Среда , 5 Август 2020
Домой / Мир средневековья / О значении топонима «Мангуп»

О значении топонима «Мангуп»

 М.Б. Кизилов. «Крымская Готия: история и судьба».  Глава 4. «Готский вопрос» в науке и идеологиях XII—XXI веков.

О значении топонима «Мангуп»

Откуда взялось имя Ма́нгупъ, это такъ же мало извѣстно, какъ и происхожденіе тысячи другихъ географическихъ названій.
П.И. Кеппен (1837)

В исследованиях XIX—XXI веков можно найти десятки различных вариантов предположительной этимологии топонимов Дорос, Мангуп и Кырк-Йер. Тут вы обнаружите и иранскую, и германскую, и греческую, и аланскую, и тюркскую, и арабскую, и многие другие версии происхождения этих наименований. Какая же из них будет истинной? — спросите вы. К сожалению, дать однозначный ответ чрезвычайно сложно. У нас нет достаточного количества средневековых источников, которые позволили бы однозначно установить, как точно выглядело изначальное название этих крымских городов, какой народ дал им эти имена и, соответственно, как надлежит их переводить на русский. Добавлю, что нет ничего удивительного в отсутствии точной информации о происхождении этих трёх топонимов. Учёные не знают точной этимологии названий таких мировых столиц, как, скажем, Москва, Лондон и Киев — что уж там говорить о провинциальных крымских центрах.

Несмотря на крайнюю сложность подобного рода предположений, здесь нам хотелось бы порассуждать о происхождении и значении названия столицы Крымской Готии — топонима Мангуп. Когда впервые в источниках появляется этот топоним? В связи с тем, что топоним Манк-т в т.н. «письме хазарского царя Иосифа», по-видимому, не имеет отношения к Мангупу (см. раздел «К проблеме еврейско-готских языковых и этнических контактов в Крыму»), первые упоминания этого топонима следует датировать поздним средневековьем, периодом не ранее XIV—XV веков.

В XIV веке это географическое название фигурирует в двух случаях: в форме Monlop при упоминании о битве на Синих Водах (1362/1363/1396)1 и в генуэзском документе 1374 года под двойным названием Theodoro Mangop2. Тем не менее в последнее время исследователями выражается изрядный скепсис относительно достоверности информации об участии «монлопского (т.е. мангупского) хана» в битве на Синих Водах, в то время как Theodoro Mangop интерпретируется как искажение греческого имени Феодор Мангофи3. В случае, если мы соглашаемся с критическим отношением к этим двум источникам, то первые упоминания топонима Мангуп датируются… чрезвычайно поздним периодом, а именно — последними годами перед захватом Готии османами в 1475 году.

Глазомерный план Мангупа (по П.И. Кеппену)

В латинских документах 1475 года княжество Феодоро несколько раз называется Манго (Mango) и Пангопа (Pangopa, т. е. искаженное Мангопа).4

В схожей форме, под 1472 и 1477 годами, о жене Стефана III, Марии из княжества Магоп (Magop), Maŭgop, Mangopo, Магопа или Магоа (Magoa), пишут молдавские хроники5.

Исаак — последний князь Феодоро

В письме Ивана III от 23 марта 1475 года феодоритский правитель Исаак именуется князем «манкупским»6. Особенно интересна форма Магопа на церковнославянском языке, обнаруженная Шт. Горовеем в диптихе (поминальной книге) из Быстрицы; титло (сокращение) над буквой а позволяет предположить, что полностью топоним можно восстановить как Ма[н]гопа7.

Таким образом, можно осторожно предположить (повторимся — только в том случае, если мы соглашаемся со скептическим отношением к теории о более ранних упоминаниях этого топонима), что географическое наименование Мангуп возникает незадолго до 1475 года в форме, наиболее близкой к Мангоп или Мангопо / Мангопа. Из этих источников явствует, что так назывался не столько город Мангуп, сколько все княжество.

Османские источники XVI—XVIII веков обыкновенно называли город и подведомственный ему кадылык (округ) Манкуп (Mankup) или Мангуб (Mangub). В письме бея Ширинов Эминека (май 1476 года) употребляется топоним Менкюп (Menküp), а у Абдуллы Ридван Заде (XVII век) — Манкюб (Mankioub)8. Манкупом (Мапсир) называли город и готские информанты Бусбека.

Российские летописи, рассказывая о завоевательных походах султана Мехмеда II, говорили о падении Манкупа9. Манкупом именовал княжество и город также и М. Меховский (1517). Другие европейские источники зачастую до неузнаваемости искажали этот топоним. Вильям Брюс (1598) называл крепость Mangutia, Мартин Броневский (1578) — Mancopia seu Mangutum, Портелли д’Асколли (вторая четверть XVII века) — Mancopa или Mancupra, в то время как ученый Жак Ту (Туан) приводит сразу несколько вариантов написания топонима: Magutium, Margutium и Mancopia.

Различные российские военные карты XVIII века именуют крепость Макупа, а карта М. Зойтера называет город Oknam («Манко» наоборот).10 Этот загадочный вариант в латинизированной форме Oppidum Sudorum Ockmann также присутствует на русской карте XVIII века, напечатанной в книге Томаса Милнера11. В XIX веке руины крепости часто именовались Мангуп-Кале или (только в одном известном нам случае) Манкермен (Ман-Кермен)12. На серии дореволюционных российских открыток Мангуп почему-то именуется Мангун (Mangoun). П. Кеппен заметил также, что местными татарами ударение обыкновенно ставилось на первый слог — т. е. Ма́нгуп, а не Мангу́п, как мы произносим сейчас.

Руины цитадели мангупских князей на мысе Тешкли-Бурун в начале XX века: вид с юго-востока. Фото 1912 года из архива Херсонесского заповедника

Единого мнения относительно перевода топонима Мангуп не было ни у авторов раннего нового времени, ни у ученых XIX века. Эвлия Челеби (XVII век) истолковывал это название как арабское манкуб «злосчастный», якобы данное городу вследствие того, что командующий турецкими войсками Гедик Ахмед-паша потерял во время осады Мангупа слишком много солдат.

Дюбуа де Монпере полагал, что Мангуп (Mangoup) — это искаженное Манготия (Mangothia), а также размышлял о том, какова может быть этимология первой половины этого топонима, ман, предполагая, что её можно переводить как «поселение» или «помещение, пещера»13. А. Демидов также связывал свои предположения относительно этимологии топонима Мангуп с готским населением области. По мнению путешественника, Мангут-Кале (Mangoute-Kaleh) значит «Готская Крепость», в то время как Мангут является производным от Mein-Gout14.

С. Сестренцевич-Богуш несколько неожиданно предполагал, что Манкуп следует переводить как «стальной» по той причине, что «никакія стрѣлы не могли долетать до онаго»15.

В. Томашек считал, что Мангуп является тюркским топонимом, производным от манг — «лицо, уста» либо «битва, сражение», и куп — «много» или «возвышенность». Он же предполагал возможное монгольское происхождение этого топонима, не отважившись, впрочем, предоставить однозначный перевод16. Практически все эти теории достаточно произвольны и не слишком вероятны.

В отношении современных исследователей к данной проблеме также нет однозначности. Х. Янковский писал, что значение топонима Мангуп остаётся неизвестным17. А.К. Шапошников выводил Мангуп из герм. Mann — «мужчина, муж, воин» и gup — «горная вершина»18.

О.Н. Трубачев считал топоним Мангуп таврским или синдо-меотским и полагал, что изначально он должен был звучать ma(ia)n-kap в значении «гора материнских (вариант: меотов)» или «материнская гора»19. Тем не менее, будучи поставлены в контекст истории княжества Феодоро, предположения Шапошникова и Трубачева выглядят крайне маловероятными.

Если бы топоним Мангуп носил германский или иранский характер, то он, несомненно, возник бы ещё в ранний средневековый период существования города, когда его жители говорили преимущественно на готском и аланском языках. Тем не менее, топоним возник, по всей вероятности, никак не ранее XIV века, а скорее всего, только в 70-е годы XV века, когда население княжества в значительной степени уже было грецизировано и тюркизировано. Факт позднего возникновения топонима, на наш взгляд, ставит теории о его таврском или готском происхождении под сомнение.

Оборонительная башня в верховьях долины Табана-Дере. Фото 1912 года из архива Херсонесского заповедника

Редакторы польского перевода Эвлии Челеби 1969 года (З. Абрахамович и др.) предположили, что название крепости можно выводить и от арабского манкуб (мангуб) — «полный пещер, пещерный»20. Данная этимология указывала бы на природные особенности Мангупа как одного из т.н. «пещерных городов» Крыма. Мнение Челеби, истолковывавшего это название как арабское манкуб — «злосчастный», было использовано В.А. Бушаковым, предположившим, что так крепость стали называть только лишь после завоевания города османами в 1475 году. Исследователь предложил переводить топоним как «подавленная, потерпевшая поражение крепость» (с османского менкуп или манкуб).21 Тем не менее, и эта теория едва ли состоятельна, так как из генуэзских документов и молдавских летописей нам известно, что топоним Мангуп существовал и до турецкого штурма крепости в 1475 году.

С другой стороны, несмотря на неверность теории Бушакова, нельзя не заметить другого факта. Если в 70-е годы XV века топоним Мангуп употребляется наряду с названием Феодоро, то после турецкого завоевания 1475 года последнее окончательно выходит из употребления. Османы, новые владельцы города и княжества, по-видимому, отказались от употребления греческого термина Феодоро, заменив его топонимом Мангуп, возникшим незадолго до 1475 года в качестве альтернативного названия города и (или) княжества Феодоро.

Поскольку теории об иранском или готском происхождении топонима Мангуп мало состоятельны, то, пожалуй, предпочтительной является его тюркская этимология, учитывающая позднее происхождение этого названия. По всей видимости, именно так город и княжество Феодоро стало называть в 70-е годы XV века (или немного ранее, но едва ли уже в XIV веке) в значительной степени тюркизированное местное население. Как мы помним, проживавшие в Феодоро греки, готы и аланы уже с конца XIII века свободно владели не только своими родными языками, но и татарским.

На наш взгляд, первая часть данного топонима — ман — «большой»; значение второй (гоп или гуп) менее понятно. Для сравнения можно вспомнить такие топонимы, как Ман-Керман  — тюркское название Киева или Ман-Кышлак — «Большой город» или «Большое селение, посёлок». Кстати, Ман-Кермен (Ман-Керман) у тюркских народов обыкновенно называлась самая крупная крепость в той или иной области22; в этом контексте особенно любопытно, что Манкерманом называет Мангуп и один из источников XIX века23. При этом сама гора, на которой находилась крепость Мангуп, ещё с XVII века часто называлась Баба-Даг или Баба-Кая (тат. «Отчая гора» — название, традиционно дававшееся самой высокой вершине в той или иной местности).

Руины цитадели Мангупа на мысе Тешкли-Бурун в начале XX века. Фото из архива Херсонесского заповедника

На тюркское происхождение этого топонима также недвусмысленно указывает и та готовность, с которой османы (тюрки по происхождению) отбросили старое греческое название местности — и восприняли новое. Как сами османы понимали этот топоним, остается менее понятным. Эвлия Челеби в XVII веке трактовал его как производное от арабского в значении «злосчастный»; согласно другим предположениям, его также могли понимать и как «пещерный, полный пещер».

Подводя итоги, можно прийти к выводу, что поздний топоним Мангоп (Мангуп), возникший, по-видимому, как альтернативное название крепости и княжества Феодоро незадолго до 1475 года, имеет, скорее всего, тюркское происхождение, первая часть которого значила «большой». Захватившие крепость османы, скорее всего, переиначили данное название, понимая его как «злосчастный, потерпевший поражение» или, возможно, «пещерный». Обнаружение новых письменных источников может заставить пересмотреть или подкорректировать эту гипотезу.

Примечания

1. Drey Chane der Krimschen, Kirkelschen und Monlopschen Tartaren (Schlözer A.L. Geschichte von Littauen. Halle, 1785. S. 109).

2. Bănescu N. Contribution a l’histoire de la seigneurie de Théodoro-Mangoup en Crimée // Byzantinische Zeitschrift. 1925. Band 35. P. 21.

3. Бушаков В.А. Когда крымский город-крепость Феодоро стал называться Мангуп-Кале? // Известия Крымского Республиканского Краеведческого Музея. 1995. № 9. С. 3—10; Мыц. С. 43—44.

4. Колли Л.П. Документы о падении Каффы // ИТУАК. 1911. № 45. С. 12—13.

5. А.А. Васильев приводит цитаты из польского и немецкого вариантов этих летописей (Vasiliev. P. 239. ft. 5; Р. 240, ft. 1; ср. Bănescu. Contribution… P. 22).

6. Памятники дипломатических сношений Московского государства с Крымскою и Нагайскою ордами и с Турцией Т. 1 // Сборник императорского русского исторического общества. СПб., 1884. Т. 41. С. 12.

7. Gorovei Ş.S. «Maria Asanina Paleologhina, doamna Moldovlahiei» // MAP. P. 84, fig. 151.

8. Le Khanat de Crimée dans les Archives du Musée du Palais de Topkapi / Présenté par A. Bennigsen, P.N. Boratav, D. Desaive, and Ch. Lemercier-Quelquejay. Paris, 1978. P. 39, 62.

9. Софийская вторая летопись // Полное собрание русских летописей. М., 2001. Т. 6. Вып. 2. Стб. 311.

10. Brussius Scotus W. De Tartaris Diarium. Francofurti, 1598. P. 6; Broniovius M. Tartariae descriptio. Colonia Agrippina [Köln], 1595. P. 7; Eszer A. Die «Beschreibung des Schwarzen Meeres und der Tatarei» des Emidio Portelli D’Ascoli // Archivum Fratrum Praedicatorum. 1972. № 42. S. 231, 236; Thuanus J.A. Historiarum sui temporis. Т. III. London, 1733. P. 656; Кордт. Материалы… К. 22, 23, 25.

11. Milner T. The Crimea, Its Ancient and Modern History. London, 1855. Эту не очень понятную форму с некоторой натяжкой можно перевести как «влажный / мокрый / потный замок Манко» — указание на изобилие водных запасов Мангупа.

12. Сосногорова М.А., Караулов Г.Э., Вернер К.А., Головкинский Н.А. Путеводитель по Крыму. К., 2010 [репринт изд. 1889 г.]. С. 180.

13. Dubois de Montpereux F. Voyage autour du Caucase, chez les Tcherkesses et les Abkhases, en Colchide, en Géorgie, en Arménie et en Crimée. Vol. 6. Paris, 1843. P. 286.

14. Demidov A. Voyage dans Russie Méridionale et la Crimée par la Hongrie, la Valahie et la Moldavie execute en 1837. Paris, 1840. T. 1. P. 585.

15. Сестренцевич-Богуш Ст. История царства Херсонеса Таврийского (История о Таврии) / Пер. с франц. СПб., 1806. Т. II. С. 214; ср. французский оригинал: Siestrzencewicz de Bohusz St. Histoire du royaume de la Chersonese Taurique (Histoire de la Tauride). Sec. éd. revue. St. Pétersbourg, 1824. P. 337.

16. Tomaschek. Die Goten… S. 51.

17. Jankowski. A Historical-Etymological… P. 694.

18. Могаричев Ю.М., Сазанов А.В., Шапошников А.К. Житие Иоанна Готского в контексте истории Крыма «хазарского периода». Симферополь, 2007. С. 275.

19. Трубачев О.Н. Indoarica в Северном Причерноморье. М. 1999. С. 254—255.

20. Ewlija Czelebi. Księga podróży Ewliji Czelebiego (Wybór) / Red. Z. Abrachamowicz. Warszawa, 1969. S. 441, przyp. 261.

21. Бушаков. Когда крымский… С. 9.

22. Губайдуллин А.М. Фортификационный словарь. Казань, 2003. С. 61.

23. Сосногорова, Караулов, Вернер, Головкинский. Путеводитель… С. 180.

Далее… Учёные в поисках готской антропонимики

Учёные в поисках готской антропонимики
Учёные в поисках готских географических названий

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*