Четверг , 19 Апрель 2018
Домой / Мир средневековья / Готы — участники варварских вторжений в Римскую империю

Готы — участники варварских вторжений в Римскую империю

История передвижений готов в III веке тесно связана с участием их в морских и сухопутных походах. В историографии этому вопросу уделялось немалое внимание. Одни исследователи отстаивали тезис о руководящей роли готов, представляя их в качестве организаторов (führende Stamme) и инициаторов (Tonangebende) вторжения в Римскую империю. Обосновывалась и точка зрения о значительной роли в походах III века причерноморских и примеотийских племён.

По поводу участия готов в тех или иных походах среди исследователей имеются разногласия. Во многом они объясняются особенностями источниковедческой базы, в первую очередь наличием в источниках смешения «готов» со «скифами». Позиция исследователя зачастую определяется тем, как он раскрывает этникон «скифы» в сочинениях того или иного автора. Поэтому некоторые исследователи относят все «скифские» походы III века к готам. Однако давно отмечено также и то, что «скифы» в сочинениях III—IV вв. — понятие собирательное и что древние авторы, следуя античным штампам, называли этим именем не только одних готов, но и ряд других варварских племён. Однако далеко не всегда даже у одного и того же автора в разных частях его сочинения принцип смешения «готов» со «скифами» совпадает. Лишь в отдельных ситуациях можно говорить о равнозначности этих понятий.

Необходимо принимать во внимание также направление походов, их географию, этнический состав варваров, что даёт возможность судить о передвижениях готов III веке. Благодаря работам А.M. Ременникова мы имеем общую картину варварских походов III века. Это избавляет от необходимости подробно останавливаться на проблемах датировки и самом ходе военных действий, стратегии и тактике вторгавшихся варваров.

Представляется целесообразным попытаться определить роль и участие в этих походах готов. Одно из первых вторжений в правобережные провинции Дуная связано с возможным участием готов в «скифской» войне 232—238 гг., единственным косвенным подтверждением которого является фрагмент из сочинения Петра Патрикия. Он сообщает: «…народ карпы, завидуя, что готы получали ежегодно от римлян дань, отправили послов к Тулию Менофилу (наместнику Нижней Мёзии. — В.Б.) и с дерзостью требовали денег», ссылаясь на то, что они якобы храбрее готов.

Судя по отрывку из текста Дексиппа, готы могли принимать участие в «скифской» войне лишь нa заключительном её этапе, во время правления римского императора Марка Клодия Пупиена и его соправителя Бальбина — в 238 году.  Дексипп сообщает: «При них карпы сражались с мисийцами, и в то же время началась скифская война и была разорена Истрия». На основании столь скудных свидетельств практически невозможно высказать какое-либо предположение по поводу конкретных действий и значительности участия готов в этой войне. Но очевидно, что если в некоторых случаях можно назвать районы расселения готов, то не всегда имеются достаточные основания говорить об их политической гегемонии в это время в левобережных областях Нижнего Дуная.

Из сообщения Петра Патрикия мы узнаем о попытке со стороны римской империи вызвать враждебные отношения между карпами и готами, что имело смысл в том случае, если речь шла о соседствующих племенах, когда совпадали районы их вторжения в империю. Поэтому можно считать, что в «скифской» войне 232—238 гг. участвовали придунайские готы (везеготы). После 238 года именно везеготы выступают во вспомогательных войсках римской империи. В 242 году при императоре Гордиане III (238—244) придунайские готы (везеготы) входят в состав римских войск, направленных на борьбу с персами.

О следующем вторжении готов в Нижнюю Мёзию в  248 году сообщает лишь Иордан и относит его к концу правления римского императора Филиппа (244—249 г.г.). Дексипп повествует об осаде Маркианополя «скифами». По Иордану, это вторжение было организовано королем готов Остроготой (218—250 г.г.). В историографии «проблема Остроготы» сводится к следующим вопросам. Во-первых, был ли в действительности такой король у готов? Одни исследователи считают, что его имя вымышленное и что это предводитель везеготов Книва. Другие подчеркивают, что Острогота исторически реален. Во-вторых, если Острогота являлся реальной исторической фигурой, то в какое время он жил? К концу III века его деятельность относили Л. Шмидт и Г. Гутшмид. Некоторые исследователи считают, что Острогота был современником римского императора Филиппа (244—249 г.г.). В-третьих, являлся ли Острогота последним королем над всеми готами, т. е. до их разделения, как считал Р. Хахман, или первым королем остроготов, как утверждает вслед за Р. Венскусом X. Вольфрам? Р. Хахман полагает, что принадлежность Остроготы к Амалам остается неясной и что Аблабий называл его вождем всех готов. Лишь Кассиодор в силу известных политических причин акцентировал внимание на том, что Острогота господствовал только над частью готов (остроготов).

Союзниками Остроготы, кроме певкинов, тайфалов, вандалов-асдингов, были карпы, которые представили ему три тысячи воинов. Как полагает Е.Ч. Скржинская, король готов, чтобы лишить карпов самостоятельности в военных действиях, присоединил к ним некоторое количество воинов из своего племени и всех певкинов и поставил во главе этого крупного отряда двух вождей — своих соплеменников Аргаита и Гунтериха. Р. Кепке впервые высказал мнение, что биограф римского императора Гордиана (238—244 г.г.)  Капитолин соединил имена Аргаита и Гунтериха в одно имя Аргунт. По Капитолину, вторжение в римскую империю скифского царя Аргунта относится к 244 году. Однако ещё Л. Шмидт обратил внимание на то, что Капитолий ошибочно переносил поход Аргунта-Аргаита и Гунтериха на более раннее время. В результате этого похода была опустошена Мёзия и Фракия. Но так как упоминается лишь осада Маркианополя, то, вероятно, нападению подверглась не вся Мёзия, а только ее восточная часть и прилегающие к ней районы Фракии. Откуда было предпринято вторжение, Иордан не указывает, но говорит, что готы жили «в отдалении» (remoti) за Дунаем, «в своей стране» (in patria… versantur), т.е. не на землях римской империи. Он говорит об их переходе через Дунай, совершенном вброд (Danubium vadati). Состав участников вторжения даёт основания полагать, что поход 248 года был совершен придунайскими готами (везеготами), так как обычно объединения варварских племён для вторжения в земли римской империи формировались, как правило, из тех племён, районы расселения которых находились недалеко друг от друга. В составе участвовавших в походе 248 года нет ни одного племени, жившего восточнее Днестра, хотя Дексипп и называет участников набега «скифами».

К событиям 248 года в тексте Иордана примыкает рассказ о готских племенах, состоящих из двух ветвей. Иордан называет их «остроготы» и «везеготы». Однако эти племенные названия относятся ко времени самого Иордана, а не к III веку. Этниконы «остроготы» и «везеготы» появляются в древней историографии после того, как готы ушли из Северного Причерноморья и частично с Балкан, т.е. в V—VI вв., в период Вестготского и Остготского королевств в Западной Европе. У Поллиона, биографа императора Клавдия, мы встречаем лишь древние формы этих названий «визи» (Visi) и «австроготы» (Austrogoti).

Возникает вопрос: почему Иордан так упорно говорит о разделении готов именно после описания похода 248 года? С одной стороны, отмечая факт совершившегося разрыва, он подчеркивает превосходство остроготов. Оно состояло в том, что предводитель именно этого племени — Острогота возглавил поход 248 году. С другой стороны, Иордан, видимо, не располагал материалом, подтверждающим могущество остроготов в припонтийских областях, и, возможно, он сознательно переносит часть везеготской истории, в данном случае поход 248 года, к деятельности остроготов. До сих пор остается неясным, какой материал, кроме сочинения Кассиодора, об остроготах имел перед собой Иордан и насколько подробно он включил в свой труд тексты сочинений Кассиодора и Аблабия. Так, Э. Льонрот с сожалением констатирует факт невозможности установить более подробно, чем это уже сделано Р. Хахманом, какие именно сообщения из текста Аблабия о готах включил в своё сочинение Иордан.

ПОХОДЫ ГОТОВ НА БАЛКАНЫ И В МАЛУЮ АЗИЮ В III веке. 1 — разграбленные города: 2 — поход 258 г.,- 3 — поход 263 г.; 4 — поход 269 г.

Если считать достоверным сообщение Иордана о том, что готы уже в середине III века были разделены на остроготов и везеготов, то относительно участия их в походе 248 года можно высказать три предположения. Во-первых, если буквально следовать тексту Иордана, то в походе 248 г. участвовали обе ветви готов. Во-вторых, участниками похода наряду с везеготами могла быть только часть остроготов, т.е. грейтунги, которые находились территориально ближе к своим западным соплеменникам.

Остроготы в это время передвигаются в районе Меотиды, где совместно с племенем боранов принимают участие в набегах на малоазийские провинции римской империи. На мой взгляд, более вероятно третье предположение. В поход 248 года включились те готы, которые размещались западнее Днестра, т.е. везеготы и тервинги. Эти племена не идентичны. У древних авторов второй половины III—IV веков можно проследить различие между ними, хотя трудно установить, в чем оно состояло. Однако они называют эти племена рядом как существующие самостоятельно. Так, Поллион в биографии императора Клавдия сообщает: «...грутунги, австроготы, тервинги, визи… вступили в римские пределы» (…Gruthungi, Austrogoti, Tervingi, Visi… in Romanorum solum inruperunt). Мамертин в панегирике императору Максимиану прямо заявляет, что тервинги — это «другая часть готов» (Tervingi pars alia Gothorum).

В V веке Орозий писал, что «Дакия, где и Готия» (Dacia ubi et Gothia) — и что там живут тайфалы, виктуалы и тервинги. Описание Иорданом дальнейших событий позволяет уточнить, о каких именно готах идёт у него речь. Он пишет, что после похода 248 года готы ушли «в свои земли» (ad рrорrа), где находились вплоть до смерти Остроготы, т.е. до 250 г., а после того, как готы с добычей, вернулись в свои земли, на них напали гепиды, но готы их разбили. Иордан даёт два очень важных ориентира для определения района местожительства готов. Первый — послы гепидов искали Остроготу, «засевшего в горах, охваченного дикостью и чащей лесов». Следовательно, это не могло быть Северное Причерноморье. Второй — Иордан указывает, что сражение готов с гепидами произошло возле города Гальтиса, т.е. в южной части Семиградья, в верхнем течении Алуты (ныне р. Олт).

Свидетельства Иордана и Мамертина о времени этого столкновения отличаются противоречивостью. В литературе хронология и локализация битвы готов с гепидами различны. Л. Шмидт и X. Вольфрам относят её к 290 году. С. Кауфман считает, что это столкновение произошло в 268 году около города Гальтиса. К. Дикулеску высказывал мнение о двух сражениях: одно в 262 года у Гальтиса, второе (место он не указывает) — в 290 году. Интересные замечания по поводу сообщения Иордана о сражении готов с гепидами высказывает Р. Хахман. Он полагает, что это свидетельство исходит от везеготского историка Аблабия, который основывался на «готских песнях», а также сочинениях Дексиппа и Аммиана Марцеллина. Не представляется достаточно убедительным мнение К. Хоредта и X. Вольфрама, что гото-гепидский конфликт произошёл не в Семиградье, а на среднем или верхнем течении Прута у Оппидума. Я присоединяюсь к версии А.М. Ременникова, который отмечал, что римские авторы всё же относили борьбу готов с гепидами к более позднему времени, т.е. к концу II веку. Но даже при такой поздней датировке сражения возможность расселения остроготов в III веке в Семиградье вызывает сомнения. Именно поэтому, очевидно, Е.Ч. Скржинская считала, что путь готов, двигавшихся с севера и сражавшихся с гепидами в Семиградье, неясен.

Более вероятно, что с гепидами сражались не остроготы, а везеготы, так как именно между этими племенами в конце III века шла борьба за продвижение к Дунаю. Везеготы и гепиды соперничали в захвате территорий, удобных для заселения и нападений на провинции империи. Заслуживает внимания и то сообщение Иордана, когда он говорит, предваряя рассказ о походе 248 года под руководством Остроготы, что «под его (Остроготы. — В.Б.) десницей нередко лежал вандал, принужден был к дани маркоманн, были обращены в бегство цари квадов». Как могли сложиться подобные отношения между остроготами, жившими в области Мотиды, и племенами, закрепившимися на Среднем Дунае? Только в том случае, вероятно, если с гепидами конфликтовали везеготы.

По всей вероятности, в походе 248 года участвовали везеготы, занимающие в это время области за Истром. Как сообщает Иордан, везеготы уже тогда были федератами римской империи. И естественно, как федераты, должны были находиться недалеко от её границ. В письменных источниках имеются сведения о походе 251 года, который был осуществлен союзом племён, так как его участники именуются у Иордана «готами», у Лактанция «карпами» и «скифами» у Зосима.

В сделанной Георгием Синкеллом выписке из труда Дексиппа речь идёт о «скифах, называемых готами» (Σκύθαι. . . λεγόμενοι Γότθοι). Поход возглавил король везеготов Книва, наследовавший власть над ними после смерти Остроготы и идентичный с Овидой, как считает А. Гутшмид. Он отождествлял Книву (Овиду?) также с «Gothorum dux Cannabas sive Cannabaudes».

Известно, что генеалогия Балтов содержит исторически более реальные лица, нежели у Амалов. Для III века  генеалогии Балтов Нидада и Овида, в IV веке это вожди готов—федератов императора Константина. Это и Геберих, внук Книвы, который в 30-е годы IV века победил вандалов-асдингов во главе с королем Визимиром на реке Маризии. Иордан рассказывает, что вождь готов Книва перед началом похода разделил войско (exercitum) на две части (duas partes). Как известно, в условиях военной демократии разделение войска было равнозначно расчленению племени, ибо последнее представляло собой ядро боеспособных мужчин, за которыми двигались женщины и дети. Участвовавшие в этом походе готы прошли следующие районы: Книва появился около города Новы (ныне Свиштов) на правом берегу Дуная, затем он двинулся к Никополю. Избегая встречи с римским императором Децием (249—251 г.г.), Книва отошёл к югу, перешел Гем (Балканы) и приблизился к Филиппополю. Вслед за Книвой перешёл Гем и римский император Деций и оказался близ города Берои (ныне Стара-Загора). Здесь на римскую армию напал Книва и совершенно разбил её. Деций отступил, перейдя Гем, в Мёзию, а Книва после длительной осады ворвался в Филиппополь. Указание источников на сражение под Абриттом, где погиб император Деций и его старший сын, к сожалению, не даёт представления о месте расселения за Истром везеготов, отступавших после вторжения в империю в 251 году.

И Дексипп, и Зосим говорят здесь о «скифах» как о племенах, выступавших из земель Скифии. Причём под ней подразумевается не какая-либо конкретная территория, а вообще «варварская» земля, не относящаяся к римской империи, как противопоставление nostrum solum. По сообщению Дексиппа, к Абритту отступали именно те скифы, которые осаждали Филиппополь. Для Зосима это скифы, которые «стали опустошать разные местности во Фракии» (διαβάντες έληίζοντο τα περί την Θρά- κην)46. И в том и в другом случае «скифы» — это собирательное название всех участников похода 251 года. В ряде источников место финального сражения римлян с вторгшимися варварами переносится на территорию за Истром, как и гибель Деция in solo barbarico, trans Danubium. Однако историческая битва как финал похода 251 года произошла именно под Абриттом, согласно современникам этих событий Дексиппу и Иордану. Античные авторы не дают точной локализации этого города, сообщая лишь, что он находился в Нижней Мёзии, А.М. Ременников переносит его в область Добруджи. Вслед за А. Альфёльди X. Вольфрам отождествлял Абритт с современным Гисарлаком возле Разграда на территории Болгарии. Важно особо отметить, что Зосим связывает место гибели Деция с Танаисом, уточняя, что «в болотах Танаида погиб Деций, воюя со скифами». Поскольку, согласно античной и средневековой исторической традиции, топоним «Танаид» часто являлся именем нарицательным для любой реки и означал воду, поток, реку, ручей, можно предположить, что Зосим не ошибочно, а вполне обоснованно обозначал «Танаидом» ту обильную водой местность, где произошло сражение, т.е. район Нижнего Дуная.

Если передвижения везеготов в III веке частично отражены в источниках и их можно локализовать на Балканах, то из описаний древними морских рейдов варварских племен в области римской империи можно извлечь лишь очень незначительные данные. Давая общую характеристику варварским вторжениям 50—60-х годов III века, Зосим говорит, что «снова готы, бораны, уругунды и карпы стали опустошать европейские города… не оставили не опустошенной ни одной части Италии и Иллириды». Под европейскими городами имеются в виду населенные пункты наиболее восточной небольшой части диоцеза Фракии, которая была выделена в провинцию Европу. Хотя представление об Иллирике у древних авторов не всегда было отчётливым, однако в V веке у Зосима под Иллириком, вероятно, уже понимается диоцез, та восточная часть префектуры Италии, куда входило шесть провинций, в том числе Верхняя и Нижняя Паннония.

Эпиграфический материал подтвераздает продвижение в течение 256—258 гг. везеготов в район Нижней Паннонии. Фраза «Graecia, Macedonia, Pontus, Asiae vastata est per Gothos» (Греция, Македония, Понт и Азия опустошены готами) словно рефрен повторяется при описании варварских вторжений в империю Евсевием Кесарийским, Евтропием, Орозием, Иеронимом, Проспером.

Выяснение участия остроготов в морских и сухопутных походах III века представляет немалые трудности, так как в материалах письменных источников, относящихся ко второй половине III века, нарастает этническая путаница. Я опиралась на хронологию походов, разработанную А.М. Ременниковым в монографии «Борьба племён Северного Причерноморья с Римом в III веке». В последние годы возобновилась дискуссия о датировке морских и сухопутных вторжений готов в III веке Исследование М. Сэлэмона, основанное на сравнении греческой и римской письменной традиции, даёт некоторые новые подтверждения хронологии отдельных набегов.

РАЙОНЫ КОНЦЕНТРАЦИИ ГОТСКИХ ПЛЕМЕН У МЕОТИДЫ И ИХ ПОХОДЫ В IIΙ веке. 1 — поход 255 г. (256) г.; 2 — поход 257 г.; 3— поход 264 г.; 4 — поход 266 г.; 5 — поход 275 г.

Первый морской поход состоялся в 255 или 256 году. Единственный источник, который даёт достаточно подробное описание не только этого, но и следующего рейда, — это Зосим. Судя по его рассказу, оба были предприняты по восточному побережью Понта с целью грабежа. На судах, взятых у боспорян, участники вторжения направились к Путиунту (ныне Пицунда) и, разграбив его, возвратились обратно.

Вторая экспедиция в том же направлении была совершена в 257 году. Зосим сообщает, что были осаждены Фасис (ныне Рион), Питиунт, Трапезунт (ныне Трабзон). Племена, принявшие участие в этом походе, Зосим обозначает собирательным названием «скифы». Однако здесь же он упоминает племя боранов. Выводы А.М. Ременникова о руководящей роли боранов в этих двух набегах представляются более адекватными материалу письменных источников, чем традиционная точка зрения видеть в организаторах походов готов. Как готы, так и бораны для Зосима суть варвары-«скифы». Однако он ни слова не говорит не только о какой-либо инициативе со стороны готов, но даже не упоминает их в качестве рядовых участников рейда. Эта особенность сообщения Зосима постоянно игнорируется. Поскольку мы имеем не фрагментарные материалы, а полный текст сочинения, это даёт возможность проследить эволюцию интереса Зосима к этнографическим сведениям. Его данные о составе варварских коалиций, вторгавшихся в римскую империю, в ряде случаев трезвы и реалистичны. Как справедливо заметил Э. Кондураки, Зосим является для исследователей готской проблемы одним из лучших и важнейших источников.

Признать возможность участия остроготов в первых двух морских походах можно лишь в случае определения четких позиций по следующему вопросу: относится ли собирательное название «скифы» в рассказе Зосима только к боранам, или за ним скрываются и другие племена, в том числе и готы. Для ответа обратимся к каноническому посланию, написанному в 262 году Григорием Чудотворцем, епископом Неокесарии, к епископу Трапезунда. Варвары, вторгшиеся в римскую провинцию Понт, в этом послании называются «боранами» и «готами». Из этого следует, что в рассматриваемых фрагментах сочинения Зосима (I. 31—33) под «скифами», вероятно, подразумевались несколько племён, в том числе готы. Причём это могли быть только остроготы, а не везеготы, если учесть, что флот варваров отправлялся из устья Танаиса (Дона), то мы можем говорить о расселении остроготов в середине III века в примеотийских областях, видимо, по соседству с плеименем боранов.

Л. Шмидт размещал боранов на восточном берегу Меотиды. А.Д. Удальцов видел в боранах протославянское племя, идентифицировал их с «борусками» Птолемея и размещал в III веке по Днепру. А.М. Ременников полагает, что бораны то какое-то скифо-сармато-аланское племя. К скифо-сарматам относил боранов И.Ф. Альтхайм. Данные этнонимии письменных источников времени Великого переселения народов не дают оснований сделать какое-либо новое предположение относительно этнической принадлежности боранов.

В следующем походе 258 года, согласно единственному свидетельству — главы 34—35 первой книги «Новой истории» Зосима, — приняли участие «соседние скифы». Зосим сообщает, что поход довершался двумя отрядами: по суше и по морю. Варвары проследовали до Филеатинского озера, минуя устье Истра, города Томы (ныне Констанца) и Анхиал. У Филеатинского озера отряды объединились и дальше двигались по морю. Были разграблены Халкедон, Никомедия (ныне Измиу), совершен набег на Никею (ныне Изник), Киус, Апамею (ныне Мидик), Прусу (ныне Брусса). Река Риндак помешала грабежу Кизика, города близ южного берега Мраморного моря.

В рассказе Зосима о походе 258 года его участники как бы отделены от коалиции племен прежних двух походов: «Соседние скифы, увидев привезённые богатства, возымели желание совершить нечто подобное…» Вторгшихся в империю варваров Зосим называет также «скифами», но это «соседние», «пограничные» (όμοροΰντων) по отношению к тем «скифам», которые совершили первые два похода. Это позволяет предполагать, что Зосим имеет в виду некую новую коалицию варварских племен, базировавшуюся, скорее всего, западнее остроготов и боранов, и последние в представлении Зосима были их соседями, граничили с ними. Эти «соседние скифы» избрали другой путь и другие районы вторжения в малоазийские провинции римской империи. Объясняя причину этого, историк пишет: «Они не признали возможным совершить экспедицию одинаковым с боранами способом как продолжительную, трудную и по опустошенным уже местностям».

«Соседние скифы», видимо, имели представление о том, что путь по западному побережью Понта будет более коротким и сможет привести в Малую Азию, которая не подвергалась опустошению в предыдущих походах. Допустимо также предположение, что часть «соседних скифов» (племя или часть племени) уже ранее пыталась вторгаться в империю западным путём. Косвенным подтверждением этому служит более удачный, комбинированный характер экспедиции — по морю и по суше. Маршрут движения по Нижней Мёзии и Фракии до Филеатинского озера был известен, возможно, ранее, а морской способ передвижения «соседние скифы» вполне могли позаимствовать у боранов и остроготов, с которыми они несомненно были определенным образом связаны. Следует подчеркнуть, что нет ни одного письменного свидетельства, используя которое можно было хотя бы гипотетически идентифицировать «соседних скифов» Зосима с какой-либо частью готских племен.

Традиционная точка зрения приписывать поход 258 года остроготам основана на несколько упрощенном объяснении, что будто бы «скифы» в сочинении Зосима во всех случаях то же самое, что и готы. Сопоставляя этническую характеристику Зосимом участников разных походов (например: 256, 262, 269 гг.), можно сказать, что термин «скифы» действительно употребляется им в собирательном смысле, но по отношению к самым разным племенам, а не только и не всегда только к готам. Описание похода 258 года. является ярким примером его индифферентности к этнографической карте мира за римским лимесом. Лимес — укреплённый рубеж (вал, стена) со сторожевыми башнями, возведенный на границе Римской империи.

Следующее вторжение готов, видимо, поход везеготов в дунайские провинции —  относится к 262 г. В это же время были опустошены западные провинции римской империи нападением германских племён франков и аламанов. Источники не дают возможности выяснить подробности этого вторжения готов. Однако, по довольно скудным сообщениям Зосима и Поллиона, можно считать, что оно вновь создало напряженную обстановку в римской империи.

Зосим говорит, что «скифы, вступив в соглашение и сплотившись воедино из всякого племени и рода, одной частью своих войск опустошали Иллирию и разоряли в ней города, а другая часть заняла Италию и дошла до Рима».

В данном случае под «скифами» у Зосима подразумеваются аламаны, франки, готы. Поллион пишет, что «готы… захватив Фракию, опустошали Македонию, осадили Фессалоники». Об участии готов в морском походе 263 года сообщает только Иордан. Поллион именует его участников «скифами». По словам Иордана, готы под предводительством Респы, Ведука, Турвира пеереправились через Геллеспонтский пролив и перешли в Азию. Ими были опустошены города Халкедон, Троя, Анхиал.

В  Эфесе — древнем городе Карий на западном побережье Малой Азии, готы разрушили знаменитый храм Дианы Эфесской. Нагруженные добычей варвары «вернулись в свои места» (ad proprias sedes regressi). Откуда пришли эти племена и куда возвратились после, вторжения, источники не сообщают. Участвовали ли в этом походе остроготы или везеготы, также неясно, так как Поллион пишет об этом довольно неопределенно: «…скифы, то есть часть готов, опустошали Азию» (Scythae autem, hoc est pars Gothorum Asiam wastabant). Возможно, Поллион хотел сказать этим, что в набеге участвовала только часть готских племён. В таком случае он, скорее всего, исходил из областей Западного Причерноморья, и той частью готов, которая принимала в нём участие, могли быть грейтунги. Возможно и иное толкование этого текста. Под «скифами» Поллион мог подразумевать местные причерноморские племена, которые находились в союзе с готами и были названы по имени более известного римлянам врага, поэтому, может быть, и не случайны встречающиеся у Поллиона противопоставления: «напротив, скифы…» или «скифы же…» (Scythae autem).

Подтверждение или опровержение высказанного предположения связано с дальнейшим уточнением этимологии имён предводителей похода — Респы (Respa), Ведука (Veduc) и Тарвара (Tharuar). При толковании слов Поллиона необходимо учитывать, что «История Августов» составлялась в IV веке, когда римляне воспринимали готов как одно из варварских племён, поселившееся в провинциях империи. Среди них были и те, кто ранее жил за Истром, т.е. везеготы и остроготы, которые под натиском гуннов продвинулись к границам империи и нашли убежище на её землях. И возможно, в словах Поллиона заключался самый обыденный и понятный читателю IV века смысл: «скифы» — это та часть теперешних (т.е. IV века) готов, которая пришла для поселения в империю с востока. Другими словами, это грейтунги.

Остроготы не могли принять участие в походе 263 года, так как они вместе с другими примеотийскими племенами занимались подготовкой к вторжению 264 года, направленному в глубь восточных малоазийских провинций Вифинии, Каппадокии и Галатии. В историографии существует мнение, что поход 264 года в Каппадокию, Галатию и Вифинию был предпринят готами. Предметом дискуссии является вопрос о том, осгроготы или везеготы были участниками этого похода. Материалы источников не позволяют ответить на этот вопрос, как и определенно сказать, участвовали ли готы в этом походе вообще. Только два автора, Поллион и Филосторгий говорят о нём. И оба пишут о вторжении в Каппадокию «скифов». Раскрыть содержание этого этникона и уточнить стоящие за ним племена пока не представляется возможным. Единственная надпись того времени из Галатии говорит просто о «варварском нападении» (βαοοαρίκαι ε<ροδο). Не представляется возможным определить его исходный пункт и направление.

Поллион сообщает, что «скифы» продвигались с юго-востока на северо-запад: Каппадокия—Галатия—Вифиния. Подобный маршрут позволяет предположить, что поход был начат из областей Меотиды (Азовское моря), тем более что предыдущие морские набеги в восточные области Малой Азии предпринимались, как правило, с берегов Меотиды. Не исключено, что в числе участников похода 264 года были и остроготы.

Филосторгий даёт иную схему маршрута «скифов»: с запада на восток через Галатию и Каппадокию, т.е. с берегов Западного Причерноморья. К рассказу Филосторгия следует относиться с большей осторожностью, чем к сообщениям Поллиона. Для первого описание похода только повод, чтобы рассказать о происхождении везеготского епископа Ульфилы. Как известно, дед Ульфилы вместе с другими пленниками был захвачен варварами в Садагалтине (селение в Каппадокии). Отец его был везеготом, а мать — греко-каппадокийского происхождения. Сам же Ульфила родился в 311 году в районе к северу от Дуная. Это может свидетельствовать о том, что предки будущего епископа были вывезены как в Западное Причерноморье, так и в район Меотиды. Последнее было бы вполне возможно, если бы между остроготами и везеготами существовали более или менее постоянные контакты. Но говорить о них у нас нет оснований.

В 266 году вновь произошло вторжение в пределы империи в Вифинию, в район Гераклеи Понтийской (ныне Эрегли). Л. Шмидт, А. Альфельди, X. Вольфрам считают, что совершено оно готами. Однако единственные свидетельства об этом походе — беглая заметка Поллиона из жизнеописания римского императора Галлиена и небольшой отрывок из Георгия Синкелла — не рассеивают сомнений по этому поводу. И Поллион, и Синкелл называют вторгшихся на римскую территорию «скифами», причем Поллион говорит, что «скифы… оттуда вернулись с добычей (cum preda) в свою землю» (in solum рrорrium). Такая неопределенность выражений была характерна для древних авторов в том случае, когда они не представляли отчетливо этническую принадлежность варваров, и поэтому даже четко локализованные центры их зачастую подменяли определениями типа barbaricum, ad patrium solum, ad propria и им подобными.

Общим принципом описания военных конфликтов у римских и ранневизантийских писателей являлось изображение их по определенному образцу и выведение их почти всегда из стремлений вторгавшихся племён к грабежу. Отсюда частое применение Поллионом слова «добыча» (praeda). По свидетельству Зосима, варвары, выбирая район вторжения, руководствовались отчасти тем, где можно было больше награбить. Уже сама география набегов, особенно когда речь шла о малоазийских городах империи, преподносится Зосимом как пример грабительских устремлений варваров.

Основным источником, который даёт сведения о походе 267— 268 гг., является Дексипп. В известной его речи к гражданам Афин (на неё ссылаются почти все исследователи) содержатся сведения о нём. Осталась, однако, незамеченной важная, на мой взгляд, деталь в этой речи. Дексипп вообще не определяет по их этнической принадлежности варваров вторгшихся в империю в 267 году. Он употребляет общие слова: неприятели, варвары, враги. Зосим, описывая этот же поход, говорит о «скифах», Синкелл — о «гелурах», Поллион — о «скифах» и «готах». Остановлено, что все они пользовались сочинением Дексиппа, но, видимо, каждый из них по-своему представлял этнический состав варваров» его речи. Причина этого, возможно, кроется в том, что Поллион писал в IV веке, Зосим — в V веке, Синкелл — в VIII веке. Естественно, что для Поллиона «готы» были более знакомыми и серьезными врагами империи, чем для Синкелла. Не исключено, что какая-то часть остроготов из Меотиды могла быть вовлечена в этот поход гелурами.

По данным письменных источников, поход 267 года проходил следующим образом. Флот гелуров и остроготов двинулся из Меотиды в составе 500 судов и, пройдя Понт, вошёл в устье Истра — древнегреческое название нижнего течения реки Дунай с 8 века до н.э.; верхнее и среднее течение называли Данувием. Соединившись там с везеготами и подвергнув разорению ближайшие районы, варвары направились в район Боспора Фракийского, где состоялось их сражение с римскими войсками, возглавляемыми Венерианом. Потерпев поражение, варвары отступили, переправились через Боспор Фракийский, Пропонтиду (Мраморное море), опустошили Кизик, подвергли разгрому прибрежные районы провинции Азия, острова Скирос и Лемнос. Были захвачены Афины, Спарта, Коринф.

Все эти события Поллион описывает скупо и лаконично: «Затем готы опустошили Кизик и Азию, а потом и всю Ахайю». Когда варвары громил Грецию, у её берегов появилась римская эскадра во главе с Клеодамом и Афинеем. Флот варваров был уничтожен, часть их войска потерпела поражение и на суше. Германцам пришлось отступить на север через Беотию, Эпир и Македонию. На границе Македонии и Фракии произошло сражение с римскими войсками Галлиена (254—268 г.г.). Варвары были разгромлены и понесли многочисленные потери (по словам Поллиона, plurimos), Синкелл называет три тысячи человек. По сообщению Синкелла, это сражение произошло на пограничной реке Несте между провинциями Македонии и Фракии. Остатки варваров с боями продолжали отступать на север Фракии к Мёзии, а затем за Дунай. Поллион сообщает, что «скифы пыталпсь бежать через гору Гессак». Этот топоним не встречается ни в античных, ни в средневековых источниках. А.М. Ременников высказал предположение, что это могли быть Родопские горы. Отметим также, что сила и мощь вторгавшихся в империю германцев, в том числе и готов, выражается у римских и византийских писателей через преувеличение их численности. Если некоторые просто говорят о «многочисленных племенах готов», об их «множестве» и «несметных полчищах», то в ряде случаев в источниках встречаются даже конкретные цифры.

При описании похода 267 года у Поллиона и Зосима встречаем 320 тысяч, а у Дексиппа 300 тысяч варваров. Было бы неправомерно истолковывать эти данные как отражение реальной картины варварских вторжений. Скорее это гиперболы, показатель общего отношения к вторгавшимся племенам. Уже Г. Дельбрюк отмечал, что «римляне, так же как и греки, находились в отношении войск варваров под каким-то численным гипнозом». Прямолинейная трактовка некоторыми исследователями количественных данных источников приводила зачастую к преувеличению масштаба походов.

Таким образом, в походе 267—268 годов приняла участие группа племён. Вероятно, среди них были и везеготы. И вместе с племенем гелуров, которые выступают в источниках как организаторы этого похода, среди его участников могли находиться также и остроготы. В 269 году готы принимают участие в новом нападении на римскую империю, по характеру и масштабам отличавшемся от всех предыдущих.

Готы, видимо, были намерены поселиться на римской территории, так как вместе с воинами выступили в поход и их семьи. Коалиция племён состояла из певкинов, грейтунгов, австроготов, тервингов, визи, гепидов, герулов и загадочных celtae.

Поллион сообщает, что «различные скифские народности — певкины, грейтунги, австроготы, тервинги, визи, гепеды, а также кельты и эрулы, охваченные жаждой добычи, вторглись в римскую землю и произвели там большие опустошения…».  «…Scytharum diversi populi: Peucini, Greuthungi, Austrogothi, Tervingi, Visi, Gepedes, Celli etiam et Eruli praedae cupiditate in Romanum solum inruperunt atque illio pleraque vastarunt…»

В перечне «скифских», т.е. варварских, народов Поллион называет четыре племени готов: грейтунги, остроготы, тервинги, везеготы. Возможно, это были четыре самостоятельных отряда, представлявшие каждое из этих племён, которые, видимо, чем-то различались между собой, что не прошло мимо внимания Поллиона. Важно подчеркнуть и то, что именно в 269 году готы впервые выступают под всеми четырьмя названиями. До этого источники называли их «гетами», «скифами» или просто «готами».

На основании письменных источников представляется поход начался от устья Днестра. Варвары двигались по суше н по морю на двух тысячах судов. Их общая численность составляла, по Зосиму, 320 тысяч человек. Сухопутные войска двигались через Мёзию. Штурм городов Томы (около нынешней Констанцы) и Маркианополя закончился для  варваров неудачей. В то же время флот варваров шёл к Боспору Фракийскому. Попытка захватить Византии оказалась также безуспешной, но варвары взяли штурмом Кизик. Затем их флот вышел в Эгейское море и достиг Афона. После отдыха там варвары приступили к осаде Фессалоники (ныне Салоники) и Кассандрии. В то же время часть кораблей предприняла нападение на прибрежные районы Греции и Фессалии. Как говорит Зосим, «скифы… стали опустошать тамошние местности».

На помощь Фессалоннке и Кассандрии из Сирмия (ныне Сремска Митровица) двинулось войско во главе с императором Клавдием (268—270). Узнав о приближении римского войска,  готы сняли осаду и часть их двинулась на север. Сухопутный отряд варваров к этому времени уже, видимо, прошёл Мёзию и находился в западной части провинции Фракии. Для соединения с ним и двигалось всё войско от Фессалоники. По пути продвижения этого войска на север в Македонии на него напала конница далматов, в сражении с которой готы потеряли три тысячи человек.

Решающее сражение между римским войском и варварскими племенами произошло у города Наисса (ныне Ниш). Варвары потерпели поражение и отступили на юг в Македонию. Отступая, они несли тяжелые потери от преследовавших их римских войск, голода, холода и вспыхнувшей эпидемии чумы. Оставшиеся в живых были отброшены в горы Гема (Родопа).

В начале 270 года разбитые толпы варваров пробились на север и напали на Анхиал и Никополь. Другая их часть, не ушедшая на север после прекращения осады Фессалоники и Кассандрии, отправилась на кораблях к островам Родос, Кипр и Крит, осадила город Сиду и Памфилий. В нескольких морских сражениях она была разбита римским флотом. О походе варваров 269 года часто писали историки последующих веков, особенно IV веке, поскольку он был связан с военными и политическими успехами римских императоров Клавдия и Аврелиана. Интерес к этому походу сохранялся у историков Византийской империи, так как для неё отношения с готами были в течение нескольких веков важной проблемой внешнеполитической истории. Была, возможно, и ещё одна причина повышенного интереса историков к победам императора Клавдия.

После сражения под Наиссом в 269 году меняется характер взаимоотношений между империей и готами. До этого типичными были военные конфликты. После данного события практикуется расселение части готов вдоль правого берега Дуная, в пограничной полосе империи, что и отразилось в литературной традиции IV века. Поллион сообщает, что «гот стал поселенцем пограничной линии с варварами». Победы римской империи над варварами в 269—270 годов действительно были значительными и существенными для дальнейших взаимоотношений её с готами. Они так и воспринимались в позднейшей традиции.

В 310 г. в «Панегирике Константину Августу» неизвестный автор, глядя с унынием и страхом на варварские вторжения, вспоминает победы III века как символ надежды и уверенности в будущем империи. Эта тема звучит и в одном из стихотворений другого современника императора Константина — Порфирия. В сочинении Евтропия, написанном по поручению римского императора Валента, уделено большое внимание борьбе с готами при Клавдии и победе над ними. Сочинение Евтропия обретает совершенно особый смысл, если вспомнить, что сам труд создавался в обстановке постоянного страха перед варварскими нашествиями на дунайской границе, в обстановке отчаянной решимости не допустить новых вторжений.

Таким образом, экскурсы в прошлое столетие для авторов IV века, — это, возможно, попытка отыскать оптимистические примеры борьбы с готами, причём они встречаются у латинских авторов гораздо чаще, чем у греческих.

В 275 году примеотийские племена вторглись в малоазийские провинции. Сведения об этом можно найти у Вописка, Зосима, Иоанна Зонары и Моисея Хоренского. Ни у одного из этих авторов нет упоминания, что среди вторгшихся варваров были готы. Так, современник событий Вописк, который, вероятно, пользовался при написании биографии римского императора Тацита (275—276 г.г.) рассказами очевидцев, не называет готов, но говорит о «многих варварах с Меотиды» (a Meotide multi barbari) или просто о «меотидах». Это бросается в глаза, так как в других биографиях, написанных тем же автором, этнонимы «гот», «готский» применялись весьма широко. Более поздние авторы Зосим и Зонара, сообщая об этом походе, также не называют готов, а лишь «скифов».

У Зосима под «скифами» подразумевались «боспорские скифы», т.е. племена Приазовья. В литературе, однако, принято считать, что примеотийские готы имели отношение к этому походу. Основывается это утверждение на нумизматическом и эпиграфическом материале. Победы Тацита над вторгшимися в римскую империю варварами отразились в легендах монет как Victoria Gotthica и Victoria Pontica. В надписи из Галлии император Тацит назван Gothycus maximus. Но если нумизматический материал и надписи подтверждают участие остроготов в этом походе, то, однако, этого недостаточно для того, чтобы считать его чисто готским или предпринятым коалицией племён по инициативе и во главе с готами. Как точно заметил А.М. Ременников, в сообщении Моисея Хоренского имя одного из предводителей этого похода — Ардашир — имя не готское, а скорее алано- сарматское.

Поход проходил следующим образом. Варвары переправились через Меотиду, вошли через Боспор Киммерийский (Керченский пролив) в Понт (чёрное море). По мнению А.М. Ременникова, Боспорское царство и на этот раз вынуждено было предоставить им свои корабли. В дальнейшем, вероятно, они двигались знакомой по предыдущим походам дорогой — вдоль восточного берега Понта. Достигнув Фасиса, они не стали штурмовать город, а, как передает Зонара, «переправились через реку Фасис и напали на Понт». Основная масса вторгшихся варваров форсировала Фасис и затем двинулась вглубь Малой Азии. Не встречая существенного сопротивления, они прошли провинции Понт и Вифинию, проникли в Галатию, Каппадокию и дошли до границ Киликии. Из беглых заметок древних авторов можно заключить, что римляне воевали против варваров двумя армиями: одна в Понте, другая в Киликии. О том, как шло изгнание варваров из малоазийских провинций, имеются очень скудные данные. Потерпев ряд поражений от армии Тацита, варвары погрузились на корабли, которые всё это время крейсировали где-то у южных берегов Понта, и отступили к Меотиде. По сообщению Зосима, у Боспора Киммерийского они потерпели поражение от преследовавшего их римского флота. Оставшаяся в Малой Азии часть варваров была побеждена римским императором Пробом (276—282).

Легенда монеты (Victoria Gothica) свидетельствует о победе над готами. О том же сообщают и надписи. Они называют императора Проба «Gutthico», т.е. победитель над готами. Можно предположить, что готская часть коалиции варваров действовала преимущественно в Понте, поэтому победы римских императоров Тацита и Проба над ними нашли отражение в надписях и легендах монет. Древние авторы умалчивают о том, почему готам не удалось уйти обратно в Меотиду. Маловероятно, что в суматохе отступления они не успели погрузиться на отплывающие в Меотиду суда. Можно предположить, что остроготы задержались в провинции Понт, имея намерение поселиться здесь. Постоянный и активный интерес примеотийских готов на протяжении всего III века именно к малоазийским провинциям логически должен был завершиться переселением какой-то части племени в эти районы. История предшествующих походов показывает, что вторжения в провинцию Понт для примеотийских готов проходили, как правило, без особых потерь. Это был, пожалуй, единственный район Малой Азии, где они не встречали значительного сопротивления. Таким образом, материалы письменных источников позволяют обрисовать довольно сложную картину вторжений готов в пределы римской империи и открывают возможность поставить вопрос об участии в них отдельных частей готских племён.

Районом первых вторжений остроготов в римскую империю были не Балканы, а малоазийские провинции (походы 255—256, 257, 264 и 275 годах.). Уже в 40-е годы III века часть везеготов становится федератами, но это не препятствует их вторжениям в римскую империю в 238, 248, 251, 267—268 годах. О причастности отдельных готских племён и всей массы готов вообще к некоторым походам (258, 262, 263, 266 годов) нельзя судить безоговорочно в силу противоречивости данных письменных источников.

Буданова В. П. Готы в эпоху Великого переселения народов.— М.: Наука, 1990. Глава третья. Готы в северном Причерноморье и на Балканах в III веке.  2.Готы — участники варварских вторжений в Римскую империю.

Далее… Глава четвертая. Готы в Северном Причерноморье и на Балканах в IV веке. 1. Готы и империя (рубеж III—IV веков) 

Готы в Северном Причерноморье и на Балканах в IV веке.
Появление готов в Северном Причерноморье и на Балканах

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.Необходимы поля отмечены *

*