Вторник , 20 Ноябрь 2018
Домой / Античное Средиземноморье / О Сирийской богине. Лукиан Самосатский

О Сирийской богине. Лукиан Самосатский

Лукиан из Самосаты (около 120—180 гг. н. э.) — греческий писатель-сатирик родом из города Самосаты (Сирия). Отец его был мелкий ремесленник. Лукиан получил общее и риторическое образование, имел адвокатскую практику в Антиохии, много путешествовал, посетил Грецию, Италию, Галлию, изучал право в Афинах; под конец жизни получил почетную должность прокуратора в Египте.

Лукиан Самосатский «О Сирийской богине».
Перевод С. С. Лукьянова

1. В Сирии неподалеку от реки Евфрата находится город, называется он «священным» и посвящен Гере ассирийской. Как мне кажется, имя его возникло не при заселении города, и в древности он имел другое имя. Современное же нам наименование возникло лишь после того, как в городе стали справляться великие празднества.

Вот об этом городе я хочу рассказать и о том, что в нём находится: рассказать о правилах, которыми руководствуются при священнодействиях, о празднествах, которые там совершаются, и жертвоприношениях, которые там выполняются. Расскажу также и предания об основании святилища и об условиях, при которых оно возникло. Пишу я, будучи ассирийцем, и передаю то, что видел своими глазами, а все, что произошло до меня, я рассказываю со слов жрецов.

2. Первые из народов, которых мы знаем, — египтяне, — как говорят, получили представление о богах, основали святилища, устроили священные участки и празднества. Они первые узнали святые имена и священные предания. От египтян спустя некоторое время сказания о богах перешли к ассирийцам. Они также построили святилища и храмы, воздвигли в них статуи и поставили священные изображения.

3. Однако в глубокой древности у египтян храмы были без изображения богов, и в Сирии находятся святилища, почти одновременные египетским. Большинство из них я сам видел, например храм Геракла в Тире, но не того Геракла, которого воспевают эллины: тот, о котором я говорю, гораздо древнее, — это тирский герой.

4. В Финикии есть также и другое великое святилище, которым владеют сидоняне; как говорят местные жители, оно посвящено Астарте. Мне кажется, что Астарта — это та же Селена. Впрочем, один из финикийских жрецов мне рассказывал, что храм этот посвящен Европе, сестре Кадма и дочери царя Агенора. После исчезновения Европы финикияне выстроили ей храм; они рассказывают священное предание о том, как красота Европы возбудила в Зевсе любовь и как он, превратившись в быка, похитил её и прибыл с нею на Крит. То же слышал я и от других финикиян. И на сидонских монетах постоянно встречается изображение Европы, сидящей на быке-Зевсе. Тем не менее сидоняне отрицают, что храм их посвящен Европе.

5. Есть у финикиян и ещё одно святилище, уже не ассирийское, а египетское. Оно было перенесено в Финикию из Гелиополя (др. егип. Иуну) один из важнейших культурных и религиозных центров древнего Египта. Сам я его не видел, но слышал, что оно большое и очень древнее. Гелиополь столица XIII нома Нижнего Египта, издревле посвященная солнечному богу Ра.

6. Видел я в Библе великое святилище Афродиты библосской, в котором справляются оргии в честь Адониса. Я ознакомился и с ними. Говорят, что оргии эти установлены в честь Адониса, раненного в этой стране вепрем; в память об его страданиях местные жители ежегодно подвергают себя истязаниям, оплакивают Адониса и справляют оргии, а по всей стране распространяется великая печаль. Затем, когда прекращаются удары и перестают плачи, приносят жертву Адонису, как умершему, и на следующий день рассказывают, что он жив и удалился на небо; в то же время они бреют себе головы, как египтяне, когда умирает Апис. Если же какая-нибудь женщина не хочет остричь свои волосы, то её подвергают следующему наказанию: в течение одного дня она должна стоять на площади и продаваться; доступ на площадь открыт тогда только иностранцам, а плата, получаемая от них женщиною, приносится в дар Афродите.

7. Некоторые из жителей Библа говорят, что египетский Озирис погребен у них и что оргии и траур совершаются не в честь Адониса, а в честь Озириса. Я расскажу, на каких основаниях они считают себя в праве утверждать это.

Каждый год из Египта в Библ прибывает голова, плывущая по морю в течение семи дней. Ветры сами направляют её в чудесном плавании. На своём пути она никогда не сворачивает в сторону, а приплывает прямо в Библ. Все это похоже на настоящее чудо. Это происходит каждый год; случилось и при мне, когда я был в Библе. Я сам видел эту библосскую голову.

8. В стране Библа есть еще и другое чудо — это река, текущая с Ливанских гор в море. Имя её — Адонис. Каждый год она меняет свой цвет, делаясь кровавой. Впадая в море, она окрашивает его на далекое пространство и тем указывает библосцам время великой печали. Рассказывают, что в эти дни на Ливане получает рану Адонис и что его кровь, стекая в реку, меняет её цвет. Отсюда река и получила своё имя. Так думает большинство. Мне же один библосец указал на другую, по его мнению, истинную причину этого явления. «Чужестранец, — сказал он мне, — Адонис-река протекает по Ливану, почва которого имеет красноватый оттенок. Свирепые ветры, подымающиеся в эти дни, несут эту землю С большою примесью сурика в реку. Таким образом земля эта, а вовсе не кровь Адониса, на которую указывают, придает реке кровавый цвет». Вот что говорил мне библосец. Если это правда, то мне всё же кажется весьма чудесным возникновение подобного ветра в эти дни.

9. Я поднялся также на расстояние однодневного перехода вверх на Ливан из Библа, так как узнал, что там находится древний храм Афродиты, построенный Киниром. Я осмотрел его, и он, действительно, оказался древним. Таковы великие древние святилища Сирии.

10. Из всех этих великих святилищ ни одно не является таким, как, мне кажется, то, которое находится в Гелиополе, и ни одно святилище и ни одну местность вокруг не считают более почитаемыми и священными. В святилище находится много драгоценных вещей, древних посвящений, много удивительных предметов и божественных изображений. В нём часто бывает заметно присутствие богов, ибо изображения в нём покрываются путом, двигаются и дают прорицания. Когда святилище закрывается, то в самом храме часто раздается крик, — это многие слышали. Также и по богатству святилище это среди всех известных мне занимает первое место, так как к нему стекаются деньги из Аравии, Финикии, Вавилона и Каппадокии; приносят их также киликийцы и ассирийцы. Я осматривал в храме и тайные его хранилища; в них я видел много одежд и прочее, что сделано одно из серебра, другое из золота. Ни в одной стране я не наблюдал столь многолюдных празднеств и торжеств.

11. О том, сколько лет святилищу и какой богине оно посвящено, мне случалось слышать много преданий — священных, светских и наконец совершенно сказочных. Одни из них напоминают сказания варваров, другие — рассказы эллинов. Я передам содержание всех этих преданий, хотя сам не приемлю ни одного из них.

12. Большинство считает, что это святилище основано Девкалионом Сисифейским, тем самым, при котором произошёл великий потоп. В Греции я слышал предание о Девкалионе, которое рассказывают о нем эллины. Оно заключается в следующем. Теперешние люди, наше поколение, не есть первое, так как первое поколение всё погибло. Люди нашего времени принадлежат ко второму поколению, родоначальником которого был Девкалион. О первых людях рассказывают, что они были гордыми и надменными, творили беззакония, не соблюдали клятв, не оказывали гостеприимства чужеземцам, не помогали ищущим защиты. За эти преступления их постигло великое бедствие. Внезапно из недр своих земля извергла огромное количество воды, разразились страшные ливни, разлились реки, море высоко поднялось. От всего этого всё покрыла вода, и все погибли. Девкалион один только из всех людей был спасен для второго поколения за свою мудрость и благочестие. Спасся же он следующим образом. У него был большой ковчег; в него Девкалион заставил войти своих детей и жён и сам вошёл туда. Пока он входил, к нему пришли свиньи, лошади, львы, змеи и другие твари, живущие на земле, все попарно. Девкалион принял их в свой ковчег, и они ему не причинили вреда, а между собою жили, по божьему велению, в великой дружбе. Все вместе они плавали до тех пор, пока вода покрывала всю землю. Вот что о Девкалионе рассказывают эллины.

13. Относительно дальнейшего удивительную историю передают жители Гелиополя. Они говорят, что в их стране образовалась огромная расселина в земле и поглотила всю воду. После того, как это случилось, Девкалион поставил алтарь и воздвиг над расселиной храм Гере. Я сам видел эту расселину, которая находится под храмом. Она очень мала. Была ли она больше в древности и лишь теперь уменьшилась, я не знаю. Во всяком случае та, которую я видел, очень невелика. В память об этом событии установлен следующий обряд. Дважды в год в этот храм доставляется вода с моря; её несут не только жрецы, но также и многие жители Сирии и Аравии. Иные даже из-за Евфрата отправляются к морю, чтобы нести воду. Сначала её выливают в храме, потом она стекает в расселину, которая хоть и невелика, но всё же поглощает большое количество воды. Совершающие этот обряд говорят, что он установлен Девкалионом в память о постигшем его несчастий и чудесном спасении. Таково их древнее предание о святилище.

14. Другие думают, что святилище Гере основала Семирамида Вавилонская, от которой осталось много сооружений в Азии. Но она построила его не в честь Геры, а в честь своей матери Деркету. Я видел в Финикии изображение этой Деркету — странное зрелище: верхняя часть представляет собою женское туловище, тогда как нижняя, от бедер до ног, сделана в виде рыбьего хвоста. Но изображение Деркету, находящееся в Гелиополе, выполнено целиком в виде женщины. Основания для этого предания не вполне ясны: жители Гелиополя считают рыб священными и никогда к ним не прикасаются; птиц они едят всех и не употребляют в пищу только голубя, так как его они считают священным. По-видимому, это делается ради Деркету и Семирамиды, так как Деркету имеет форму рыбы, а Семирамида под конец своей жизни превратилась в голубя. Я охотно соглашаюсь, что храм этот сооружен Семирамидою; но мне не верится, чтобы он был посвящен Деркету: ведь и некоторые египтяне не едят рыбы, однако они делают это вовсе не в угоду Деркету.

15. Существует и другое священное предание, я слышал его от одного мудрого мужа, — а именно: богиня — Рея, а храм — произведение Аттиса. Аттис был родом из Лидии и первый научил людей справлять оргии в честь Реи; и всё, что совершают на этих оргиях фригийцы, лидийцы и самофракийцы, они узнали от Аттиса. Когда Рея оскопила Аттиса, он перестал быть мужчиной, стал похож на женщину, одевался в женскую одежду и, скитаясь по всей земле, справлял оргии, рассказывая о постигшей его участи и воспевая Рею. Между прочим побывал он и в Сирии, и так как живущие по ту сторону Евфрата не оказали ему должного гостеприимства и не приняли его оргий, то он основал святилище в Гелиополе. За достоверность этого предания говорит то, что изображение богини гелиопольского храма во многих отношениях похоже на Рею: богиню несут львы, в руках у нее — тимпан, на голове — башня; подобным образом Рею изображают лидийцы. Там же мудрый муж в подтверждение своего мнения указывал на галлов, которые служат в святилище и вовсе не в честь Геры изувечивают себя, а в честь Реи и в подражание Аттису.

Все это мне кажется довольно правдоподобным, хотя и не достоверным. Я знаю другую — гораздо более вероятную — причину этого оскопления.

16. Больше доверия внушает мне воззрение тех, которые, в согласии с эллинами, считают, что храм этот посвящен Гере и воздвигнут Дионисом, сыном Семелы; действительно, Дионис по дороге в Эфиопию проходил и через Сирию. Да и в самом святилище многое указывает на то, что строителем был Дионис; так, например, варварские одеяния, индийские камни и клыки слонов, принесенные Дионисом из Эфиопии. Наконец, в пропилеях храма стоят два громадных фалла с надписью: «Я, Дионис посвятил эти фаллы Гере-мачехе». Мне кажется, что это достаточно подтверждает мое мнение. Расскажу ещё о другом, что находится в этом xpaмe и относится к служению Дионису. Это — фаллы, которые посвящаются Дионису эллинами и на которых обыкновенно помещают маленьких человечков из дерева, с большими фаллами, — фигурки эти называются «невроспастами». Кроме того, в правой стороне храма находится маленькое изображение человека из меди, с большим фаллом.

17. Вот что говорят о строении храма, как он возник и кто его соорудил.

Говорят, что в древности на месте современного храма стоял другой, впоследствии разрушенный временем. Нынешний же храм построен Стратоникой, женою ассирийского царя.

Мне кажется, это была та самая Стратоника, которую любил её пасынок, чья страсть была открыта проницательным врачом царя. Когда на юношу обрушилась эта беда, он, в безвыходном положении, подчинился тяжелому злу, молча заболел. Он лежал, не чувствуя никакой боли, но лицо его побледнело, а тело чахло день ото дня. Врач не видел никаких признаков болезни и догадался, что юноша болен от страсти. Затаенную же любовь можно распознать по слабости глаз, по голосу, цвету лица, слезам. Зная это, врач сделал следующее: положив правую руку на сердце юноши, он призывал по очереди всех домашних. Кто бы ни входил в комнату больного, он оставался спокоен; но лишь только вошла мачеха, он весь задрожал, покрылся потом, изменился в лице, и сердце его усиленно забилось. По этим признакам врач угадал тайную страсть юноши.

18. Его он излечил следующим образом. Врач позвал сильно встревоженного отца и сказал ему: «Твой сын страдает не от болезни, а от греховного чувства; он ничем не болен, но одержим безрассудной страстью. Страсть эта никогда не будет удовлетворена, так как он любит мою жену, которую я ни за что не отдам ему». Врач с умыслом придумал эту ложь.

Отец тотчас же стал просить его: «Ради мудрости твоей и ради врачебного искусства, не губи моего сына. Ведь не по собственному желанию подвергся он этому несчастию, — он не волен в своей болезни. Не навлекай же из ревности к нему горе на все царство и, будучи сам врачом, не губи его». Так говорил отец, не зная истины. «Ты совершишь беззаконие, — отвечал ему врач, — если отнимешь у меня жену и тем нанесешь обиду врачу. Как бы ты сам поступил, если бы сын твой полюбил твою жену? Ведь подобной жертвы требуешь ты от меня». Отец ему на это ответил, что он ни за что не оставил бы у себя жены, если бы ему пришлось из-за неё потерять сына, когда бы тот полюбил собственную мачеху; ибо далеко не одно и то же несчастье — потерять жену или сына. Услышав эти слова, врач сказал: «Не меня ты должен просить: ведь это твою жену он любит. То, что я говорил прежде, было лишь хитростью». Эти доводы убедили царя. Он отдал сыну и жену, и царство, а сам ушёл в Вавилонию; там он основал город, названный по его имени, где и скончался.

Вот что рассказывают о враче, который открыл любовь юноши и так искусно вылечил её.

19. Эта-то вот Стратоника, живя ещё с первым мужем увидела однажды во сне, что Гера даёт ей приказание построить в Гелиополе храм в её честь и угрожает в случае неповиновения страшными бедствиями. Стратоника сначала не обратила на это внимания, но когда её постигла тяжёлая болезнь, она рассказала свой сон мужу и, желая умилостивить Геру, дала обет выстроить ей храм. После этого она немедленно выздоровела, и муж послал её в Гелиополь. Он дал ей много денег на постройку и большой отряд войска для охраны. Признав к себе одного из своих друзей, очень красивого юношу по имени Комбаб, царь сказал ему: «За твою доблесть, Комбаб, я люблю тебя больше всех наших друзей и высоко ценю тебя за мудрость и привязанность к нам, которую ты всегда проявлял. Теперь мне нужна твоя верность, так как я хочу, чтобы ты сопровождал мою жену и вместо меня построил бы святилище и распоряжался войском. Когда ты вернёшься, ты будешь у нас в великом почёте». В ответ на это Комбаб стал умолять царя не посылать его, не поручать ему непосильного дела, не доверять ему жены и постройки святилища. Комбаб боялся этого поручения из-за того, чтобы впоследствии царь не стал ревновать его к Стратонике, которую он должен был сопровождать один.

20. Но так как царь был непреклонен, то Комбаб попросил отсрочки на семь дней, как бы для одного очень важного дела, после исполнения которого он мог бы свободно отправиться в путь. На эту просьбу он легко получил согласие царя. Придя домой, он бросился на землю и стал горько жаловаться: «О, я, несчастный! К чему мне это доверие? Зачем мне это путешествие, злополучный конец которого я предвижу? Ведь я молод, мне придётся сопровождать красивую женщину. Мне предстоят страшные несчастия, если только я не уничтожу самую возможность их возникновения. Я должен принести тяжелую жертву, которая вполне освободит меня от страха».

Решив так, Комбаб оскопил себя и отсеченную часть тела положил вместе с мирром, медом и другими благовониями в небольшой сосуд, приложив печать, которую всегда носил при себе. Потом он принялся лечить рану и вскоре оправился настолько, что был в состоянии предпринять путешествие. Тогда он пошёл во дворец и в присутствии многих дал царю сосуд и сказал: «Господин мой, этот драгоценный сосуд лежал у меня в доме, и он мне очень дорог. Теперь, отправляясь в далекий путь, я поручаю его тебе. Сохрани мне его в безопасном месте. Мне он дороже золота и милее жизни. Когда я вернусь, я хочу получить его целым и невредимым». Царь взял сосуд, запечатал его также и своей печатью и отдал на сохранение казначеям.

21. После этого Комбаб благополучно совершил путешествие и, прибыв в Гелиополь, усердно принялся за постройку храма. Дело это длилось три года, в течение которых и произошло то, чего опасался Комбаб. Стратоника, проводившая вместе с ним много времени, постепенно влюблялась в него, и в конце концов любовь эта превратилась в бешеную страсть. Жители Гелиополя говорят, что это произошло по воле Геры; она знала, что Комбаб чист, но хотела наказать Стратонику за то, что она неохотно обещала ей выстроить храм.

22. Сначала Стратоника держала себя благоразумно и скрывала свою болезнь. Но молчание увеличило её страдания; тогда она стала на виду у всех терзаться и плакать по целым дням. Она постоянно звала к себе Комбаба, который для неё сделался всем. Наконец, не зная, чем помочь своему горю, она начала искать благовидный предлог для признания. Боясь доверить свою любовь третьему лицу и стыдясь самой открыть своё чувство Комбабу, она задумала вступить с ним в разговор, опьянив себя вином, — ведь вместе с вином приходит откровенность, а неудача не будет постыдной, так как всё, сделанное в опьянении, забывается.

Как она задумала, так и сделала. Встав после обеда, она пошла в дом, где жил Комбаб, с мольбами охватила его колени и призналась в любви. Но он сурово выслушал её слова, отказал ей в просьбе и упрекнул её за опьянение. Тогда Стратоника стала угрожать, что наложит на себя руки. Комбаб в испуге рассказал ей о своём несчастье и открыл ей всю истину. Эта неожиданность успокоила страсть Стратоники, но любовь свою она не могла забыть. Проводя целые дни с Комбабом, она утешала этим своё безнадежное чувство.

Подобную же любовь и теперь ещё можно встретить в Гелиополе. Женщины страстно влюбляются в галлов, которые, в свою очередь, безумно к ним стремятся; такая любовь не вызывает ничьей ревности и почитается даже священною.

23. Однако то, что произошло в Гелиополе со Стратоникой, не осталось скрытым от царя. Многие, вернувшись домой, обвиняли её и рассказывали обо всем царю. Страдая от этого, царь ещё до окончания постройки отозвал Комбаба.

Другие рассказы об этом событии нельзя считать правдой. Стратоника будто бы, не достигшая того, к чему стремилась, сама написала мужу, обвиняла Комбаба в покушении на её честь. Рассказы эллинов о Сфенебее и Федре кносской ассирийцы относят к Стратонике. Я же сомневаюсь, чтобы Сфенебея или Федра могли так поступить, особенно если Федра действительно любила Ипполита. Впрочем, пусть всё будет так, как оно было.

24. Когда приказ царя пришёл в Гелиополь и Комбаб узнал причину своего отозвания, он спокойно отправился в путь, так как знал, что дома у него оставалось доказательство его правоты. Когда он явился к царю, то тотчас же был связан и взят под стражу. Потом царь созвал друзей, которые присутствовали при отправлении Комбаба, вывел последнего на середину и стал обвинять его в прелюбодеянии и распущенности. Горько жалуясь на злоупотребление доверием и дружбой, он упрекал его в трёх преступлениях: в совершении прелюбодеяния, в нарушении верности и в нечестии по отношению к божеству в то время, когда он строил храм. Многие из присутствующих свидетельствовали, что видели Стратонику и Комбаба в объятиях друг друга. Под конец всем было ясно, что Комбаб будет умерщвлён как совершивший преступление, наказуемое смертью.

25. До сих пор он стоял, не сказав ни одного слова. Но лишь только его повели на казнь, он заговорил и попросил вернуть ему его сосуд, добавив при этом, что царь убивает его не за своеволие и преступление по отношению к Стратонике, а лишь из желания овладеть тем, что Комбаб передал ему перед отправлением в путь. Тогда царь призвал казначеев и приказал им принести то, что они хранили. Когда принесли сосуд, Комбаб сломал печать и показал то, что в нем находилось. «Царь, — сказал он, — именно этого обвинения боялся я, когда ты посылал меня в путешествие. Я не хотел идти, но ты принудил меня, и потому я совершил над собой это насилие, которое должно было обеспечить честь моего господина, но которое было так тяжело для меня. Несправедливо поэтому обвинять меня в преступлении, совершить которое мог только мужчина».

Тогда царь обнял его и со слезами воскликнул: «О, Комбаб! Какой ужасный поступок ты совершил. Зачем ты, а не кто-нибудь другой нанёс себе это позорное увечье! О несчастный! Не могу же ведь я хвалить тебя за это. Лучше бы не было твоих страданий, лучше бы мне их не видеть. Ведь мне не надо было такого оправдания. Но если уж бог так судил, то пусть мщение постигнет клеветников. Они будут преданы казни; тебя же я осыплю дарами, ты получишь груды золота и серебра без счёта, ассирийские наряды, царских коней. Входи ко мне без доклада, никто тебе не запретит видеть меня, даже когда я возлежу с женой».

Как царь сказал, так и сделал. Доносчиков тотчас повели на казнь. Комбаб же получил богатые подарки и стал лучшим другом царя. Казалось, что никто в Ассирии не был равен ему по мудрости и богатству.

26. Когда же Комбаб пожелал достроить храм Геры, который он бросил неоконченным, царь тотчас отпустил его. По окончании постройки Комбаб остался на всю жизнь в Гелиополе. В награду за его доблесть и добрые дела царь разрешил Комбабу воздвигнуть себе в святилище статую; и до сих пор там стоит эта бронзовая статуя, работы Гермокла родосского, с телом как бы женщины, но в мужской одежде. Говорят, что самые близкие друзья Комбаба из сочувствия к его горю захотели разделить с ним его участь. Они подвергли себя тому же увечью и вели одинаковый с ним образ жизни. Другие же объясняют их поступок участием богов: они говорят, что Гера полюбила Комбаба и, чтобы не оставлять его одиноким в горе, внушила многим желание последовать его примеру.

27. Вскоре это вошло в обычай, который сохранился и до наших дней. Каждый год многие оскопляют себя и становятся похожими на женщин, желая этим утешить Комбаба или умилостивить Геру. Они никогда не надевают мужской одежды, но носят женское платье и исполняют женские работы. Я слышал, что и этот обычай следует приписать Комбабу. С ним однажды случилось следующее. Прибывшая на праздник чужестранка увидела его в мужской одежде и, пораженная его красотой, страстно в него влюбилась. Но, узнав об его увечье, она с горя покончила с собой. После этого случая Комбаб, убедившись, что в делах Афродиты его преследуют несчастья, решил одеваться в женскую одежду, чтобы никогда больше не вводить женщин в заблуждение. По той же причине и галлы не носят мужской одежды.

Это все, что я хотел рассказать о Комбабе. О галлах я упомяну далее, когда буду говорить об их оскоплении и о том, как они его совершают, каким образом их хоронят и почему они не входят в храм. Но сначала я хочу рассказать о расположении и величине храма.

28. Воздвигнутый на холме, который находится в самой середине города, храм Геры окружен двойными стенами, из которых одна сооружена в древности, а другая — незадолго до нашего времени. Пропилеи храма повернуты в сторону северного ветра, высота их около ста саженей. В этих-то пропилеях и стоят фаллы высотой в тридцать саженей, сооруженные Дионисом. На один из этих фаллов два раза в год влезает человек и остается на его вершине в течение семи дней. Большинство объясняет такой обычай тем, что этот человек со своей высоты вступает в близкое общение с богами и испрашивает у них блага для всей Сирии. Благодаря этому боги внимают его мольбам с более близкого расстояния. Другие же думают, что это делается в честь Девкалиона и в память о потопе, когда люди спасались от воды на горах и на вершинах деревьев. Мне это последнее представляется мало вероятным; я думаю, что и этот обряд совершается в честь Диониса. Мое мнение подтверждается тем, что при посвящении фаллов Дионису, как известно, ставят на них человеческие фигурки из дерева; зачем это делается, я не могу объяснить, но мне кажется, что человек, влезающий на фалл, подражает этим деревянным человечкам.

29. Взбирается же этот человек следующим образом. Обвязав себя и фалл небольшой веревкой, он постепенно поднимается по выступам фалла, на которые легко можно опереться кончиком ноги. По мере того как человек поднимается, он подтягивает к себе с обеих сторон веревку вроде того, как это делают возницы, натягивая вожжи. Если же кто-нибудь не видел, как это делается, но видел людей, влезающих на пальмы в Аравии, Египте или в другой стране, тот поймет, о чем я говорю. Поднявшись наверх, человек спускает вниз другую, длинную веревку, заранее припасенную, и на ней подтягивает всё, что ему нужно: дерево, одежды, орудия. С их помощью он устраивает себе шалаш, где и сидит, оставаясь на фалле в течение семи дней. Многие приносят ему золото, серебро и медь, оставляют их в ящике неподалеку от него и, сказав своё имя, уходят. Человек, стоящий внизу, сообщает имена жертвующих верхнему, и тот творит за каждого молитву. Молясь, он ударяет в медный инструмент; приведенный в движение, он издает громкий и резкий звук. Человек этот совсем не спит; если же дремота одолеет его, то к нему влезает скорпион, пробуждает его и причиняет ему нестерпимую боль, — и это ему наказание за сон. Вот какое святое и благочестивое предание существует о скорпионе, но насколько оно достоверно, я не могу сказать. Мне лично кажется, что этому человеку мешает заснуть главным образом страх перед падением. Но довольно о людях, влезающих на фалл.

Гераион -Heraion —дорический храм Геры-Hera. 550-гг. до-н.э. Пестум. Италия.

30. Храм Геры обращён в сторону восходящего солнца. По своим формам и по роду постройки он похож на храмы в Ионии. На две сажени от земли возвышается площадка, на которой стоит самый храм. К нему ведёт неширокая лестница, сделанная из камня. Входящего в храм прежде всего сильно поражает переднее помещение, снабженное золотыми дверьми. Внутри весь храм сверкает золотом, и даже потолок весь золотой. Пахнет здесь тонким ароматом, подобным тому, которым, говорят, насыщена вся Аравия. Уже издали навстречу струится дивное благоухание, и даже по выходе из храма оно не покидает посетителя, пропитывая насквозь одежду, и ты всегда будешь его помнить.

31. Внутренность храма не состоит из одного помещения, но в нём сделано особое отделение. Вход в это отделение невелик; он не закрывается дверьми и постоянно остается открытым. В самый храм все могут входить, тогда как отдельное помещение доступно только жрецам, да и то не всем, а лишь особенно близким к богам и заведующим богослужением. В храме находятся изображения Геры и Зевса; последнего, однако, здесь зовут другим именем. Оба изображения сделаны из золота, причём Геру несут львы, а Зевс восседает на быках. Бог всеми своими чертами напоминает Зевса: и головой, и одеждой, и троном. Его нельзя, даже при желании, спутать с другим богом.

32. Гера же, если её внимательно рассматривать, представляет многообразный вид. В общем она всё же напоминает Геру, хотя у неё и есть и от Афины, и от Афродиты, и от Селены, и от Реи, и от Артемиды, и от Немезиды, и от Мойр. В одной руке Гера держит скипетр, в другой — веретено. На голове её, украшенной лучами, находится башня и повязка, — последней украшают лишь Афродиту-Уранию; изображение выложено золотом и украшено драгоценными камнями. Одни из них светлы и прозрачны, как вода, другие искрятся подобно вину, а третьи горят как огонь. Среди них много сердоликов, гиацинтов и смарагдов, принесенных египтянами, индийцами, эфиопами, мидянами, армянами и вавилонянами.

Несколько подробнее стоит остановиться на камне, который находится на голове Геры. Его зовут «светочем», и это имя вполне соответствует действию, производимому им: ночью он светит так ярко, что освещает собой весь храм как бы множеством светильников. Днём, когда этот свет ослабевает, камень по внешнему виду становится похож на огонь. Изображение Геры обладает ещё и другим чудесным свойством: когда стоишь перед ней; то кажется, что она смотрит прямо на тебя, но и когда ты отойдешь, её взгляд следует за собой. Если же кто другой посмотрит на изображение, хотя бы и с иного места, — то же повторяется и с ним.

33. Между обоими изображениями стоит другая золотая статуя, ничем не похожая на них. Собственного вида она не имеет и свои черты заимствует у прочих богов. Ассирийцы зовут её «знаменьем», не прибавляя никакого собственного имени. Они не объясняют ни её происхождения, ни странности её внешнего вида. Одни сближают её с Дионисом, другие с Девкалионом, а третьи даже с Семирамидой, ибо, действительно, на голове статуи находится золотой голубь. Поэтому-то и говорят, что «знаменье» есть указание на Семирамиду. Дважды в год изображение это носят к морю за водой, о котором я уже говорил.

34. В самом храме, влево от входа, стоит прежде всего трон Гелиоса, но самого бога на нём нет. Вообще ни Гелиос, ни Селена не имеют своих изображений в храме. Мне удалось узнать причину этого. Здесь считают, что создавать изображения всех других богов благочестиво, так как не всякий может их лицезреть, тогда как Гелиос и Селена непосредственно знакомы и видимы всем. Для чего же делать изображение богов, видимых в воздухе?

35. Дальше за троном находится статуя Аполлона, далеко не обычного вида: на всех изображениях Аполлон представляется обычно в образе совсем молодого юноши. Только здесь, в Сирии, его изображают бородатым и очень гордятся этим, порицая эллинов и других, которые думают угодить Аполлону, изображая его в виде мальчика. Причина в этом следующая: по их мнению, неразумно делать изображения богов несовершенными; молодость же они считают несовершенством. Сверх того в их изображении Аполлона видна и другая особенность: только они представили его одетым.

36. Об этом изображении Аполлона я мог бы сказать ещё много, но предпочитаю перейти к более замечательному. Прежде всего я расскажу об оракуле. Много есть оракулов у эллинов, много и у египтян, а также в Ливии и в Азии. Но все эти оракулы дают свои предсказания через жрецов и прорицателей. Местный же Аполлон двигается и даёт предсказания сам. Происходит это следующим образом. Когда Аполлон желает давать прорицания, он начинает двигаться на троне. Жрецы тотчас поднимают его. Если они этого почему-либо не делают, то он начинает потеть и двигаться ещё сильнее. В то время как жрецы несут на себе Аполлона, он сам ведёт их, поворачивается то в ту, то в другую сторону и переходит с рук на руки. Наконец навстречу Аполлону выступает старший жрец и задает ему всевозможные вопросы. Если бог не соглашается с чем-либо, то двигается назад, если же, напротив, одобряет, то подобно вознице, гонит несущих его вперед. Таким образом получают предсказания от бога, и без них не предпринимается ни одного священного или светского дела. Аполлон даёт также прорицания на целый год и на отдельные времена года, хотя бы и не вопрошали об этом. Равным образом он указывает время, когда «знаменье» должно начать странствовать, — о странствии я уже говорил.

37. Опишу теперь один случай, который произошёл при мне. По обычаю, подняв бога Аполлона, жрецы несли его. Он же, оставив их на земле, отделился и сам поднялся на воздух.

38. Рядом со статуей Аполлона стоит изображение Атланта, далее следуют статуи Гермеса и Илифии.

39. Таково внутреннее украшение храма.

Вне храма находится бронзовый алтарь, на котором стоят десятки тысяч бронзовых изображений царей и жрецов. Я перечислю только самые любопытные из них. Влево от храма стоит изображение Семирамиды, указывающей правой рукой на храм. Поставлено это изображение по следующей причине. Однажды Семирамида издала закон, по которому все люди, населяющие Сирию, должны почитать её как богиню, презрев всех богов и даже Геру. Согласно с этим они и поступили. Тогда боги наслали на Семирамиду болезнь, несчастья и страданья, которые заставили Семирамиду отказаться от её безумного решения; царица признала себя смертной, а подданным приказала снова почитать Геру. Поэтому-то Семирамиду изобразили в таком виде, указывающей приходящим в храм, что следует чтить Геру, и что царица считает богиней её, а не себя.

40. Там же я видел изображения Елены, Гекубы, Андромахи, Париса, Гектора и Ахилла. Видел, далее, изображение Нирея — сына Аглаи, Филомелу и Прокну в образе женщин, а Терея в виде птицы; видел также другие изображение Семирамиды, Комбаба, о котором я уже говорил, прекрасное изображение Стратоники и Александра, очень похожего на него. Рядом с последним стоит Сарданапал, отличаясь и видом, и одеждой.

41. Во дворе храма Геры пасутся на свободе крупные быки, кони, орлы, медведи и львы, — они никогда не причиняют вреда людям, так как все они приручены и посвящены богам.

42. При них состоит много жрецов, из которых одни закалывают жертвенных животных, другие совершают возлияния, третьих зовут огненосцами, некоторых — алтарниками. При мне во время жертвоприношений было свыше трехсот жрецов. Одежда у них белая, на голове — войлочная шляпа. Главный жрец меняется ежегодно; только он один носит пурпурное платье и золотую тиару.

43. Сверх того при храме имеется ещё множество священнослужителей, флейтистов, свирельщиков, галлов, исступленных и поврежденных разумом женщин.

44. Жертвоприношения совершаются два раза в день; при них все могут присутствовать. Зевсу приносят жертвы в безмолвии, без пенья и игры на флейтах, а при служении Гере поют, играют на флейтах и щёлкают кроталами. Относительно этого мне никто не мог сказать ничего ясного.

45. Есть там и озеро неподалеку от святилища; в нём прикармливают много рыб самых разнообразных пород. Некоторые из них вырастают до очень больших размеров. Все рыбы имеют имена и приплывают на зов. При мне у одной из них было украшение, прикрепленное к плавнику. Я часто видел её с этим украшением.

46. Глубина озера очень значительна. Сам я его не измерял, но, говорят, в нём более двухсот саженей глубины. Посредине озера возвышается каменный алтарь. На первый взгляд кажется, будто он плавает и двигается на воде, и многие этому верят. Мне же представляется, что алтарь просто стоит на большом, поддерживающем его столбе. Алтарь всегда украшен венками и покрыт курильницами. Каждый день много украшенных венками людей направляется к нему вплавь, по обету.

47. На озере происходят большие празднества, которые называются «Спуском к озеру», так как во время них все священные изображения спускаются к озеру. Первой приходит Гера, чтобы Зевс не увидел рыб раньше её; если бы это случилось, то, говорят, погибли бы все рыбы. Затем спускается Зевс, тоже чтобы посмотреть на рыб, но Гера становится перед ним, удерживая его, и мольбами склоняет удалиться.

48. Наиболее торжественные празднества справляются у моря. Но о них я не могу сказать ничего определенного, так как сам я никогда не ходил к морю и не участвовал в шествии. Всё же, что совершается при возвращении с моря, я видел и могу описать. Все участники шествия несут сосуды с водою, запечатанные воском. Сами они их не открывают, а делает это священный петух, живущий у озера. Он принимает сосуды, осматривает печати и, взимая плату, развязывает веревки и снимает восковую печать. Петуху за эту работу достается много денег. После этого принесшие сосуды относят их в храм, где совершают возлияния и жертвоприношения, после чего возвращаются обратно.

49. Но самый большой среди известных мне праздников справляется в начале весны. Одни зовут его «Костром», другие «Светочем». Жертвоприношение тогда совершается следующим образом. Срубаются большие деревья и складываются в костер во дворе храма; затем пригоняют коз, овец и других животных и вешают их живьем на срубленные деревья; сюда же помещают птиц, платья, золотые и серебряные вещи. Когда все готово, вокруг сложенного костра обносят священные изображения, после чего в костер бросают огонь, и тотчас все загорается. На это празднество стекается множество народа из Сирии и соседних стран; каждый несёт с собою свои священные предметы, и каждый имеет отличительные значки, изготовленные для этого.

50. В установленные дни толпа собирается в святилище, чтобы присутствовать при оргиях: множество галлов и священнослужителей, которых я уже назвал, справляют оргии, причем режут себе руки и бьют друг друга по спинам. Находящиеся тут же многочисленные музыканты играют на флейтах, бьют в тимпаны и поют боговдохновенные священные песни. Всё это происходит вне храма, и никто из участников оргий в него не вступает.

51. В эти дни многие становятся галлами. В то время, как одни играют на флейтах и справляют оргии, на многих уже находит безумие, и, хотя пришли они сюда только как на зрелище, начинают делать следующее, расскажу и о том, что они делают: юноша, которому надлежит совершить это, с громким криком сбрасывает свои одежды, выходит на середину и выхватывает меч; мечи эти постоянно находятся там, как я думаю, для этих целей. Оскопив себя мечом, юноша носится по всему городу, держа в руках то, что он отсек. И в какой бы дом он ни забросил это, оттуда он получает женские одежды и украшения. Вот всё, что совершается во время оскопления.

52. Галлов хоронят не как обыкновенных людей. Если умирает галл, товарищи его относят за город. Положив его там вместе с носилками, на которых его принесли, они бросают на него камни, после чего возвращаются назад. От посещения храма они воздерживаются в течение семи дней; если бы они пришли в храм до установленного срока, то совершили бы бесчестие

53. При подобных обстоятельствах они руководствуются следующими правилами: если кто-либо из галлов видел покойника, он не должен входить в этот день в святилище; на следующий день он может вернуться туда, но лишь после очищения. Родственники умершего строго соблюдают это запрещение в течение тридцати дней; прежде чем войти в святилище, они должны обрить себе головы, ибо в противном случае вход в храм был бы нечестием.

54. В жертву приносятся быки, коровы, козы и овцы, только свиньи считаются нечистыми: их не приносят в жертву и не употребляют в пищу, но другие почитают их не только чистыми, но и священными. Из птиц самым священным считается голубь; к нему запрещено прикасаться, а если кто тронет его, хотя бы случайно, тот на этот день делается нечистым. Поэтому голуби живут вместе с людьми, влетают в их дома и водятся в Сирии в огромном количестве.

55. Я расскажу ещё о том, что делают посетители празднеств. Когда человек приходит в Гелиополь, он прежде всего бреет себе волосы и брови и, принося в жертву овцу, отделяет мясо и вкушает от него. Затем, разостлав на земле шкуру овцы, он становится на неё на колени и поднимает над своей головой ноги и голову овцы. В то же время он молится и просит богов милостиво принять его жертву, обещая в следующий раз принести большую. Сотворив обет, паломник кладет себе на голову венок, причём увенчивает также и всех тех, кто прибыл вместе с ним. С самого начала в дороге он пользуется для омовения и питья только холодной водою и спит всегда на земле, так как нечестиво для него спать на ложе прежде, чем он окончит своё паломничество и вернётся обратно домой.

56. В Гелиополе паломник останавливается у незнакомого ему лично хозяина. В Гелиополе для каждого города имеются определенные странноприимные дома, где останавливаются паломники в зависимости от их происхождения из того или иного города. Ассирийцы зовут этих хозяев «наставниками», так как они дают чужестранцам все нужные указания.

57. Приносят жертву вновь прибывшие не в самом святилище: они ставят жертвенное животное у алтаря и совершают только возлияние. Затем уводят жертву домой, где закалывают её и молятся.

58. Есть ещё и другой обряд жертвоприношения. Он состоит в следующем: увенчав животное, сбрасывают его живьем вниз из пропилеи, так что оно умирает при падении. Некоторые бросают вниз своих детей, но поступают при этом несколько иначе, чем с животными: посадив детей в мешок, они приводят их в храм за руку; дорогою детей ругают и твердят, что это не дети, а быки.

59. Все здесь покрывают себя уколами: одни — руки, другие — шею. Вот почему ассирийцы имеют на своем теле следы уколов.

60. Существует у них ещё один обычай, который из всех эллинов соблюдают одни только трезенцы. Расскажу теперь о том, что они делают. Трезенцы некогда установили закон для девушек и юношей, чтобы они вступали в брак не прежде, чем остригут себе волосы для Ипполита. Так они поступают. Этот обычай существует и в Гелиополе. Юноши посвящают божеству свой первый пушок на лице, а девушкам со дня рождения отпускают волосы и считают их священными. Впоследствии, придя в святилище, они срезают несколько прядей своих волос, кладут их в серебряный сосуд, а часто и в золотой, и гвоздями прикрепляют его в храме. Затем, написав на сосуде имя, уходят.

Я также сделал это, будучи ещё молодым, и до сих пор в храме находятся мои волосы и мое имя.

Азартная игра Ахиллеса и Айякса
Секрет русской матрёшки и египетского канопа.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*