница соотносится с самой Марией-богородицей. Я уже ссылался на свидетельство H. М. Гальковского о том, что существовали иконы, изображающие богородицу «в муках рождения». Предельный натурализм, очевидно, не пугал русских полуязычников, и архаичный языческий сюжет уживался на свадебном полотенце рядом со старательно вышитым изображением православной церкви с крестами.

Культ рожаниц, как мы видели, был в известной мере принят духовенством, которое освящало рожаничную трапезу тропарем рождества богородицы и позволяло приносить «желю Роду и рожаницам» в день «полога Богородицы» (26 декабря) в христианский храм.

«В Малороссии, – пишет Гальковский, – до сих пор народ в этот день (26 декабря) приносит в храм хлеб, пироги и пр. Все приношение, по отправлении над ним краткой общей панихиды, обращается в доход причту» (45 Гальковский H. М. Борьба христианства…, т. I, с. 168.)

Вот это-то слияние языческого с христианским, рожаниц с Богородицей и отразилось на вышивках, изображающих рожаницу в центре православного храма. Надо думать, что центральная, основная рожаница – это Богородица Мария, рождающая Иисуса.

Труднее определить истинное содержание двух боковых рожаниц, находящихся вне храма. Если исходить из христианской мифологии, то это могут быть Анна, мать Марии, и Елизавета, мать Иоанна Предтечи. Кроме рождения Иисуса Богородицей, только рождение детей этими двумя женщинами и отмечалось христианской церковью «в числе». Но следует сказать, что эти две матери Анна, мать Марии, и Елизавета, мать Иоанна Предтечи не особенно почитались церковью; храмов, построенных в их честь, очень мало, и они не идут ни в какое сравнение с храмами Богородицы.

Возможно и другое объяснение: две рожаницы, помещенные на вышивке в воздушном ярусе вне церкви, могут являться отражением архаичных представлений о двух небесных рожаницах-лосихах. Церковные кровли над ними (без контуров самого здания) могут быть не обозначением их христианской сущности, а просто знаком священности, не обязательно христианской.

Именно в таком толковании нас укрепляет анализ другой вышивки почти с тождественной композицией. (46 L’art rustique en Russie, fig. 79. Бывш. Петербургская губ.)

По своему общему построению эта вышивка очень близка к тем, которые только что разобраны, но есть существенные различия в составных частях. Так, вместо распластанных рожаниц в церкви и вне её вышиты двуглавые орлы. Это прочно закрепляет за гербовыми орлами значение последнего, наиболее позднего, звена эволюции образа рожаниц в вышивке. Вместо церковных главок над боковыми рожаницами-орлами помещены ладьи с высокими мачтами. Это один из самых поздних сюжетов в севернорусской вышивке, переходящий и в кружево, где он соседствует с павильонами-беседками, дамами и кавалерами в париках.

Однако, несмотря на трансформацию рожаниц в орлов и появление корабликов, вышивальщицы не забыли древних рожаниц вовсе: на уровне глав и крестов центральной церковной постройки, т. е. в небесном ярусе, вышиты две женские фигуры, с большими ветвистыми рогами. Ещё выше них, у верхней части церковного креста, помещены две крохотные фигурки рожаниц в распластанном виде, с птицами в руках. Сверх того в разных ярусах вышиты шесть женских фигур (из них две с птицами); внутри церкви – пять таких фигур.

Тема рожаниц, вызывавшая резкие нападки духовенства, что могло усугубляться непристойностью сюжета и манеры изображения, здесь почти завуалирована: крупные фигуры рожаниц в центре церкви и по сторонам её заменены вполне благопристойными казёнными орлами, пара рогатых женщин-рожаниц затеряна между корабельными снастями и декором церковных крестов, а неприличные рожаницы вышиты на самом краю всего узора настолько незаметно малыми, что их трудно разглядеть. Язычество укрылось, но не забылось.

 

Макошь и Рожаницы
Идолы и капища. Макошь.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*